Чтение онлайн

"Смерть, - бесстрастно констатировало . сознание Ронга,-если какой-нибудь сумасшедший все-таки сумеет... Интересы общества превыше... Интересы общества..,".

– "Ронг!
– разрезал мертвенную тишину звонкий, как вскрик жаворонка в солнечной радостной вышине, голос Ни,- и наваждение оставило юношу.

Раскинув смуглые тонкие руки, девушка бежала к нему и, задыхаясь, кричала на бегу:

– Ронг, я нашла тебя! Они мешали... они так не хотели... Но я нашла! Вот я, Ронг!!!

ГОРЯЧИЙ СВЕТ ЗВЕЗД

Ронг был счастлив. Романист из прошлого сказал бы, что юноша жил как в тумане, и он бы не ошибся.

Это был туман, полный теплого света, ярких, искрящихся красок, по которым безмерно тосковал Ронг на всем протяжении двух недель своего пребывания на Безоблачном мире.

Ни жила в густом лиственном лесу, в охотничьем домике, которыми изобиловали на Земле зоны отдыха. Были там собаки-не то унылое подобие животного, что приготовил Гладколицый на пустыре для "облегчения адаптации" Ронга, а настоящие-лохматые, дурашливые, но, когда нужно, исполненные своего собачьего достоинства, беззаветно преданные Ни и сразу признавшие юношу. Была пара вороных лошадей.

Жил в светлых солнечных комнатах (в их постоянно распахнутые просторные окна свободно лился воздух, напоенный тысячью лесных запахов) большой, величественный и лукавый дымчатый кот. Стремительные, исполненные целеустремленности и вызывающей независимости, метались от искусно вылепленных под крышей домика гнезд в лес и обратно ласточки; трепеща крыльями, оня зависали в воздухе перед Гнездами, кормя птенцов. А в быстрой ледяной речке играла форель.

Рядом с Ронгом была Ни. Лишенная какого бы то ни было жеманства, она тянулась к нему беззаветно, гордо отметая ложную стыдливость, смелая, порывистая и удивительно женственная.

На лошадях и пешком они забирались далеко в глубь леса, жадно вслушиваясь в бесконечное разнообразие голосов, которым он, дремучий и мудрый, рассказывал о себе и о сокровенных тайнах бытия. Повстречалась однажды медвежья семья: бурая мама и пара ее питомцев-встреча, как известно, не очень приятная. Ни крепко прижалась к плечу Ронга, и юноша на какое-то время забыл об опасности, охваченный одним властным чувством гордости-любимая доверяла ему жизнь, и он ощущал свою силу, исполненный бесстрашия и уверенности в себе. И удивился, заглянув в широко открытые темные глаза Ни, потому что в них не было даже намека на испуг-только радостная гордость женщины, сознающей себя избранницей. Конечно, Ронгу, как и любому другому мужчине, не дано было проникнуть в эту вечную тайну женственности, но тем более сильным было его счастье.

...Это была любовь наивная и неискушенная. Встретились двое, казалось, уже достигшие грани отчаяния, бесконечно одинокие в одинаково чужом для них сером мире, лишенном живых красок,-так сталкиваются в ударе два холодных камня, рождая яркую горячую искру.

Но главным было то, что серый мир ушел в небытие. Он уже казался Ронгу просто дурным сном, последней злой попыткой жадной ночи удержать сознание в своих лапах, хоть ненадолго оттянуть торжество наступающей зари. Он окунулся в море горячего света, в мир, где все было настоящим: солнце, весело слепящее глаза, звезды, задумчиво мерцающие в бездонной ночном небе, месяц, лукавый и надменный, с безобидным нахальством подмигивающий им из ряби речных маленьких волн. Все это было необыкновенно прекрасно после гнетущей безликости серого мира. Ронг, с несвойственной ему прежде философичностью, задумывался иногда над тем, что, видимо, так уж устроена жизнь: прежде чем подарить человеку счастье, судьба швыряет его на самое дно всяческих невзгод, и в этом ее щедрость к людям. Ведь без возможности сравнить ничего нельзя оценить по достоинству.

– Скажи, а там, среди них, я тоже был серый? спрашивал он Ни.

– Конечно, нет!-смеялась она.-Потому я и поняла сразу, что Пришелец-именно ты.-И серьезно добавила:-Дело не только в том, как было на самом деле. Ни ты, ни я не изменились. Но мы оба видели и видим окружающее, как оно есть, а те-они уже не могут.

– Подожди,-пытливо спрашивал Ронг,-ты хочешо сказать, что я, как и ты, оставался в сером мире самим собой, но они видели меня серым?

– Конечно. Ты и там был смуглым от земного загара, и глаза у тебя оставались синими. Но они не могли всего этого видеть...

– А я? Я видел правильно?

– Да, потому что тот мир--весь-действительно серый...

Здесь Ни внезапно уходила в себя, словно чего-то не договаривая, и Ронг больше не задавал вопросов. Он вообще еще ни о чем ее по-настоящему не спрашивал.

Даже в этот период своей жизни на Безоблачном мире он не забывал об обязанностях разведчика, тем более, что выполнять их было не так уж трудно: ЗапУСК не нуждался в передышках. Однажды, когда астролетчик отдыхал после серии сложных исследований в густой сочной траве, на небольшой поляне у речки, глядя в небо и любуясь тем, как заволакивают его голубизну черные грозовые тучи, он ощутил мягкий, но требовательный толчок. ЗапУСК подавал сигнал "внимание!", впервые за много дней напоминая о своем существовании. Повинуясь выработанному рефлексу, Ронг мгновенно вскочил, собранный и гибкий, одинаково готовый отразить опасность или просто встретить неожиданное.

Перед ним стоял Гладколицый. Он одобрительно растянул губы в "улыбке":

– Вижу, вас не застанешь врасплох.

– Вы здесь?-Ронг замялся.-Или это...

Инопланетянин поморщился:

– Да, это, разумеется, только проекция. Можете проткнуть меня рукой (Ронг попробовал - и в самом деле вышло) здесь мне нечего делать.

– Или вы просто не можете сюда проникнуть?

Впервые астролетчик услышал, как Гладколицый смеется,-это напоминало царапанье алюминиевым гребешком по стеклу:

– К вам что-пришло сегодня озарение? (Тоже новость: инопланетянин пытался острить!) Ну, если хотите, да: мы не приспособлены для жизни в-этих условиях. Но я установил с вами контакт не для того, чтобы обсуждать данный вопрос. Дело значительно серьезнее.

Ронг с досадой подумал: наверное, они и с любимой не просто встречаются, а именно устанавливают контакт.

– Дело серьезнее,-повторил Гладколицый, глядя на него в упор ничего не выражающими глазами.
– Вам пора подумать о будущем.

Что ж, это было справедливо. Повстречавшись с Ни, Ронг и впрямь совсем w. задумывался о завтрашнем дне. Он просто радовался своему счастью и, подчиняясь накрепко усвоенному заданию программы, выполнял работу исследователя. Он даже не думал о Земле и товарищах-тех, кто провожал его в полет, кто мгновенно превратился в излучение там, в Космосе. Словно проснувшись, он требовательно спросил:

– Отчего погиб "Золотой колос"?

– Мы не знаем этого,-покачал головой Гладколицый.