Что это за мать...
Шрифт:
Может, они помогут нам? Нет времени осмыслить происходящее. Как я могу это объяснить? Как сделать так, чтобы это не выглядело похищением? Как я—
— Алло? Вы там?
— Секунду!
Нужно что-то сделать. Не могу просто оставить его здесь.
Ванная.
Поднимаю мальчика — он тяжелее, как он так потяжелел — и быстро несу в ванную. Опускаю его в ванну, и мальчик сразу принимает свою сжатую позу, подтягивая колени к груди и обхватывая голени руками.
— Я буду в соседней комнате… Здесь ты будешь в безопасности, хорошо?
Последний раз смотрю на ребёнка перед тем, как выйти.
— Простите, что заставила ждать, — объявляю, пробираясь через бисерную занавеску с напускной бодростью. — Простите, но сейчас не лучшее время—
— Ваша вывеска была включена, — говорит девушка тусклым голосом. — Значит, открыты… или просто не хотите меня видеть?
Я узнаю её. Откуда?
Лиззи. Она вернулась. Теперь на ней нет украшений. Всё то дешёвое золото исчезло. Никакого макияжа. Она обнажена до кожи. Глаза красные. Видно, что плакала. Что бы ни случилось, она принесла эту боль с собой.
— Наверное, случайно оставила включённой. — Пытаюсь отчитать себя, но выходит неестественно. Сухо. Только шелуха в голосе. — Простите, я просто вымотана. Не думаю, что смогу—
— Вы солгали. — Её злость высасывает воздух из комнаты. В прошлый раз она была широко раскрытыми глазами и наивностью, но что-то за последние недели содрало это с неё. — Я сделала всё, как вы сказали. Использовала эти дурацкие кристаллы, но…
Слова рассыпаются. Она не может закончить мысль.
— Ох, милая, — начинаю. — Всё в порядке…
Лицо Лиззи искажается. Слёзы текут по щекам, и она пытается их стереть.
— Ничего. — Ничего. Чёрт, даже с ней я бросаю это слово.
Тянусь к ней, но Лиззи отбивает мою руку. — Не трогайте меня.
Отступаю. Её эмоции скачут. Не могу уловить.
— Мама выгнала меня. — В горле застрял комок боли. — Парень не пускает меня к себе. Мне некуда идти. Я живу в машине…
Бросаю взгляд на входную дверь. Где Генри? Почему его нет?
— Иногда всё поворачивается не так, — предлагаю я. — Уверена, они скоро одумаются—
Лиззи выглядит так, будто вот-вот плюнет мне в лицо. Челюсть сжата. — Вы сказали мне, что всё будет в порядке, если я сделаю, как вы велели. Вы сказали, что видели это на моей ладони, и я поверила вам.
Заглядываю через плечо в заднюю комнату, молясь, чтобы мальчик не услышал ничего из этого. Нужно выпроводить эту девушку. Сейчас. — Эти предсказания никогда не бывают точной наукой…
— А теперь вы говорите, что они не работают?
— Я не говорила—
— Я доверилась вам, и теперь всё, что у меня было, пропало, и это ваша вина!
— Вам нужно потише.
— Должна была увидеть вас за километр. Вы чёртова мошенни—
— Я не могу помочь, если вы будете кричать—
— А теперь хотите помочь, да? Собираетесь всё исправить?
— Не думаю, что—
Лиззи выбрасывает вперёд руку, ладонью вверх. — Давайте. Прочтите ещё раз. Скажите, что вы видите теперь.
— Простите?
— Плевать, — шипит она. — Я не уйду, пока вы не прочитаете мою ладонь! Давайте посмотрим, что ждёт меня теперь, ебаная—
— Подождите—
— Прочитайте мою чёртову ладонь!
Комната замолкает. Девушка просто не уйдёт. Не могу от неё избавиться. Самый быстрый способ выдворить её из моего мотеля — подальше от Скайлера — просто сделать, что она хочет. Если ей нужно гадание — ладно, я погадаю, а потом вышвырну её.
— Ладно. — Подвожу её к столу. — Садитесь.
Лиззи не сводит с меня глаз.
— Дайте руку. — Слова — пепел во рту.
Лиззи швыряет руку на стол. — Даже не думайте врать мне в этот раз. Я почувствую, если вы солжёте.
Беру её руку в свои, притягивая ближе. Наклоняюсь, изучая трещины на коже. Ногти обгрызены до мяса, открыты для инфекции. Грызёт их хуже, чем в прошлый раз, кутикулы воспалённые, красные.
— Что вы хотите, чтобы я увидела?
— Куда мне теперь идти, а? Покажите, какое будущее мне осталось.
— Так это не работает—
— Я слушала тебя, — кричит она. — Я доверяла тебе! А теперь исправь мое чертово будущее!
— Я не могу ничего изменить...
— Можешь! Ты должен найти способ...
Пара рук — детских рук — тянется к Лиззи сзади. Я вижу, как они медленно скользят по ее плечам, поднимаются выше шеи... к щекам...
Из ее рта вырывается резкий вдох — или, может, это мой, — когда эти руки закрывают ей глаза. Неожиданная игра в «ку-ку».
Скайлер...
Лиззи кричит.
Откуда он взялся?..
Лиззи инстинктивно отталкивается от стола, ее стул скользит по полу, пока она не ударяется спиной в грудь ребенка. Его руки по-прежнему закрывают ей глаза.
Он держит ее голову. Сжимает.
Как он...
Крик Лиззи застревает в горле. Ее челюсть резко выдвигается вперед, будто что-то застряло в пищеводе. Язык вываливается изо рта, пока она задыхается.
Как...
Лиззи резко хрипит, и все мое лицо заливает чем-то влажным. Я закрываю глаза от внезапного облака брызг на щеках.
Когда я снова открываю глаза, я вижу...
Кровь.
Язык Лиззи вываливается еще дальше, вся мышца вырывается наружу, будто вот-вот выпадет. Кончик заостряется, слишком колючий, чтобы быть языком. Он просто продолжает вылезать и вылезать — три дюйма, пять, десять, тянется через стол ко мне.