Чревоугодник
Шрифт:
— Я тоже! — лукаво улыбнулась девушка и игриво подмигнула, склонив голову.
— Не пойми меня неправильно, но… как же я хочу есть! — на секунду рот мужчины расширился на всё лицо, но сразу же вернулся в нормальную форму. — Где остальные?
— Сейчас будут, — девушка обернулась в сторону стола, на котором сияли золотые и серебряные тарелки, стояли древние вазы, вились лианы душистых растений. — О, а вот и они.
Из вспыхнувшего в воздухе синего портала вышли сразу четверо. Впереди всех стоял рогатый Гнев, чуть позади него — зеленокожий, с маленькими, но зоркими глазками — Зависть. Рядом с Завистью, жирная, с бугристой кожей и золотыми монетами вместо волос — Жадность, похожая на огромную жабу.
Эти трое вдруг расступились, и из-за их спин вышел последний. Грех по имени Гордыня. Высокий, атлетично сложенный мужчина в одежде из золотой ткани. Его подбородок был вздёрнут, а глаза — немного сощурены. В руках, на небольшой переливающейся магическим светом тарелке он держал то самое блюдо.
— Зодиакальный пудинг с шоколадным кремом из фонтана Иштар! — не сдержавшись, воскликнул Чревоугодие. — Наконец-то, ну наконец-то я его отведаю! Блюдо одиннадцатого ранга. Неужели это всё не сон? — изо рта мужчины текли слюни, он еле сдерживался, чтобы не наброситься на священное кушанье. — Как тебе удалось его достать, Гордыня?
— Оу… — мелодичным голосом произнёс Грех. — Это было непростой задачей, брат мой. Очень непростой. Я отыскал человека, у которого находилась последняя порция шоколада из фонтана Иштар. А потом заплатил целое состояние лучшему повару Подмирья. И всё для того, чтобы порадовать тебя на твой юбилей.
— Это правда какое-то чудо, ведь я тоже искал хоть кого-то, кто был при дворе Аккада. Но никого не нашёл. Ай, плевать! Ставь уже на стол, иначе я сам себя сейчас сожру!
Когда Грехи рассаживались за стол, Похоть вдруг спросила:
— А где Лень? Она ведь обещала сегодня прийти. Юбилей брата, как никак…
— Не захотела, — развёл руками Гнев. — Сказала, что ей лень.
Чревоугодие пододвинул к себе тарелку со священным блюдом и вперил в него глаза, больше не замечая ничего вокруг.
— Дождался. Я этого дождался. Спустя три тысячи лет…
Дрожащими руками он поднёс к тарелке свою золотую ложку, и зачерпнул ею пудинг. Медленно поднёс ложку ко рту, и…
Ам!
Кусочек зодиакального пудинга с шоколадным кремом из фонтана Иштар потонул в бездонных глубинах тела Греха.
Вот оно, счастье. Вот оно.
Или…
— Стоп, что за… — Чревоугодие вдруг выронил из руки ложку и вскочил со стула. Схватился за живот. Его начало качать из стороны в сторону, сознание помутилось. Он поднял взгляд на своих родственников и увидел, как те улыбаются. Улыбаются ехидно, злобно, выжидающе. — Какого… — Грех поднял руку, и золотая ложка мигом оказалась в ней. — Да как вы пос…мели… ублюдки. Я же вас всех… любил…
— Да пошёл ты, — цыкнула Похоть и приняла свою привычную форму с рогами и хвостом. — Ты нам никогда не нравился. С тобой даже трахаться неинтересно.
— Я ненавидел тебя всю свою жизнь! — вскочил прямо на стол Гнев. — Ты бесишь меня. Бесишь! Бесишь! Бесишь! — стучал ногами рогатый, а тарелки разлетались на осколки.
— Прости, — прошипел зеленокожий Зависть. — Но ты был непозволительно лучше, чем мы. А терпеть подобное — смерти подобно. Прощай.
— Чур всё его золото я забираю себе, — подняв руку, сказала Жадность, и начала сгребать к себе всю золотую посуду, что ещё не успел раздолбать Гнев.
— Ты всегда был ничтожеством, — подал голос последний из Грехов. Гордыня. — Глупым ничтожеством, которое мнило о себе больше, чем следует. Так подохни же.
— П-хех… — усмехнулся Чревоугодие и харкнул на пол кровью. — Какие же вы все… жалкие. Ну, ничего. — от бессилия Грех упал на спину. Он держался из последних сил, глаза силились закрыться. Он вытянул перед собой золотую ложку, которую уже смутно видел. — Вы ещё за всё поплатитесь. Я вам обязательно… отомщу! — выкрикнул Чревоугодие и совершил последнее усилие. На его ложке вдруг очутилась маленькая зелёная фасолинка, которую он мигом отправил себе в рот.
А через секунду — взорвался, оставив после себя лишь кровавые ошмётки.
Я не могу в это поверить.
Предали…
Братья и сёстры, самые близкие существа во всех Девяти Мирах — предали. Сговорились, подстроив это представление, и отравили меня.
Я ведь и подумать не мог, что они на такое способны. Разве что Гордыня. Но остальные то как? Как они на такое согласились? Неужели Гордыня обманом их к этому принудил?
Ай, да кого я обманываю… Ведь видел своими глазами их реакцию, слышал, что они говорили мне перед смертью. Каждый из них предатель. Каждый! Разве что Лень, возможно, никак в случившемся не замешана. Но она, хотя бы, могла меня предупредить. Или снова поленилась?
В общем, неважно. Теперь я мёртв, и стоит принять этот факт. Мертво моё прежнее тело, но теперь я новом, хотя и более слабом. И поэтому у меня есть шанс отомстить. И я его обязательно использую.
Спасся я благодаря силе квантовой зелёной фасолинки. Её мне удалось раздобыть лет триста тому назад — самую последнюю из оставшихся во вселенной подобных фасолинок. Лакомство это дарует вторую жизнь тому, кто её отведает. Правда вот, её действие совершенно невозможно контролировать.
Да, квантовая зелёная фасолинка даёт тебе новую жизнь, вот только делает это по своему усмотрению.
Нельзя выбрать время, тело и место, куда ты попадёшь. И поэтому мне совершенно не понятно, где я сейчас…
Вокруг какая-то темнота и гнетущая тишина. Лишь где-то вдалеке слышу неразборчивый шёпот и вижу тусклый свет.
Хм, ну, попытаюсь двигаться в ту сторону. Что ещё остаётся?
О, получается! Хоть и медленно, но я лечу на свет. Лечу всё быстрее и быстрее… быстрее и быстрее….
Бам!
На всех скоростях врезаюсь в неизвестное. Свет ударяет по глазам, и я чувствую, будто меня засасывает во что-то маленькое и хрупкое. Когда процесс заканчивается, тут же появляются болевые ощущения. Боль в спине, в коленях, шее, да и голова побаливает.