Чтение онлайн

Но В одном Шмель прав — силы у меня пока еще слабые. Идти в одно жало на целый Легион сейчас — идея, обреченная на феерический провал еще на стадии обдумывания. С моим нынешним арсеналом, по крайней мере, точно. Мне нужно или оружие помощнее, желательно не меньше чем дивизионного формата, либо много толковых союзников, с такой же целью, как у меня.

В идеале, конечно, и то и то одновременно.

Шмель еще раз внимательно посмотрел на меня, снова вздохнул, одним махом опустошил свой стакан и поставил его на стол:

— Вижу по глазам, что ты не собираешься следовать моим советам. Не так ли?

— Давай сделаем вид, что я согласился. — усмехнулся я. — Но ответы на свои вопросы все равно хочу получить. Так, для общего развития.

— Какие все развитые пошли… — Шмель покачал головой. — Ладно, будь по-твоему. Хоть ты и полезный человек, но не настолько, чтобы я тебя вытаскивал из петли. Я и так уже попытался отговорить тебя совать в нее голову, ну а дальше — хозяин барин.

Я изобразил на своем лице максимально заинтересованное выражение и приготовился слушать.

— Итак, кто враждует с Центурией… — медленно начал Шмель. — Ну, во-первых, Горелые… Но они с кем только не враждуют, они почти что не в счет.

Да не «почти что», они вообще не в счет, они же совершенно безумны. Неогранизованы, несобраны, еще много всяких «не». Короче, надеяться на Горелых это все равно что надеяться на сам Аномалион — что он внезапно сгенерирует над Легионом гору, которая раздавит его в лепешку… И то шансов больше.

— Во-вторых, агрономы… Но они не то чтобы враждуют, скорее между ними натянутые отношения. Агрономы не пользуются услугами Центурии, а те закупают их продукцию через четвертые и пятые руки, платя три цены. Но прямых конфронтаций между ними никогда не было, и, надеюсь, не будет.

Раз не было конфронтаций, то тогда мне этот вариант не подходит.

— И, в-третьих, конечно же, Ассамблея. Вот про них можно с полной уверенностью сказать, что у них с Центурией контры. Прямо натуральные контры, вплоть до вооруженных столкновений. К счастью, им хватает ума держаться подальше от городов, а не то парочку уже легко могли бы стереть с лица Земли.

— Вот с этого места поподробнее. — заинтересовался я. — Кто такие эта Ассамблея? И где их найти?

— Ну, как тебе сказать… Если кратко — то Ассамблея это тоже не те ребята, с которыми следует связываться… Да никому не следует, собственно. А найти их ты сможешь в Арсенале.

— Торговцы оружием? Ну, судя по тому, как называется место их дислокации.

— Ну, можно и так сказать. Сейчас они действительно торговцы оружием. — Шмель задумчиво кивнул. — Но так было не всегда… Собственно, почему с ними и не следует связываться.

— Можно предметнее? — я поморщился. — Я понимаю, что Аномалион это такое загадочное место, что населяющие его люди тоже постепенно начинают говорить загадками, но всему же есть свой предел!

— Только не под куполом, Крот, только не под куполом. — без намека на улыбку ответил Шмель. — Но, в общем-то, ты прав со своим замечанием. Помнишь, я говорил, что Центурия нынче представляет из себя наемную армию? Так вот Ассамблея являлась таковой с самого начала. С самого момента своего появления под куполом. Те, кто сейчас называют себя Ассамблея, раньше представляли голубой сектор.

— Погоди. — я нахмурился. — Но голубой сектор это же всякие там лаборанты, проводящие полевые тесты, разве нет?

— Разве да. — Шмель кивнул. — Но ими дело не ограничивается. Голубой сектор это было нечто среднее между синим и красным. Слишком умные для простых силовиков, слишком боевитые для ученых. Если красный сектор целиком состоял из людей, которых Кронос тренировал и, можно сказать, взращивал лично, то в голубой с огромным удовольствием принимали всяких наемников и оперативников частных военных компаний. В основном, они являлись инструкторами для тех самых лаборантов, о которых ты упомянул, но многие из них оказывались пригодными и к полевой работе. И многие из годных соглашались на нее. Там работы-то — собирать образцы в опасных местах и следить за тем, чтобы не стать образцом самому. Не нужно иметь три высших образования, а зачастую и одно не сильно-то нужно. Так что да — голубой сектор это всяческие лаборанты. Но нет — голубой сектор это не только всяческие лаборанты.

— А почему сейчас у них с Центурией… Как ты сказал? Контры?

— Когда началась вся эта беда с Вихрем, с изоляцией купола, ну вот это все… — Шмель покрутил рукой. — Кронос поначалу пытались удержать все под контролем, не допустить паники, ну в общем, делали все то, что полагается делать управленцам в такой ситуации. А инструментом, при помощи которого все это проворачивалось, конечно же, был красный сектор. Под куполом в то время кипели такие страсти, что практически весь состав красного сектора был снят по тревоге и участвовал в подавлении восстаний, эвакуации пострадавших, защите от монстров. Единственные, кто оставался на местах — это обслуживающий персонал Легиона и буквально три человека на складах оружия и патронов, принадлежащих красным.

Так-так, кажется, я начинаю понимать, к чему Шмель клонит и чем сейчас закончит свой рассказ… Но не буду бежать впереди паровоза — посмотрим, вдруг он меня удивит?

— Ну а голубые, среди которых к тому моменту доля наемников, пекущихся только о собственной шкуре и собственной наживе, приблизилась к пятидесяти процентам, быстро прикинули хер к носу и решили действовать на опережение. Они первые допустили, что то, что произошло, уже не будет иметь обратной силы и что придется сразу же привыкать к новому устройству мира. К новому мировому порядку. И, решив, что в этом порядке они хотят быть на главенствующих позиция, голубые без предупреждения и без боя захватили оставшиеся без охраны склады с оружием и боеприпасами. Захватили — и основали там свою базу.

— А когда туда вернулись красные, им дали отпор их же собственным оружием. — задумчиво произнес я. — И сказали, что хрен им теперь, а не склады.

— Абсолютно в дырочку. — усмехнулся Шмель. — Красные, конечно же, были крайней недовольно таким положением вещей, и даже затребовали через руководство Кроноса, которое тогда еще было при делах, чтобы те приструнили голубых… Но те сходу заявили, что больше не подчиняются никому и существуют сами по себе. Красным руководство запретило лезть на рожон, велело отойти, уверяя, что во всем разберутся, но, судя по всему, бунтарские настроения голубых передались и им тоже. Красные наплевали на указания руководства и попытались взять склады штурмом, несмотря на то, что у них было много раненых и почти не было боекомплекта. Результат, сам понимаешь, был далек от идеала.

— А что руководство? Так и не взяло ситуацию в свои руки?

— Какой там. — Шмель махнул рукой. — Красные, конечно же, откатились, и руководство во второй раз запретило им лезть на склады, снова сочиняя сказки про то, что все договорятся миром. Но красных уже понесло, поэтому они откатились на Легион, который тогда назывался просто МОАБ — мобильная автономная база, и попытались штурмовать склады вторично. Уже с поддержкой Легиона. И вторично огребли, ведь к тому моменту голубые уже вскрыли ангары с тяжелым вооружением и МОАБ был атакован всем, от минометов и ударных дронов до самоходок двухсотого калибра. Красные, конечно, тоже навалили голубым, но в намного меньших масштабах, нежели огребли сами. Они-то всерьез считали, что отбивают свою же собственность, поэтому ровнять все склады с землей было не в их интересах. Ну а голубые, ясное дело, не имели подобных ограничений и херачили всем, до чего только дотянулись на тот момент. Это была та самая битва, в которой было уничтожено практически все тяжелое оружие, которое находилось в тот момент под куполом. Зато вот стрелкового всякого, и боеприпасов к нему осталось навалом. Сам понимаешь.