Чтение онлайн

– Контейнер пробит кулаком, – заметил Второй Пилот. – Совсем недавно – отверстие еще не успело затянуться.

– После еды он захочет пить, – сказал ботаник.

– Значит, мы двигаемся в верном направлении. За мной! Найдем его и прикончим!

– Погодите, ньюри, – остановил их Тревельян. – Если вы, как и я, уверены, что Курс не убивал Зенда Уна, то, возможно, обойдемся без крови? Возможно, договоримся с ним?

Лоб Пилота пересекла глубокая вертикальная морщина.

– Ты ведь сам сказал, что легче уничтожить, чем пленить. Или я плохо помню?

– Я думал, что вы считаете его убийцей и не измените мнения.

– Он и есть убийца. Он убил Джеба Ро, Первое Лезвие и слуг… как их?.. да, Ори и Зотахи.

– С Зотахи все ясно, но Курс мог находиться в состоянии аффекта после ментального излучателя. А что до Джеба Ро, Первого Лезвия и Ори, то факт убийства не доказан, и я хочу продолжить расследование. Курс пригодится как свидетель. Пусть станция включит громкую связь и сообщит ему, что мы…

Взмахом руки Второй Пилот заставил Ивара умолкнуть.

– Послушай, землянин, мы нуждаемся не в свидетеле, а в убийце, и пусть им лучше будет Курс. Лучше для нас и для тех, кто прилетит на корабле. Ведь корабли когда-нибудь сюда доберутся и доставят важных людей из нашего мира и из твоего… Мы предъявим им труп твари с Тоу и показания этого зинто, но слегка исправленные, и они будут довольны. Когда убивают знатного похарас и не последнего человека из клана ни, носителя Звезды Эрцгаммы, кара должна быть неотвратимой и быстрой. Всем удобнее, если она уже свершилась, ибо никто не хочет лишних сложностей.

– А смерть Зенда Уна? А Глубина?

– Не наше дело. Ею займутся Очи Хорады.

Круто развернувшись, Второй Пилот зашагал дальше по проходу. Третий Вечерний двинулся за ним.

Не хотят выносить сор из избы, подумалось Ивару. Им проще все свалить на Курса – ну, не все, так главное, смерти координатора-похарас и его заместителя, лидера группы ни. Погибшие слуги не в счет, а с Глубиной будут разбираться дознаватели Хорады и, конечно, признают ее виновной – не по его, Тревельяна, свидетельству, а потому, что она из клана валлс, которого вроде бы уже на свете нет. Интересно, знает ли это Глубина? Догадывается, что с ней случится, когда придет корабль?

Знает! – внезапно понял он. Глубина – крутая дама, ей ли не знать! И потому корабля не будет долго, так долго, что лишние свидетели успеют переселиться в мир иной. Что-то она сотворила с дальней связью…

Проход закончился. Перед ними лежала неширокая площадка, от которой расходились лучами новые щели, разделяя склад на секции. Здесь было хранилище соков – разумеется, не жидких, а в виде порошка-экстракта, расфасованного в большие цилиндрические тубы. На каждой емкости – название плода или коктейля: смеси «три сестры» и «пять сестер», «бледная луна», «дети астрала», «кхайритский освежающий» и добрая сотня других.

– Гиббех, где тинтахское вино? – спросил Пилот.

– Ньюри найдет его в центральной секции.

Ботаник потянул воздух носом.

– Точно, в центральной! Пахнет!

Тревельян не чувствовал ничего, но обоняние у кни’лина было острее и тоньше, чем у землян. Действительно, продвинувшись шагов на двадцать по новому проходу, они обнаружили взломанный контейнер, от которого тянуло пряным, похожим на коньячный, запахом.

– Здесь он пил, – произнес Второй Пилот.

– И выпил немало, клянусь Йезданом! – добавил Третий Вечерний. – Один, два, три пустых сосуда… еще пустые места в контейнере… две упаковки он унес с собой.

Во всей Галактике безалкогольное тинтахское вино, как и особого вида мед, производилось только на Тинтахе, планете в секторе лоона эо, заселенной тысячелетие назад выходцами с Земли, из Китая, Индии и Южной Америки. Лоона эо давным-давно покинули свои планеты, поднявшись с их поверхности в астроиды, искусственные космические города; собственно, они уже не смогли бы жить внизу, на планетарных телах, ибо привыкли к значительно меньшей гравитации в своих заатмосферных поселениях. Землян они вербовали для защиты от набегов дроми, расплачиваясь с наемниками правом перебраться в опустевшие, но вполне благоустроенные миры – Данвейт, Тинтах и другие. Разумеется, сами лоона эо и их биороботы-сервы лозу для вина не выращивали и мед не собирали; этим занимались люди, поставляя вино в традиционной упаковке, в бутылях из прочного пластика, что имитировал стекло. Три такие бутылки, опорожненные Курсом, валялись у контейнера.

Второй Пилот уставился в глубину прохода.

– Значит, тут он был, причем недавно… Что за этой секцией, Гиббех?

– Широкие раздвижные ворота в пустой склад для земных продуктов, – доложил слуга. – У стен свалена арматура для монтажа стеллажей, они еще не собраны. Дальше – блоки системы жизнеобеспечения и монолитная переборка, за которой генератор Лимба. Рядом несколько гравиподъемников. Есть лифт, который ведет прямо к централи.

Морщины у губ Пилота сделались резче – он усмехался.

– Ты, Гиббех, техник наружных шлюзов, но отлично знаешь весь нижний ярус. Наведывался сюда, в хранилище? Таскал своим тинтахское и наркотическую травку?

– Достойный ошибается. Шлюзовые камеры расположены по окружности станционного диска, и пройти к тем, что на другой стороне, быстрее по внутренним отсекам и коридорам, чем по кольцевой галерее. Этот слуга достойного делает обход раз в трое суток, как ему приказали.

– Ладно! – Пилот махнул рукой. – Я не против, если ты прихватишь что-нибудь по дороге. Но Шиар пусть проследит, чтобы вы не увлекались тинтахским.

– Шиар услышал ньюри, – раздалось за спиной Тревельяна.

Они вышли к воротам в дальней переборке, раздвинутым во всю ширину, метров на семь. Отряд перестроился: Пилот с излучателем – в центре, Тревельян и Вечерний – слева и справа от него, оба служителя – сзади. Этих двух кни’лина в трусости не упрекнешь, подумал Ивар; идут первыми, слуг на убой не пускают. Он ясно ощущал, что уже определился со своими симпатиями и антипатиями; погибшие Джеб Ро, Первый Лезвие и Зенд Уна вызывали не больше теплых чувств, чем отмороженная ведьма Найя Акра и убийца Глубина, а Пилот и Вечерний ему нравились. Иутин, что набивался ему в друзья, был пока что вещью в себе, а красотка Ифта Кии вообще являлась терра инкогнита, краем непознанным и непонятным. Аристократка похарас, явившаяся к землянину с просьбой о защите! Нарушившая коно, рыдавшая в его объятиях! Что-то в этом было странное, совсем не характерное для сдержанных кни’лина. Он взглянул на таймер, отметил, что сейчас три двадцать семь ночного времени, и представил Ифту Кии спящей в его постели. Вид был приятный, но отвлекал от дела.