Чтение онлайн

Она вздернула подбородок:

– А я и не боюсь.

– Ты дрожишь.

– Мне холодно, – солгала она.

Он улыбнулся.

«Красавец! Все тридцать два зуба на месте».

– Я только хочу обсудить с тобой наше будущее.

Лиза вспыхнула:

– У нас нет будущего.

– Ты опять ведешь себя как ребенок. Мы женаты, и этого нельзя изменить. Однако мне кажется, что тебе будет приятно узнать, что я уеду в Европу, как только мы вернемся в Нью-Йорк.

Лиза похолодела. Ей хотелось, чтобы он уехал. Но так скоро? Она была потрясена.

– Ну что, тебе жалко, что я уезжаю? – насмешливо спросил он.

– Наоборот, я рада! – Но голос ее дрогнул, на глаза навернулись слезы. И тут ее посетило новое подозрение: – Погоди, ты хочешь взять меня с собой?

Он покачал головой.

– Нет, я не сказал, что мы оба уезжаем. Я еду один. У меня есть важные дела. Я пришлю за тобой весной.

Лиза долго молчала. Уезжает. Надежды нет. А ей какое дело? Она так и думала с самого начала. Оставит ее в Нью-Йорке. Возьмет ее деньги. Что теперь? Радоваться. Счастливую улыбку на лицо! Но получилась гримаса.

Ясно, что он сказал ей правду: если бы у него был выбор, он бы не женился снова. Ясно, что он ее совсем не любил. Это не должно причинять ей боль – ее сердце уже разбито. Тогда почему она чувствует себя такой несчастной?

Он тоже смотрел на нее с удивлением:

– Ты ведь этого хотела, не так ли? Чтобы я взял твои деньги и оставил тебя?

– Да, – неуверенно произнесла Лиза.

Я обязательно пришлю за тобой весной. Лиза медленно покачала головой:

– Но я не поеду.

– Поедешь. – Его голос был тихим, но слова звучали как предупреждение. – Не вздумай опять бросать мне вызов, не заставляй возвращаться в Америку за тобой.

Лиза постаралась представить себе следующие шесть месяцев. Она – здесь. Джулиан – там. И океан между ними. Почему ей так грустно?

– Я не служанка, Сен-Клер. И буду поступать, как хочу. Не утруждайся посылать за мной.

– Тогда я приеду сам.

– Зачем? – спросила Лиза. – Я ведь тебе не нужна – тогда зачем? – Она уловила тоску в своем голосе.

Джулиан повернулся к двери, но замешкался. Ее слова повисли в воздухе: «Я тебе не нужна».

– Я пришлю за вами, мадам, потому что вы моя жена. На горе и на радость.

– О Боже, – прошептала Лиза, – за что?

Он открыл дверь, остановился на пороге.

– Надеюсь, через шесть месяцев ты повзрослеешь и поймешь, что твой жребий мог быть намного хуже.

Лиза не могла не сказать последнего слова:

– Счастливого Рождества, Сен-Клер.

Он вспыхнул и вышел.

«Даже не оглянулся».

Кастл-Клер, остров Клер, 1903 год

Остров Клер образовывал бухту между бурным Атлантическим океаном и диким западным берегом Ирландии. Его западная сторона была непроходима. Голые скалы подставляли свои тела яростному ветру и бушующему океану. Зато восточная сторона была зеленой и плодородной. На холмах паслись овцы. В низинах журчали ручьи. Извилистые тропинки рассекали склоны.

Построенный в тринадцатом веке первым графом Коннот, замок потом часто достраивался. Белые каменные стены окружали многочисленные, беспорядочно выстроенные сооружения, а над ними возвышались крепостные башни замка.

Джулиан не был дома почти полгода. Но его мало успокоил вид древних стен и башен. Он объездил всю Европу в поисках недостижимого забвения. Джулиан мрачно смотрел перед собой, пока карета катила по грязной дороге к замку. Если его братец в Кастл-Клере, а Джулиан не сомневался, что он там, раз его нигде не было, он свернет ему шею.

Карета въехала через железные ворота, поржавевшие от времени. О'Хара резко натянул поводья. Карета дернулась, колеса завизжали, и Джулиан слетел с сиденья. Он со вздохом распахнул дверцу, петли жалобно скрипнули. Его карета была старая, такая же старая, как и кучер. Он бы купил новый экипаж, но не хотел выбрасывать семейную реликвию.

– Извините, милорд, – прохрипел О'Хара, переводя дух.

Джулиан нетерпеливо посмотрел на него и не стал дожидаться, чтобы тот слез с козел и подал ему руку. Выйдя из кареты, он прошел по дорожке, покрытой грязью и гравием, распахнул тяжелую парадную дверь. Он оказался в огромном холле. Эта часть замка тринадцатого века, выстроенная из холодного камня, была без окон, а потому темной. На стенах висели мечи, булавы, арбалеты, щиты. Древнее оружие навевало мысли о средневековье.

Джулиан огляделся. Старинный стол был покрыт, казалось, вековой пылью. В огромном камине не горел приветливый огонь. Каменные полы, были голыми и ледяными. Настоящий дом для привидений. Джулиан чувствовал, как холод проникает в него. Он не любил это мрачное помещение.

– Роберт! – крикнул он.

Ответило ему только собственное эхо. И неудивительно. Дом был таким большим, а людей здесь находилось мало. Сен-Клер давным-давно сократил свой штат прислуги до незаменимого О'Хары, двух служанок и повара. Слугам плохо удавалось поддерживать в порядке огромный замок, поэтому по углам свисала паутина, на мебели лежал толстый слой пыли. Он думал о своей жене: ей вряд ли понравится его древнее поместье после современной роскоши Нью-Йорка.

Джулиан прошел через темный коридор. Тринадцатый век закончился. Крыло, где жила его семья, было построено в шестнадцатом веке. Полы там были паркетными, окна широкими. Стены украшали многочисленные картины, включая творения Боттичелли, Веласкеса и Курбе. Джулиан никогда не расставался с произведениями искусства, которые его предки собирали и которыми восхищались на протяжении многих столетий.

У дверей в комнату своего брата он остановился и услышал женский смех. Глаза Джулиана расширились от удивления, и он толкнул дверь.

Роберт сидел на кровати, на которой были видны следы недавних любовных утех. Он был только в тонких шерстяных штанах и одной рукой обнимал какую-то девушку. Девушка была тоже полуодета. Она взвизгнула и прикрыла руками свою обнаженную грудь. Роберт, увидев Джулиана, смертельно побледнел. Он вскочил с постели, а его любовница убежала.

– Джулиан, ты вернулся! – воскликнул он.

– Почему ты здесь? – строго спросил старший брат. – Ты должен быть на водах.

Роберт провел рукой по своим густым каштановым волосам.