Чтение онлайн

– Надеюсь, Серена, ты будешь очень счастлива.

– Разумеется, это означает, что Серена вернется в Англию, – продолжила тетушка, стараясь не встречаться взглядом с Джанеттой. – Думаю, ты согласишься, что в данных обстоятельствах с твоей стороны будет неразумно оставаться в Китае, поэтому я распоряжусь, чтобы ты поехала в Англию вместе с Сереной и Генри.

– Я хочу, чтобы ты жила с нами, – заявила Серена, ласково пожимая ладонь двоюродной сестры. – Уверена, Генри не будет возражать. Он такой добрый и, как и я, не допустит, чтобы ты одна жила в Саттон-Холле.

Джанетта попыталась заговорить, но не смогла. Ей показалось, что пол разверзся под ее ногами. Нет сомнений, Генри Плэкстол – добрый человек, но ей не нужна была его доброта. Джанетте вовсе не улыбалось жить с ним и с Сереной. Но и Линкольншир ее не привлекал. Ей хотелось жить своей собственной жизнью, как жили лорд Рендлшем и мистер Картрайт. Путешествовать по неизведанным районам Китая, видеть пейзажи, которые не видела ни одна английская девушка. Хотелось находить голубые луноцветы.

– Свадьба, разумеется, состоится здесь, – сообщила тетушка. – Как только приедет Генри. Я свяжусь с пароходной компанией в Шанхае и закажу для вас билеты на «Восточную королеву».

– Хорошо, тетя Гонория, – покорно согласилась Джанетта, но думала она сейчас не о «Восточной королеве» и длительном морском путешествии в Англию. Она думала о горах и долинах провинции Ганьсу. О путешествии, которое вознамерилась совершить одна, следуя по пятам за лордом Рендлшемом и Закари Картрайтом.

Когда сэр Артур и его гости присоединились к ним в гостиной, Джанетта обнаружила, что ей трудно скрывать нарастающее возбуждение. Она тоже отправится туда, куда направляются лорд Рендлшем и мистер Картрайт. От этой мысли у нее закружилась голова и участился пульс. А когда разговор вернулся к маршруту и целям экспедиции, в голове Джанетты начали лихорадочно складываться различные планы.

– Главная цель нашей экспедиции – сбор семян и растений, как декоративных, так и имеющих практическое применение, – пояснял лорд Рендлшем с воодушевлением, которое так нравилось Джанетте. – Разумеется, это будут растения, которые еще не культивируются в Англии. Мы также надеемся собрать для Королевского общества садоводов сведения о методах китайского садоводства и земледелия.

Слушая лорда Рендлшема, Джанетта поняла, что будет чувствовать себя с ним в полной безопасности, в каких бы уголках дикой природы они ни оказались. Она тайком бросила взгляд на Закари Картрайта. Вот с ним она наверняка бы не смогла чувствовать себя так спокойно. Его манеры показались Джанетте весьма неприятными. Во время разговора за ужином он явно скучал и, не считая ответов на вопросы Серены, почти не принимал участия в разговоре. Вот и сейчас не сел рядом со своим другом и губернатором, а расхаживал по комнате, рассматривая книги на полках. Его равнодушное отношение к хозяевам дома граничило почти с высокомерием.

Почувствовав на себе чей-то взгляд, Картрайт повернул голову. И прежде чем Джанетта успела отвернуться, их взгляды встретились на секунду. Она заметила, как удивление вспыхнуло в глубине его темных глаз, но затем в них тут же снова появилось равнодушное выражение.

Конечно, ведь это она посмотрела на него, а не Серена. Разозлившись на себя, Джанетта усилием воли перенесла внимание на лорда Рендлшема.

– Некоторые провинции Китая, те, к которым имеется доступ с моря, разумеется, уже тщательно исследованы, – говорил он сэру Артуру. – Но только в этих провинциях тропический или субтропический климат, поэтому обнаруженные там растения не приживаются в Англии. А наша цель – отыскать неизвестные растения, произрастающие в зоне умеренного климата. Эти растения будут прекрасно расти в английских садах.

Джанетта решила, что последует за экспедицией с отставанием в два или даже три дня. Потому что если догонит их слишком рано, то они будут просто обязаны сопроводить ее обратно в Чунцин. А когда заедут уже слишком далеко, тогда можно будет и объявиться: у них уже не будет другого выхода, как позволить ей продолжать путешествие вместе с ними.

– А разве в провинции Ганьсу умеренный климат? – из вежливости поинтересовалась леди Холлис.

Лорд Рендлшем усмехнулся:

– Да. На климат Ганьсу оказывает влияние высокое Тибетское нагорье. Растения, которые мы там найдем, успешно приживутся в Северной Европе.

Джанетта жадно слушала. Надо будет подобрать подходящую одежду для путешествия, такую, которую можно было бы носить сейчас и которая была бы достаточно теплой для более холодного климата провинции Ганьсу. Да, задача не из легких, особенно если учесть, что вещей она должна взять минимум, чтобы их можно было перевозить на муле или осле.

Мистер Закари Картрайт закончил рассматривать книги сэра Артура и уселся в кресло слева от губернатора. Джанетта упорно старалась не встречаться с ним взглядом, однако смогла заметить, что его внимание снова сосредоточено на Серене.

– Это Зак воодушевил меня и убедил отправиться вместе с ним, – откровенно признался лорд Рендлшем. – Мои знания в области ботаники ничтожны по сравнению с его знаниями.

Сэр Артур вежливо заметил, что это наверняка преувеличение, а сам Закари Картрайт никак не среагировал на слова друга. «Интересно, называет ли его еще кто-нибудь Зак, кроме лорда Рендлшема? – подумала Джанетта. – Зак более подходит к его мужественному облику, чем Закари».

– Я все же думаю, что вам следует подольше задержаться в Чунцине, прежде чем отправляться в такое опасное путешествие, – сказала лорду Рендлшему леди Холлис.

Джанетта с трудом сдержала улыбку. Если бы тетушка заметила взгляды, которые Закари Картрайт бросал на Серену, она наверняка бы не предложила подольше погостить у них.

Лорд Рендлшем улыбнулся:

– Я бы с удовольствием провел здесь несколько недель, однако нам следует отправляться немедленно, до наступления сезона летних дождей. Так что поедем сразу, как только закончится погрузка наших вещей на мулов, которых мы взяли напрокат.

Эти слова настолько потрясли Джанетту, что у нее перехватило дыхание.

– А когда… когда вы намерены выехать? – спросила она. Ей казалось, что экспедиция начнется не раньше конца недели, а может, и в начале следующей.

– Завтра на рассвете, – ответил лорд Рендлшем, и в его голосе прозвучали нотки искреннего сожаления. Да, он с удовольствием погостил бы здесь подольше. Его не оставило равнодушным магическое обаяние Джанетты Холлис. Лорд Рендлшем увидел, как широко раскрылись ее глаза. Удивительные, фиалково-голубые, контрастирующие с черными как смоль волосами. От их красоты у лорда Рендлшема перехватило дыхание. Интересно, каково ее происхождение? Глаза и молочно-белая кожа явно достались ей от отца-англичанина, а мать ее, судя по блестящим темным бровям и ресницам, иссиня-черным великолепным волосам, должно быть, ирландка, может быть, итальянка.