Чтение онлайн

Кейт почувствовала, что наступила на что-то студенистое. Возможно, сгнившую пищу или дохлое животное. Ей не хотелось знать, на что именно, но теперь при каждом шаге ее туфли противно чмокали.

Они прошли примерно половину пути, когда в конце прохода обозначилась полоска света, похожего на густой туман. Звон в ушах мешал не только отчетливо слышать звуки, но и видеть.

— Да, Макиннон, что ни говори, а мы с вами одного поля ягоды, — сказал Браун. — Верно?

— Что? — испуганно спросила Кейт, не разобрав в его фразе ни слова.

— Я говорю, что коп всегда останется копом.

«Да, он прав. Какого черта я не позвонила Ричарду, а торчу здесь, в этом идиотском темном проходе в центре Манхэттена? Зачем мне это нужно? Ведь я поклялась больше не иметь никаких дел с полицией».

Но поворачивать назад было поздно. Фигуры в конце прохода стали видны отчетливее. Трое, нет, четверо стояли у чего-то, что выглядело как поваленное огородное пугало.

«К черту! Я сейчас распрощаюсь с Брауном, выйду на белый свет и позвоню Ричарду». Кейт очень остро захотелось оказаться как можно дальше от этого места.

— Шеф Браун, — позвал женский голос.

Тот посветил фонариком, и Кейт моментально узнала медэксперта. Тогда она осматривала тело Элены. Перед глазами вспыхнула сцена: медэксперт склонилась над изувеченным телом девушки.

О Боже!

Глубоко дыша, Кейт внезапно остановилась, прислонившись к стене. Теперь ее уже не смущал смрад мочи и гниющего мусора. На мгновение она испугалась, что ее стошнит. «Нет, нет, я возьму себя в руки и постараюсь поскорее выбраться отсюда. И тогда все снова будет в полном порядке».

Браун подошел к группе. Они начали разговаривать приглушенными голосами. До Кейт доносилось:

—..мужчина, белый, живот вспорот…

Детектив протянул что-то Брауну.

— Вот его бумажник. Валялся рядом.

Не выпуская из руки фонарик, Флойд раскрыл бумажник. Затем склонился над мертвым телом. На долю секунды луч осветил лицо убитого.

«Мне надо уйти отсюда. Немедленно. Но как?»

Копы, медэксперт, Браун загораживали дорогу.

«Зачем я сюда пришла? Какая непростительная глупость».

Кейт сделала несколько шагов вперед, бормоча:

— Извините, мне нужно срочно идти. Понимаете, у меня дела…

Протиснулась мимо копов, Брауна. Он пытался остановить ее. Взял за руку, но как-то непривычно нежно, и Кейт уже точно знала: случилось что-то очень страшное.

Но не остановилась.

Вот наконец и улица. Почувствовав на лице дуновение прохладного свежего ветерка, она слегка воодушевилась. Слава Богу!

— Кейт, — хрипло позвал Браун.

Она зашагала по тротуару. Наконец-то на свободе.

— Кейт!

Браун схватил ее за руку, но она вырвалась и пошла, не останавливаясь и бормоча под нос:

— Нет, нет, нет… Нужно только вот так идти и все. А потом я позвоню Ричарду и… Нет, нет, нет, — продолжала бормотать Кейт, выходя на проезжую часть.

Загудели клаксоны, завизжали тормоза. Нужно просто перебежать на ту сторону улицы, и все. Потому что… потому что… это просто не может быть… правдой.

Браун каким-то образом оказался рядом, втащил Кейт на тротуар, развернул к себе. Его большие карие глаза выражали глубокое сострадание. Кейт упала ему на грудь, и перед ее внутренним взором отчетливо вспыхнуло лицо убитого.

— Боже, Флойд! — выкрикивала она в промежутках между рыданиями. — Ведь это мне показалось? Правда, показалось? Ведь это не… Ричард?

Сколько прошло дней?

Кейт не знала. Ее тело было налито свинцовой тяжестью. Даже для того, чтобы вытянуться в постели, приходилось приложить усилие, и немалое. А она большую часть времени проводила именно здесь, в постели, периодически всхлипывая, потому что плакать уже не могла. Сон был чудовищным испытанием. Каждый раз, когда Кейт закрывала глаза, начинался фильм ужасов. Один и тот же. Проход между зданиями, распростертое обезображенное тело Ричарда.

А затем морг.

Как ей это удалось, сейчас трудно представить себе. Она стояла в этой холодной комнате смерти рядом с холодным мраморным столом, на котором лежал муж, до подбородка накрытый простыней. Под ней скрывалось его прекрасное тело, до неузнаваемости изуродованное.

Рядом Флойд Браун крепко держал ее за руку. И правильно, иначе Кейт повернулась бы и с криками побежала прочь.

Что она чувствовала?

Ничего. Просто оцепенела.

Пыталась смотреть куда угодно, только не на мужа. На стены, раковины, подсоединенные к кранам черные шланги, весы — такие же, как в супермаркете, но здесь на них взвешивают не помидоры, а человеческие органы, — на хирургические инструменты, ножи, скальпели, ножницы, пинцеты, пилу Страйкера для костей, клещи.

Кейт бывала в таких местах. И не раз. Приезжала для опознания, присутствовала на вскрытии. Видела множество трупов. Но все это было в прошлом. Давно. Она покончила с этим.

Стоило только мельком взглянуть на мертвое лицо Ричарда — и ее ноги обмякли. Браун, должно быть, это почувствовал, он очень закаленный коп. Крепче сжал руку. Прошептал:

— Держитесь.

Кейт хотелось крикнуть: «Я умираю!» — но она молча кивнула, несколько раз глубоко вздохнула, слегка втянув в рот хирургическую маску, и быстро перевела взгляд на диктофон, стоящий на столе рядом. На него медэксперт записывал обстоятельства вскрытия.

Он уже что-то туда сказал. Что?

Наверное: «Мужчина. Белый. Примерно сорок пять лет. В хорошей физической форме. Рост метр девяносто».

Кейт прошлась взглядом вдоль простыни, под которой лежало такое знакомое и любимое тело.

Ей показалось, что он уже не такой большой, каким она его помнила. Боже, теперь все нужно говорить в прошедшем времени. В это невозможно поверить.

Кейт зажмурилась и увидела дюны у их дома в Хэмптоне, простирающийся в бесконечность синий океан и Ричарда, освещенного ярким полуденным солнцем, высокого, ладного. Они смеялись и смеялись, лежа на песке, не могли остановиться. Так им было весело. Она открыла глаза и почувствовала, что по щекам струятся слезы.