Чтение онлайн

Продолжая разговор, они вернулись к тому окну, откуда был вид на заснеженную деревню, но там уже был совсем другой пейзаж. Длинные ряды лавандовых кустов уходили за горизонт.

– Ба, – изумился Элиас, – да это знаменитые лавандовые поля Прованса во Франции. Всегда мечтал поехать туда, порисовать эту красоту.

– Завораживает, я там тоже не был, – сказал Маркус.

– Значит, если никто из нас там не был, это чей-то чужой сон – поддержал тему Мишель.

– Везет же кому-то, – снится сейчас такая красотища, – тем временем, не переставая изумляться, добавил Маркус.

– А что нам мешает там оказаться? Башня – это же еще и быстрый вариант выбора понравившегося нам сна!

И тут же на них стал надвигаться лавандоуборочный трактор, они успели отскочить в последнюю минуту.

– Вот это поворот! Он чуть нас не задавил!

– Эй, осёл, смотри куда едешь! – вдогонку трактору прокричал Маркус.

– Не злись, он же не виноват, что мы переместились прямо ему под колеса, – пытался утихомирить друга Мишель.

– Как же не злись, ты видел, он же спал за рулём.

– Неплохо, значит мы смогли оказаться в его сне.

Цветы лаванды были нескольких оттенков – сиреневого, фиолетового и голубого, благоухали они так, что сводили юношей с ума.

– Какая здесь безмятежность! – раскинув руки и вдыхая запах цветения, сказал Элиас. – Надо будет обязательно сюда приехать, сравнить ощущения, да и пейзажные картины можно будет сделать замечательные. Элиас вспомнил о возможности оставить нарисованную во сне картину у точки стабильности, и решил обязательно это когда-нибудь попробовать.

– Ну что, куда продолжим путешествовать?

– А никуда! Давайте останемся здесь до самого конца сна.

Трое путешественников легли на землю и предались блаженству.

– Бабуль, ты все-таки не видела случайно мой проездной? – спросила Мия, подкрашивая ресницы тушью.

– А давно ли ты его потеряла? Ты что, красишь глаза? – удивилась Татьяна Николаевна.

– На какой из вопросов мне отвечать, ба?

– Давай по-порядку.

– Проездной не нахожу уже около месяца, еще перед днем рождения он пропал. И да, теперь хожу на работу с легким макияжем.

– Тебе очень хорошо. Глаза сразу выразительные и румянец…красавица.

– На проездной карточке, кстати, лежало много денег, жалко, если не найдется, – пропустив бабушкин комплимент, продолжила Мия.

– Я дома не находила. А ты везде искала?

– Искала, обыскалась…ладно, имей ввиду, может где попадется, когда убираться будешь.

– На работе появился что ли кто?

– Кто?

– Поклонник.

– Не-а. Я для себя. А вот на занятиях один мне проходу не даёт.

– Так это ты для него причипуниваешься?

Мия засмеялась.

– Причипуниваюсь? Смешное слово. Не для него, вот еще. Он нудный, ба. Неинтересный. И к тому же «мамочкин сынок». «Мама то, мама сё»… – передразнила Сашу Мия.

– На тебя не угодишь. В кой-то веке на внученьку мою глаз положил мужчина, а она вишь…носом крутит…

Мия опять рассмеялась.

– А сейчас что смешно?

– Ну, я представила на мне его глаз и мой нос, которым я кручу.

– Фу, дурная, – недовольно сказала Татьяна Николаевна и предпочла удалиться на кухню.

Мия ехала на работу в приподнятом настроении. Ночами она теперь переносила себя из одного сна в другой, погони и чудища стали сниться всё реже, а если и бывало, то Мия без особого труда вмиг оказывалась на своей подводной лодке. Там всегда ее ждал Меркурий. Он тут же вспрыгивал ей на колени и преданно заглядывал в глаза. Сон с подводной лодкой был устойчивый и никогда не менялся, если только Мия сама не решала там чего-нибудь добавить или убрать. И сейчас, думая об этом, Мия вдруг решила попробовать найти во сне свой проездной. Мысль, посетившая ее, была столь абстрактна в своем исполнении, что Мия вспотела, а заодно проехала свою остановку.

Работник в тот день из неё был никакой. На вопросы она отвечала невпопад, и делала массу ошибок. К концу рабочего дня Мия почти уже знала, какой сон хочет увидеть, и где там можно найти проездной.

Когда наступило время сна, и Мия, засыпая, возжелала, чтобы ей приснился весь путь от дома до работы, всё пошло не так.

Сначала ей действительно снилось, как она собирается на работу. Вот она завтракает, вот одевается, вот идет к автобусной остановке и внимательно смотрит себе под ноги, ища в снегу проездной. И, наконец, тот момент, когда подъезжает автобус и Мия обнаруживает, что проездного нет.

Мия твердо знает, что она сейчас во сне и, стоя в ожидании автобуса, плотно-плотно закрывает глаза и пытается перенестись в то место, где лежит ее проездной.

Подъезжает автобус, и Мия садится в него. Но в автобусе никого нет, он совершенно пустой, нет даже водителя.

«Ничего страшного, это же сон, а во сне возможно буквально всё. Пусть этот автобус тогда привезет меня в то место, где мой проездной!» – изо всех сил желает она.

Двери открываются, выпуская Мию на улицу.

«Ну, вот и всё! Приехали!», – спускаясь по ступенькам, бормочет Мия. И тут же останавливается.

Вокруг нее не улочка, ведущая к метро, а настоящая Арктика. Льды, белые медведи, тюлени и морские котики.

Автобус исчезает, а на его месте оказывается стая королевских пингвинов.

На небе появляется северное сияние.

«Где-то я уже видела эту картинку? Она мне знакома! Но где?» – задала себе вопрос Мия.

«Вспоминай, Мия!» – приказала она себе.

Она знает, что это вспомнить крайне важно. Мия присаживается на ледяной выступ и опять плотно закрывает глаза.

Теперь она в детском саду, вокруг за небольшими разноцветными столиками сидят дети, отчего-то вперемешку с пингвинами. Воспитательница – улыбчивая, добродушная женщина, одета в белый меховой костюм медведя. В руках у нее книжка: «Обитатели льдов».