Шрифт:
А. Свистунов
Чудо по-русски
В славном городе Санкт-Петербурге вечерело. Белая ночь входила в город долгими, как последние проводы, хмурыми сумерками. На Невском, в семи комнатной квартире с евроремонтом, тихо зрел заговор.
После того как был сделан заказ, скучно стало слушать господина Мусинского. Заговорщики предвкушали выпивку и закуску. Григорий Алексеевич почувствовал нервозность ожидания и объявил перекур. Он улегся на любимый диван, выпятил живот и пускал вверх затейливые колечки табачного дыма. Вера, очаровательная зеленоглазая ведьма, в мечтах уже перенеслась на шабаш ведьм в Палермо, на Сицилию, куда была приглашена через три дня и где собиралась отрываться целую неделю. Она с удовольствием делилась своими творческими замыслами со Шмелевым, долговязым учеником чародея. А тот, активно болея за свою любимицу, смаковал подробности черного пиара русской королевы красоты. Петрович, солидный и уверенный в себе заслуженный маг, баловался затейливым пасьянсом с шестью живыми блуждающими джокерами.
Входная дверь широко распахнулась и гонец, с вялой торжественностью в голосе объявил:
– Посланец от феи Ренаты, с горячим заказом прибыл.
Петрович настороженно спросил.
– А водку захватил?
– Не извольте беспокоиться, - голос гонца стал заискивающим, - как заказывали: Три бутылочки "Русской Чудесной", со специальным магическим ароматом, усиливающим алкогольный эффект. Похмелья не будет, - после короткой паузы решительно добавил он.
– Также извольте получить семь бутылочек пива "Забористого", пицца очень хат, сосиски с зеленым горошком, кило сыра голландского, крабы - банка, икра красная - банка, соленые сухарики, двести грамм масла сливочного. Все в соответствии с вашим заказом стоимостью - одна тысяча сто двадцать талантов. Ваша магическая сила на эту сумму уже переведена на счета феи Ренаты.
Гонец поклонился, забрал опустошенную корзинку, и, вместо того чтобы исчезнуть, внимательно стал рассматривать Мусинского. Тому скоро это надоело. Он рассеяно окинул взглядом своих товарищей.
– Есть у кого-нибудь мелочь? Заклинание, талантов на пять. На чай народу надо.
Петрович, уже мысленно опустошивший бутылочку "Чудесной", тяжко вздохнул и дотронулся указательным пальцем до лба гонца.
– Себе берег, но отдам, владей. Превосходное заклинание по материализации комаров.
– Тоже деньги, - ответил гонец. Хотя, Питер на болотах. И так комаров полно.
Он не спеша, растаял в воздухе, оставив после себя рекламный запах вкусноты.
– Ладно, - строго сказал Мусинский, - водку, масло, икру в холодильник, остальное на стол. Водку, - Григорий Алексеевич строго посмотрел на Петровича, - пить будем, когда разговор о деле закончим. Итак.
– Мусинский не пожалел двух талантов и резко прервал мыслепередачу Веры о Сицилии.
– Завтра грабим Короля. Вера, у тебя главная роль в нашем деле. Знаешь, сколько денег я отдал за заклинание "русской революции"? Бешеную кучу талантов. Мог бы сейчас быть просто богатым человеком и не надеяться на Чудо.
– Григорий, не мети пургу.
– Вера окинула предводителя снисходительным взглядом, похрустела сухариком, глотнула пива.
– Тебя же не устраивает быть просто богатым. Ты же все время приговариваешь: "Неужели Король совершил больше чудес чем я. Почему у него миллиарды талантов, а у меня нет. Не волнуйся, просто его чудеса были гораздо масштабнее твоих, вот и нажил он огромное состояние. И мне его таланты очень симпатичны. Я тоже не прочь оторвать кусочек его состояния.
– Как это замечательно, что мы друг друга понимаем.
– Мусинский глотнул пива, - кстати, питерское забористое лучше московского. Вот в Праге я пил пиво Бжезинского, очень недурно, а сосиски лучше баварские, от Колля. Значит, Вера, отдашь мне все твои таланты. Я эти деньги в сейф запру. При себе оставишь только магию неземной красоты и внешней гармонии, волшебную сексапильность не забудь, ну и прочее, что мужикам надо. Будешь бедной овечкой, убежавшей от стада мужиков - волков. Помнить о нас ты не будешь, пока не встретишь, так что охрана короля тебя не расколдует. Главное, чтобы, темной бархатной ночью, наедине со счастьем в виде тебя, король сглотнул наше заклинание и был готов устроить Чудо Русской Революции.
– Хорошая ведьма может из Короля своего верного слугу сделать, - веско заявил Петрович.
– Крабов мне передай, - попросил он Шмелева.
Шмель приподнял банку, зацепил крабов вилкой, плюхнул солидную порцию себе в тарелку, затем передал остатки Петровичу и спросил, как будто репер куплет пропел.
– А - не - ки - нет - ли - нас - Вер-ка?
– Не кинет. Правда, Вера, - ласково спросил Мусинский, У нее и времени-то, вечер и ночь. Не успеет развести Короля и стать мадам Королевой. Вера хорошая девочка-ведьмочка. Помнишь историю с Бароном? Кому все боком вышло? И ты нас кинула, и барон тебя кинул. Не нужно самодеятельности. А кинешь... Я знаю, как и на этом заработать.
– Григорий Алексеевич, ну когда я тебя кидала?
– Вера высасывала маслинку досуха. От ее ведьминого глаза в доме у Мусинского ничего не могло укрыться вкусного, да и мужики для нее были прозрачны в плане сексуальных пристрастий. Она изящно плюнула косточкой в Мусинского, попала прямо в губы. Получился волшебный поцелуй. Григорий Алексеевич сдался.
– Ладно, все претензии снимаются, иди готовься. Сегодня вечером ваш выход, моя прекрасная ведьма.
Вера всем послала по воздушному поцелую, обжигающему губы.
– Икру и водку я вам, пожалуй, оставлю. Поужинаю у Короля и песенку ему спою.
Зеленоватым облачком Вера унеслась прочь.
– Шикует, - не преминул отметить Шмель.
– Нет, чтобы на автомобиле добраться. Таланты на проезд выбрасывает.
Мусинский окинул взглядом своих соратников. Петрович сосредоточенно грыз кусок сыра без хлеба, Шмель вилкой накалывал горошины и отправлял их в рот по одной. Пиво у обоих заканчивалось. Григорий Алексеевич тоже допивал вторую бутылку.
– А хороший мы план придумали?
– спросил он.
– Угу, - буркнул, не разжимая зубов, Петрович. Затем, прожевав кусок, допил пиво и продолжил фразу.
– Значит, Шмель летает вокруг охраны и покусывает всю девятку своей магией. Пока он их отвлекает, я аккуратненько охрану Короля упаковываю в бутылку с остатками виски "Крейзи Хорс". Недешево обойдется, придется потратить заклинание тысяч на двадцать пять талантов. Дальше твоя работа, Григорий. Все ясно, можно водку пить.
– Подожди, дело большое, такие деньги могут обломиться. Их нужно уметь отработать. Помните, как десять миллионов талантов спасали в Москве, во время кризиса?
– Но не мы же были виноваты. Кризис.
– возразил Шмель.
– Когда каждый день творятся огромные чудеса, зарабатывается и теряется невообразимое количество талантов, при нынешней миллиардной ставке нам нужно все сделать чисто. Без случайностей и форс-мажоров.
– Как скажешь, Григорий, так и сделаем, - ответил Петрович.
– Ну вот. А когда Король останется один, подойду я к нему с протянутой рукой, со словами: "мосье я не ел шесть дней" и заставлю сотворить "Чудо Русской Революции". И отдаст он мне все свое состояние.