Чтение онлайн

После "победы" над Мародерами, Северус стал гораздо, гораздо лучше относиться к главе факультета, Гарри замечала на уроках, как он старательно конспектирует каждое ее слово. Ошибается, не успевает, прикусывает губу, но продолжает писать. Подобное рвение объяснялось лишь одним: ребенку хотелось любви, простого человеческого внимания, хотя бы одного ласкового слова. Как тот же щенок, поначалу он смотрел недоверчиво, готовясь в случае чего укусить или удрать. Но поверив, шел за человеком до самого конца. И сладко, и страшно. Сладко стать объектом такого чувства. Лили еще не понимает, как ей повезло оказаться единственным другом Снейпа. А страшно… страшно не оправдать, предать такое доверие.

— Так будет гораздо лучше, — Гарри призвала со стола заранее подготовленную резинку для волос. Давно надо было это сделать.

Волосы у Снейпа оказались мягкими, тонкими, легкими, как вода. Наверное, именно поэтому так быстро пачкались и казались жирными. Гарри забрала их в маленький низкий хвостик у основания шеи, открывая черты лица. Нос уже не казался таким большим, как в то время, когда торчал из завесы длинных волос, Снейп отъелся, кожа уже не отливала болезненной желтизной. Прогулки до теплиц на уроки Травологии и те, на которое его вытаскивала Лили, положительно сказались на цвете его кожи.

— Мистер Снейп, не скрывайте своего лица, — попросила она, глядя в глаза мальчика. — Вы не красавец, как Малфой, думаю, вас уже просветили, — Северус кивнул. — Но черты у вас приятные, яркие и запоминающиеся. Я не ошибусь, если скажу, что в будущем вы станете видным мужчиной.

Лили снова захихикала, глядя на розовеющего от смущения друга. Гарри поднялась с колен.

— Хорошо, готовы? — дети кивнули. — Тогда идем!

Камином пользоваться первокурсники не умели, еще занесет куда-нибудь не туда, как Гарри в свое время. Аппарировать с ними женщина не рисковала, мало ли как отреагируют еще только развивающиеся организмы. Поэтому оставался один вариант — "Ночной рыцарь". За границей барьера Гарри взмахнула палочкой. Через минуту у ног волшебницы затормозил трехэтажный ярко-фиолетовый автобус, дверь распахнулась. Молодой кондуктор выскочил на нижнюю ступеньку:

— Добро пожаловать в волшебный автобус "Ночной рыцарь", который отвезет вас, куда пожелаете!

Дети смотрели на него с нескрываемым восхищением, кондуктор даже горделиво выпятил грудь.

— Добрый день, нам в Лондон, в Косую аллею.

— Десять сиклей со взрослого, восемь — с детей, — тут же ответил кондуктор, заходя внутрь.

— Проходите, проходите, — Гарри подогнала детей ладонью. Достала кошелек, чтобы рассчитаться. Снейп открыл было рот, чтобы запротестовать против траты на него денег, однако профессор не обратила внимания, перебила: — Садитесь, держитесь крепче. Поверьте, это понадобится.

Кондуктор на ее слова лишь хохотнул, отсчитал сдачу, пробил билеты. Гарри опустилась в кресло, на всякий случай набросила парочку заклинаний на детей и вцепилась в подлокотники сама.

Есть вещи, неизменные в любые времена. Например, трехэтажный волшебный автобус. Штормило — единственное слово, которым можно охарактеризовать поездку на нем. Сиденья ездили по всему автобусу, волшебники сталкивались коленями и локтями, шипели сквозь зубы, поминая Мерлина и Моргану. Лишь три сиденья, которые Гарри прикрепила специфическими заклинаниями, не двигались. Лили и Северус с восторгом смотрели, как окрестные деревья в ужасе разбегаются от водителя-лихача на "Ночном рыцаре".

— Косая аллея, прошу на выход!

— Благодарю, — со всей возможной искренностью произнесла Гарри.

Автобус уже умчался, а волшебница все еще пыталась отдышаться.

— Профессор, с вами все в порядке? — дернула ее за рукав Лили, на лице написана была тревога.

— Да, — Гарри потерла лоб. — Просто… не очень люблю поездки на этом автобусе. Всегда потом голова кружится. Но я уже в норме, так что идемте.

Косая аллея и в обычное время вызывала восхищение, а уж рождественская, она стала предметом бесконечных восторженных вздохов, веселого смеха. Золотые огоньки освещали каждое здание, снаружи и внутри, карабкались по трубам и крышам над лестницами миниатюрные Санта-Клаусы, живые, почти как настоящие, они весело смеялись, трясли маленькими мешками с подарками. В венках на дверях таились крохотные феечки, омела серебристо мерцала, как маленькие звездочки. Повсюду порхали наколдованные птицы, снежные бабочки. Пахло хвоей, печеными яблоками и горячей карамелью. А на углу можно было заметить веселого продавца с бочонком глинтвейна. За десять сиклей он наливал полную кружку каждому желающему. От него волнами расходился аромат нагретых на огне специй: кориандра, гвоздики, кардамона.

— Потрясающе! — Лили захлопала в ладоши.

Северус кивнул, вертя головой, хлопая глазами, как маленький совенок. Нет, все же вороненок.

В магическом театре в этом году давали "Рождественскую историю", адаптацию "Рождественской песни" Чарльза Диккенса, первый по популярности спектакль. Вторым шел "Щелкунчик", за ним — "Девочка со спичками". На праздник было принято показывать истории, которые воспевали доброту, участие, силу духа человека. Гарри помнила их все, столь яркие эмоции вызывали они у людей. Магия Рождества, не иначе.

— Артефактор Певерелл! — низкий баритон, знакомый рык.

Гарри обернулась с улыбкой к подходящему к ним мужчине. Заметила краем глаза, как напряглись дети. Ну, да, Гиппократ поначалу пугал. Высоченный, широкоплечий, с густыми волосами до плеч, громкий, шумный. Но стоило только посмотреть в смеющиеся глаза, в лукавые морщинки, отходящие от их уголков, как страх пропадал бесследно.

— Целитель Сметвик! — поприветствовала она его. Гиппократ поцеловал ей руку и только потом с удивлением взглянул на детей.

— Когда вы успели, артефактор Певерелл? — деланно удивился он.

Гарри ударила мужчину по предплечью, легко, непринужденно.

— Это мои студенты. Мистер Снейп, мисс Эванс, познакомьтесь с одним из лучших целителей больницы Святого Мунго, Гиппократом Сметвиком.

Чего нельзя отнять у целителя, так это умения подобрать ключик ко всем. Он пожал руку Северусу, как взрослому, как равному. Легонько чмокнул кисть Лили, заставив ту смущенно покраснеть. И распрямился.

— Так мы идем? Я уже купил билеты. Вместе веселее.

— Спасибо, Гиппократ.

Он предложил волшебнице руку, и женщина легко опустила ладошку на сгиб локтя. Северус покраснел, бросил косой взгляд на Лили. Искушение боролось в нем с опаской. Хотелось сделать то же самое, но он стеснялся, боялся отказа. Эванс решила все за него, легко подхватила друга под руку. И к театру важно шагали уже две пары.

Представление понравилось всем. Духи Рождества завораживали. Они действительно парили под потолком, пугали своей таинственностью. И даже привыкшие к привидениям маги, охали восторженно, когда Дух Будущего Рождества промчался над ними, подобно дементору. То, что маглам приходилось изображать с помощью спецэффектов, веревок и акробатики, магам удавалось легко, почти играючи. И в то же время актеры отдавались своему делу со всей душой. Наверное, поэтому в зале царила радостная, оживленная атмосфера. И все громко хлопали, отбивая ладони, когда закончился спектакль.