Чтение онлайн

Потом все же не удержался, вооружился дробовиком и пошел смотреть на то, во что стрелял. Больше никаких тварей в доме не было и… и поблизости тоже не было. Вот теперь я это знал. Откуда такие знания, вот что узнать бы…

«Демон» лежал на полу в гостиной, распространяя «змеиный» запах. Черная кровь, уже густая и липкая, обтекла его со всех сторон большой лужей. Черные мутные глаза, крокодильи зубы в зверском оскале. Все как у того, что довелось увидеть убитым. А вообще очень крепкая тварь, говоря откровенно. Сколько я в него всадил? Два сразу, потом еще три и еще тремя добивал… всего семь. Сорок четвертого, а это не шутки.

Странное существо, вообще-то… Я присел рядом на корточки, опираясь прикладом ружья в пол, чтобы не свалиться. То, что оно может жрать — не сомневаюсь, жральный аппарат у него что надо, хлеборезка хоть куда… а вот насчет каких других естественных действий — тут вопрос. Не видно на твари приспособлений для этого. Вообще.

По тварям Тьмы выходило так, что они только рвать и жрать могли, ничего другого они и не делали. Не жили в прямом смысле этого слова, а существовали для того, чтобы нападать, убивать и пожирать, попутно питаясь энергией жертвы. То есть были именно что искусственными порождениями Тьмы, созданными лишь с одной определенной целью. Но здесь Тьмы нет. Или пока нет? Или она просто проявляет себя в другой форме? Или… ну если Тьма все же то, что между слоями, это, по сути, другая форма времени, то может она не обязательно должна проявлять себя именно Тьмой? Тьма — это всего лишь одна из форм… чего? А вот того самого, что прорывается в «прохудившиеся» слои действительности.

«Собаку» убитую надо было бы рассмотреть получше. Ладно, если не помру, то точно рассмотрю. Со временем.

Поднявшись на ноги, поежился от холода — через выбитое окно с выломанной рамой здорово задувало. Подумал, что неплохо бы вытащить тушу убитого «демона» из дома, но вот как это сделать? Сам я на такие физические упражнения не способен сейчас, мне дай бог разве что свою тушу таскать. Но и бросать ее здесь тоже нет желания, мало ли что она привлечет? И если завоняет? Тогда придется другой дом искать, а это еще хуже.

Веревка, у меня есть моток веревки. И джип. А еще нужно одеться.

Процесс одевания получился немного затяжным, приходилось прерываться, чтобы переждать головокружение. Затем обмотал веревкой запястья ручищ «демона», связав их вместе, осторожно сходил за машиной и подогнал ее к самому крыльцу. Сложенной вдвое веревки вполне хватило, чтобы дотянуться до фаркопа. Подцепил, привязал, поехал сначала прямо, чтобы тушу, не зацепив, вытянуло из дома, а затем свернул налево, решив оттащить ее как можно дальше.

Дальше — это примерно с километр, ровно столько я проехал по дороге до того, как увидел стаю бродячих псов. Почему-то подумал, что здесь самое лучшее место сбросить свой груз.

Собаки были не агрессивны, рассматривали меня с расстояния в сотню метров, а я все время был настороже, насколько получалось. Отрезал веревку у самых запястий «демона», скатал ее и закинул в багажник. Посмотрел еще раз на собак, наблюдающих за мной, сделал вид, что целюсь в них из винтовки, а потом поехал обратно и завалился спать в своей укрепленной комнате, приняв жаропонижающее, почему-то уверенный в том, что если какая-то тварь подберется близко, то я ее почую даже во сне. А сон — лучшее лекарство.

На следующее утро мне стало заметно лучше, а по прошествии недели я явно начал быстро выздоравливать. Восстановился аппетит, появилось желание что-то делать. Хотя до полного восстановления сил было далеко. Посмотрев на себя в зеркало, я обнаружил, что отчаянно похудел, ребра лезли из-под кожи. Не знаю, весов здесь нет, но килограмм десять как минимум я потерял. Любая тяжелая работа сразу приводила к приступам слабости, головокружению. В общем, я понемногу занялся гимнастикой, удивляясь тому, насколько же я ослабел. Ослабел, но болезнь ушла. Исчезла даже красная сыпь с лица, не появляясь ни к вечеру, ни после упражнений. Я много ел, много спал, изучал руководство по эксплуатации найденного самолета, стараясь заучить его наизусть, разглядывал карты. Самолет, к слову, оказался украинской разработкой, что очень порадовало, а теперь выпускался в Австралии и в Канаде [3] . В доме нашелся генератор, который я заправил, слив солярку с брошенного грузовика, в результате чего у меня заработал лэптоп с моими записями.

А еще я постоянно думал о том, что если я переболел так нетипично для людей из этого мира и выздоровел, то мне, наверное, надо меньше беспокоиться о Насте и больше рассчитывать на хорошее.

Так прошла еще неделя. Я совсем зарос бородой, как бы это ни было противно, желание побриться было почти что постоянным. Но сильно похудевший и бородатый я, как ни странно, оказался больше похож на себя на водительском удостоверении и документе, извещавшем, что Vladimir Birukov, сексом «М», ростом «6'2''» что бы это ни значило, весом «222» с «BRO» волосами и «HAZ» глазами, согласился со всеми условиями, предоставленными ему офисом шерифа округа Грэнд и теперь авторизован для ношения скрытого «хэндгана», то есть пистолета или револьвера. Документ был подписан шерифом этого самого округа Грэнд, штат Колорадо. Документ оказался в одной сумке с водительским удостоверением. В общем, я теперь не просто так. Проверку серьезную не пройду, разумеется, а вот просто «предъявите документы» — это уже не страшно.

Когда я почувствовал, что пусть не окончательно окреп, но уже вполне способен заниматься делом, я выбрался на аэродром, где на взлетке отмерил себе дистанцию в двести, триста и пятьсот метров, на которых тщательно пристрелял винтовки. Неторопливо, аккуратно, с блокнотиком под рукой, после чего решил, что уже теперь на точность своего оружия могу положиться окончательно. А после этого впервые не просто поел, а приготовил себе обед. В общем, вкус к жизни вернулся.

Следующим утром поехал в ангар с «фоксбэтом», решив, что теперь можно начинать готовиться к полету. Для начала хотя бы освоиться с органами управления, почитать руководство, сидя в кабине. Так что, напившись с утра кофе, я собрался и поехал к ангарам.

Утро было пасмурным, хотя при этом тихим и безветренным. За забором увидел давешнюю, наверное, стаю собак, которая трусила куда-то в сторону города, не обращая на меня никакого внимания. Но я на всякий случай глянул на лежащие рядом дробовик и «тикку», вроде как убедился, что ничего нужного не забыл.

Остановившись у нужных мне ворот, выбрался из джипа, сунув руку в карман в поисках ключа от замка — и замер. Где-то совсем близко послышался стрекот вертолета, а затем над летным полем появился оливкового цвета двухвинтовой грузовой «чинук» с надписью «Армия Соединенных Штатов» на борту. Неторопливо двигаясь над самой землей, вертолет гнал вихри мусора и сухой травы, которую намело сюда за время безлюдья. Грохот винтов усилился, заметался между рядами ангаров.

Я заскочил за джип, укрывшись, и увидел, как большая и неуклюжая с виду машина вполне элегантно развернулась почти над самой землей и плавно опустилась на площадку перед терминалом. Винты немного покрутились и замерли, открылась боковая дверь, уронив нижнюю свою часть в виде лесенки, затем наружу выбрались трое, в уже знакомой мне серо-белой «компьютерной» униформе, в ботинках пустынного цвета и с автоматами. Они разошлись в стороны, образов некое маловнятное подобие оборонительного периметра, а затем «чинук» откинул заднюю аппарель и из его чрева начали выходить люди в разномастной, и одновременно с тем схожей одежде, явно собравшиеся на работу.