Чтение онлайн

Он сделал паузу и задумался.

— Есть несколько ножей для разделки туш на скотобойне, еще несколько на кухне. Несколько противопожарных топоров в разных местах. Ничего более существенного.

Рипли опустилась на стул и пробормотала.

— Тоща нам конец.

— Нет, это вам конец, — холодно отозвался старший офицер. — Выбудете находиться в лазарете. У вас карантин.

Она изумленно посмотрела на него.

— Но почему?

— Потому что вы представляли собой проблему с момента появления здесь, а я не хочу новых проблем. Разбираться со всем этим входит в круг моих обязанностей, а мне будет спокойнее, если я буду знать, где вы находитесь. Люди начинают нервничать. Появляясь там, где вам быть не следует, вы усугубляете их волнение.

— Вы не можете этого сделать. Я ничего плохого не совершила.

— А я и не утверждаю этого. Я пекусь о вашей же безопасности. Я несу за это ответственность как руководитель данного заведения. Можете написать на меня официальную жалобу в соответствующие органы, когда вернетесь.

Он отечески улыбнулся.

— И оставьте свои переживания, лейтенант. Я думаю, что вы будете в безопасности от любых ужасных и огромных зверей, пока будете находиться там. Верно? Ну, вот так вот. Славная девочка. Мистер Эрон проводит вас.

Рипли поднялась.

— Вы делаете ошибку, принимая такое решение.

— Думаю, что как-нибудь переживу это. Эрон, после того, как проводите лейтенанта, распорядитесь насчет поисковой группы. Как можно скорее. Все, что мы имеем на данный момент, так это спятившего Голика. Быть может, Боггз и Рейнз еще живы и нуждаются в помощи.

— Хорошо, сэр.

— Вы ошибаетесь, Андруз, — сказала Рипли. — Вы не найдете никого живого в этих тоннелях.

— Посмотрим. Он проводил ее, глазами, когда она выходила в сопровождении его помощника.

Она села на койку, угрюмая и сердитая. Клеменз стоял неподалеку и наблюдал за ней. Прозвучавший по связи голос Эрона заставил ее поднять глаза.

— Всем явиться в зал столовой. Мистер Андруз просит всех собраться. Зал столовой, общий сбор.

Легкое электронное гудение завершило сообщение заместителя Рипли посмотрела на медицинского сотрудника.

— С Фиорины можно как-нибудь выбраться? На каком-нибудь аварийном челноке? Или еще как-нибудь, чтобы спастись?

Клеменз покачал головой.

— Разве ты забыла, что это тюрьма? Отсюда пути нет. Корабль с грузами приходит раз в шесть месяцев. — И все? — она вся обмякла.

— Нет причин для паники. Они уже послали кого-нибудь забрать тебя и разобраться во всей этой заварухе. Они скоро будут здесь.

— В самом деле? И как скоро?

— Я не знаю.

Клеменз был обеспокоен чем-то помимо гибели несчастного Мерфи.

— Раньше сюда не очень-то торопились. Это всегда какой-нибудь проходящий мимо транспорт. Вообще-то свернуть корабль с положенного курса всегда дорого обходится. Ты не хочешь мне рассказать, о чем вы беседовали с Андрузом?

Она отвернулась.

— Нет. Ты потом решишь, что я сумасшедшая.

Она посмотрела в дальний угол, где Голик рассматривал стенку. Он выглядел гораздо лучше после того, как Клеменз отмыл его.

— Вообще-то немного жестоко, — пробормотал медтехник. — Как ты себя чувствуешь?

Рипли облизала губы.

— Температуры вроде нет. Но подташнивает, и в животе болит.

Прямо разрывается на куски.

Он выпрямился и кивнул самому себе.

— Начинает сказываться шоковое состояние. Это неудивительно после того, что ты недавно пережила. Удивительно, что ты еще не лежишь и не рассматриваешь стену вместе с Голиком.

Подойдя к ней, Клеменз сделал поверхностный осмотр, после чего направился в кабинет, открыл задвижку шкафчика и начал возиться с его содержимым.

— Я тебе дам еще один коктейль.

Она смотрела, как он работает с инъектором.

— Нет, мне нужно оставаться на ногах.

Ее глаза инстинктивно стали искать возможные входы: вентиляционные отверстия, дверные проемы. Но в глазах темнело, мысли отяжелели.

Клеменз подошел к ней с инъектором в руках.

— Посмотри на себя. Ты называешь это состояние «на ногах»? Ты едва на них стоишь. Организм — это эффективная машина, но всего лишь машина. Начнешь требовать от нее слишком многого, и она не выдержит.

Она закатала рукав. — Только не надо читать мне лекции. Я знаю, что делаю.

Фигура в углу громко бормотала:

— Я не знаю, почему люди во всем обвиняют меня? Прямо рок какой-то. Это, конечно, не означает, что я совершенен, но, ей-богу, я не понимаю, почему одни люди всегда стараются обвинить других.

Клеменз улыбнулся.

— Очень мудро подмечено. Спасибо, Голик.

Он наполнил инъектор, проверяя уровень.

Когда она села в ожидании укола, она случайно обернулась на Голика, который, к ее удивлению, оскалился в ответ на ее взгляд. Выражение его лица было совершенно нечеловеческим: отсутствие мысли, чистый восторг идиота. Рипли с отвращением отвернулась, ее занимали другие заботы.

— Ты замужем, — неожиданно спросил спеленутый.

Рипли вздрогнула: — Я?

— Тебе надо выйти замуж, — совершенно серьезно заявил Голик. — Иметь детей… ты симпатичная девчонка. Я знавал много таких. Дома. Они всегда любили меня. Ты тоже умрешь.

Он начал насвистывать.

— Это действительно так? — спросил Клеменз.

— Что?

— Что ты замужем.

— Зачем тебе.

— Просто интересно.

— Нет.

Он подошел к ней с инъектором в руках.

— Как насчет одного уровня со мной? — спросила она.

Он ответил вопросом на вопрос:

— Ты не могла бы поконкретней?

— Когда я спрашивала тебя, как ты попал сюда, ты не ответил. Когда я спросила, откуда у тебя клеймо заключенного, ты опять увильнул от ответа.

Клеменз посмотрел в сторону.

— Это длинная история. Боюсь, что несколько мелодраматичная.

— Ну тогда развлеки меня немного.

Она сложила руки под подбородком и уселась на кровать.

— Моя беда в том, что я был сообразительным. Я знал все. Я был талантлив, и мне казалось, что больше мне ничего и не нужно. Некоторое время так оно и было.