Чтение онлайн

empty-line/>

— Но ожидать участи потерпевшего не самое выгодное занятие. Вы говорили, что Бугурские как-то связаны с наркотиками…

— Не лезь! — резко перебил меня Иванов, растеряв учтивую вежливость. — Ты не понимаешь, дурак, куда хочешь сунуться! Когда я вёл очередное дело, в котором была замешана Елизавета, то потерял собственного сына. Он исчез, а потом через месяц нашли мёртвого. Передозировка… Все вены исколоты.

Я знаю, кто это сделал, но знания без доказательств в суде ничего не значат. Пришлось следствие свернуть, так как ещё у меня есть младшая дочь. Повторения трагедии ни я, ни жена попросту не переживём. Говорю тебе об этом откровенно, так как ты суёшь свою голову в капкан.

— Простите, не знал… Но я не собираюсь лезть туда, откуда вылезти не смогу. Именно поэтому и хочу от вас получить подробную информацию. Если уж говорим откровенно, то тоже предупрежу: могу использовать её не очень законно, раз законные методы не работают.

— Бугурские тебя уничтожат.

— Банда Сиплого тоже считала барона Гольца лёгкой добычей. Напомнить, где она теперь вместе со своим главарём?

— Значит, это всё-таки ты его замочил? Просачивались определённые слухи, но дело засекретили.

— Раз моего письменного признания нет, то не я. Мы же без протокола беседуем? В частном, так сказать, порядке?

— Уел, — миролюбиво улыбнулся Иванов. — Тогда слушай, таинственный герой. Нет ни одной улики, даже намёка на доказательства, но Бугурские определённо курируют изготовление и сбыт элитных наркотиков. Тех, что делаются из растений Кочующих Миров, а также из некоторых видов Тварей.

Бизнес поставлен на поток, поэтому дрянь заполонила не только светские салоны столицы, но и многих других крупных городов. Денежный оборот даже не миллионный, а, не побоюсь предположить, миллиардный.

Только Бугурские себя слишком не выпячивают. Живут относительно скромно и тихо, но как только возникает опасность, обязательно её устраняют. Почти всегда чужими руками. Тебе тягаться с ними бесполезно. Тут ни Достоевские, ни Воронины значения играть не будут. Размажут вас, как масло по хлебу.

— Понятно. А кто у них главный? Иннокентий или Елизавета?

— Уверен, что графиня. Иннокентий больше на побегушках у неё. Впрочем, как и покойный муж, которого ты так удачно прирезал на дуэли. За это моя тебе отдельная благодарность.

— Как думаете, где располагаются нарколаборатории?

— Распространение дряни началось с Петербурга. Значит, нужно искать их в пригороде. Это может быть всё что угодно: фермы, небольшие заводики, швейные мастерские. Лично я думаю, что нужно шмонать производства, как-то связанные с химией и переработкой трофеев из Кочующих Миров. Так лучше всего залегендировать поступление нужных ингредиентов. Естественно, официальное прикрытие никак не принадлежит Бугурским. Повторю: они всегда стоят в стороне с чистыми ручонками.

— То есть, облава, даже удачная, ничего не даст?

— Именно. Остальные лаборатории моментально прикроют, пока не найдут, откуда произошла утечка информации. А Бугурские на голубом глазу отбрешутся.

— Хорошо, — задумался я, усваивая новые знания. — А если, чисто гипотетически, кто-то расхерачит выявленные лаборатории, не глядя на то, производят они на данный момент наркоту или законсервированные стоят? Как это отразится на Бугурских?

— Очень плохо отразится. Только силами полиции или СБ подобное провернуть невозможно. Мало того что утечка информации произойдёт ещё до начала акции, так и головы полетят после исков якобы невинных предпринимателей. Я не должен так говорить, но прикрыл бы глаза на подобное преступление неизвестных мстителей. Даже помог скрыть улики.

— Спасибо, — благодарно кивнул я, вставая. — Думаю, Михаил Сергеевич, что вам не придётся идти на должностное преступление, но буду иметь в виду.

— Осторожнее, Максим, — опять посерьёзнел он. — Это не игрушки и нашего разговора не было.

— Естественно.

Выйдя из кафе, я уже знал, что буду делать дальше.

— Такс, а, Такс?

Молчание.

— Такс, ты куда делся?

Никакого ответа.

— Слышь, скотина! Это что за выкрутасы?!

— Сам ты скотина! — раздался недовольный голос духа-хранителя, не соизволившего воплотиться, пардоньте за тавтологию, во плоти. — Это не выкрутасы, а забастовка!

— С хрена ли?

— А ты думал, что раз я собачка на побегушках, то и заботится обо мне не надо? Хомут на шею, оглоблю в зад и поехал?!

Вот тут я реально озадачился. Никогда с ним ни в этом, ни в том мире подобные демарши не случались.

— Такс… Ты чего? Поговорим нормально, по-человечески?

— А я не человек! Придаток к тебе! Животинка бессловесная! Давай! Гоняй меня! Используй!

— Та-а-акс? Захворал или опять Пиявок с пивом нажрался?

— Вот-вот, Максимилиан! Только плохое про меня и можешь думать! А я тоже личность и имею свои потребности, которых ты не замечаешь! Точнее, не хочешь замечать из-за своей сексистской сущности!

— Сексистской? Вообще-то, это ты на Глашку глаз положил, а я к межвидовому блудняку не имею ни малейшего отношения.

— Блудняк?! — уже не по-детски возмутился дух-хранитель. — Мои чувства ты называешь блудняком, обесценивая их?! И кто из нас двоих после этого скотина?! Как же правы эти барышни, что пытаются скинуть ярмо рабства со своей шеи! Вы, возомнившие себя доминантами, обыкновенные работорговцы, подчиняющие себе всех, кто хоть мало-мальски зависит от вас!