Чтение онлайн

– Народ, – негромко окликнул он Мишку с Еленкой, – пора.

К вечеру плотная облачность затянула небо, начал накрапывать мелкий дождик, постепенно усиливаясь и превращаясь в очередной затяжной ливень – с классическими пузырями на лужах и барабанной дробью тяжелых капель по жестяному карнизу за окном. Мирдза тяжело вздохнула и нашарила на низком столике зажигалку. Закурила.

Если майские и июньские ливни приводили ее в состояние душевного равновесия, смывая усталость, словно городскую пыль со свежей и сочной листвы, то августовские – наоборот, повергали в уныние и меланхолию, напоминая о приближающейся осени. Осень-то Мирдза как раз любила, но такие дожди будили цепь ассоциаций, приводивших в финале своем к зиме – самому ненавидимому ею времени года. За окном неохотно, как-то слишком тускло светили фонари, свет их рассеивался тугими струями дождя.

Марта лежала на кровати в своей комнате, страдая от ноющей боли в опухшем лице, глотала анальгетики, мало помогавшие ей – как, впрочем, и любому другому аномалу, – и пыталась читать книгу. Она уже проглотила за этот день с десяток таблеток алгомина, чувствовала себя разбитой и несчастной, общаться ей не хотелось. Хотелось только одного – чтобы ее не трогали. И Мирдза сидела в маленькой комнатке одна. Свет зажигать не хотелось, достаточно было полумрака, слегка рассеиваемого светом фонаря прямо под окном.

Погода и душевное состояние располагали к ленивой расслабленности. Мирдза налила в высокий стакан из тонкого синеватого стекла на четыре пальца настоящей «Хванчкары», купленной сегодня в магазине «Грузинские вина» за бешеные по нынешним временам деньги – а уж по старым и тем паче. Поднесла стакан к лицу, вдохнула нежный аромат вина, пригубила напиток. Глотнула чуть больше, а потом, с неожиданно возникшей жаждой, осушила стакан. Налила еще вина, но на сей раз не жадничала, отхлебнула деликатно, опустошив стакан всего на полпальца.

Затянулась сигаретой и тотчас же замерла, услышав осторожную возню с замком. Сигарета упала на пол, но Мирдза не заметила этого, бесшумно поднялась из кресла и уже привычно нашарила рядом с собой «Глок-17», оснащенный глушителем. Сунув в карман запасной магазин на девятнадцать патронов от «Глока-18», все также бесшумно вышла в прихожую. Дверь была уже открыта, и Мирдза, буквально угадав движение за спиной, там, где коридор сворачивал к кухне, бросила себя на бок, разворачиваясь в сторону движения.

Палец уже выбрал половину свободного хода спускового крючка, когда она услышала осторожный шепот, раздававшийся буквально внутри ее головы: «Мирка, может, хоть сейчас не будем устраивать семейных сцен?» Мирдза больно ударилась плечом об застеленный тонким линолеумом бетонный пол, но прицел на угол не сбился. Тот угол, за который на долю секунды раньше метнулась тень. На мельчайшую толику времени раньше, чем она услышала этот шепот. Потом из-за угла вылетел «Глок-18» с глушителем «Стопстон» и показались широкие набитые кисти.

– Твоя моя не стреляй, – услышала она уже ушами шепот с очень знакомой интонацией. – Моя мирный вьетнамися.

Еще через секунду из-за угла высунулось совершенно незнакомое лицо. Незнакомое – но с такой знакомой улыбкой в углах глаз. Мирдза бессильно уронила пистолет на пол, и Вадим стремительно подбежал к ней, легко, как перышко, поднял с пола, обнял. Мирдза, дрожа, прижалась к нему. И вдруг Вадим отпрянул. Мирдза оглянулась.

– No bad, but no good, – пробормотал Вадим. – Ходить нужно чуть тише.

За спиной Мирдзы в дверном проеме большой комнаты монументально воздвиглась полуголая Марта, занимавшая почти классическую стойку Уивера – чуть согнутые ноги, «маузер» ХСП, зажатый в обеих руках, разворот корпуса к противнику в пол-оборота. Толстый цилиндр глушителя уставился точно между глаз Чистильщика.

– И откуда только такие семечки, – продолжал Вадим, нежно целуя щеки Мирдзы, гладя волосы. – Не иначе, свет моих очей, как ты обучила?

Ствол дрогнул и осторожно опустился.

– Вадька! – взвизгнула Марта и бросилась к Чистильщику. Обхватила его и сестру руками – ну прямо маленький осьминожек. Чистильщику стало трудно дышать – и от объятий, и от комка в горле, перекрывшего доступ кислороду. Он бы, наверное, даже прослезился второй раз в жизни, если бы не Мирдза, тонко почувствовавшая его состояние. Взяв себя в руки, молодая женщина прикрикнула на сестру:

– Кто ж так гостей встречает? А ну-ка, приведи себя в пристойный вид!

Ворча, Марта отправилась натягивать штаны и застегивать рубашку. Чистильщик еще раз нежно поцеловал Мирдзу в губы и глаза и отстранился.

– Дело прежде всего, – разочарованно вздохнула она и тотчас же рассмеялась, заметив виноватую улыбку на новом и еще непривычном лице Вадима. Тот развел руками и прижал указательный палец правой к ларингофону.

– «Зеро», поднимайтесь, все чисто, – невнятно произнес он почти шепотом.

– На сей раз работаешь в команде? – с улыбкой спросила Мирдза.

Чистильщик сконфуженно усмехнулся.

– Сейчас сама посмотришь, что это за команда.

Через пару минут в дверь коротко звякнули, и Чистильщик впустил в квартиру Мишку и Еленку. Мирдза подняла брови, а Марта едва слышно фыркнула и прошептала: «Детский сад». Услышали ее все, кроме Еленки, Мишка слегка покраснел. «На себя посмотри», – телепатически ответил ей Чистильщик и подмигнул, с усмешкой глядя на обалделое выражение ее лица. Он еще раз подмигнул и отступил на шаг назад, давая Мирдзе исполнить роль хозяйки. Хотя время и поджимало.

Молодая женщина поняла его без слов, даже без телепатического послания. Радушно улыбнувшись, пригласила гостей в кухню, соорудила бутерброды и прочие холодные закуски, выставила бутылку вина и плоскую стеклянную фляжку ирландского виски. Мишка сразу потянулся к ней, но Чистильщик мягко отвел его руку.

– Ты нужен мне сегодня трезвым, Миша, – мягко сказал он. – А я не знаю, как действует алкоголь на организм псевдоаномалов.

При последнем слове Мирдза вскинула голову и пристально поглядела сначала на Мишку – и тому стало неуютно от этого взгляда, – а потом на Чистильщика. Последний едва заметно повел бровями, и бутылка виски была мгновенно убрана. С несвойственной ей откровенностью и раскованностью молодая женщина прижалась к Чистильщику, обхватила его за талию и прижалась лицом к его шее. Рассеянно жевавший бутерброды Чистильщик погладил ее по волосам. Проглотив кусок, утер губы и, нежно подняв кончиками пальцев за подбородок лицо Мирдзы, долго поцеловал ее в губы.