Чили
Шрифт:
Я подползла ближе к двери и прильнула к ней ухом – Киран все еще что-то нарезал, на этот раз мелко и быстро… орехи? – и вздрогнула от стука в двери:
– Элль, можно? – послышался голос Фейса.
– Да, – поднялась на ноги и отошла к столику, зажигая светильник на нем.
– Я принес кофе.
– Я не пью кофе, – заметила равнодушно, с интересом наблюдая за реакцией.
– Вот гад! – досадливо усмехнулся мужчина, оглядываясь на кухню, а там вдруг стало подозрительно тихо. – А что пьешь?
Я покусала губы несколько секунд:
– Черный чай с молоком…
***
Он не смог сдержать улыбки и расслабленно опустил плечи, продолжая машинально помешивать мясо в кастрюле. Дает ему шанс? Ведь в кафе заказывала себе латте, хотя три года назад не пила ничего, кроме его чая с молоком. Или просто задевает за больное, прекрасно понимая, что он слышит? Хотя тогда взяла бы кофе…
– Знал, да? – брякнул Фейс перед ним чашку.
– Не был уверен, – улыбнулся, не скрывая довольства, и достал кастрюльку поменьше. – Подай пакетик со специями.
– Что б я еще раз влез… – кипятился друг.
– Вот и не лезь…
Сжал между пальцами звездочку аниса, прислушиваясь к запаху…
Он часто думал, почему именно Элль зацепила его за живое и так глубоко вошла, что не выдрать? Она не старалась ему понравиться, не вилась вокруг него, как другие женщины, и даже не знала, кто он на самом деле. Да если бы и знала – ей было все равно. Ее теплое и уютное одиночество притягивало. Хотелось проникнуть в ее тайну, заглянуть в эти большие светло-зеленые глаза и понять, что она скрывает.
Когда молоко закипело, он добавил в него черный чай, анис, перец, сахар и немного соли – этот чай его научила делать мать. Но в том обществе, в котором пришлось вращаться, предпочитали дорогой кофе и алкоголь.
– Айзек звонит, – подал голос Фейс, выдергивая из его мыслей.
Только начал успокаиваться.
– Привет.
– Ну, рассказывай! – Голос старого друга и бывшего начальника службы безопасности корпорации его отца казался уставшим как никогда. Убийство главы «Текнокома» подкосило всех, а та реальность, в которую их всех швырнуло, напоминала холодную войну.
– Она у меня, ты же знаешь.
– Знаю. Что думаешь?
Он прикрыл глаза, оперевшись о стол:
– Дай время.
Повисла тяжелая гнетущая тишина. Айзек вздохнул.
– Киран…
– Я не уверен, что мы сможем использовать Элль.
– Может, стоит попытаться?
И снова тягостная пауза.
– Киран, мы должны закончить это все. Она – единственный шанс.
– Может, – слова давались тяжело.
– Хорошо, я жду твоего решения.
– Фрейдли «ведешь»?
Послышался смешок:
– Он сам себя «ведет» неплохо, но да, он под присмотром ребят.
– После того, как он отдал мне Элль, боюсь, может под удар себя поставить…
– Понимаю, конечно. Свяжусь с ним.
– Спасибо, – слабо улыбнулся, глядя на Фейса.
Все же он не сильно похож на Айзека. От отца ему досталась разве что упертость, но характер был гораздо мягче. Жаль, что втянули и его во все это, но не было выбора. Фейс бы его не бросил, они с детства друг за друга горой…
Черт, он за всех них был в ответе!
– Киран, кипит… – рассеянно заметил Фейс от ноутбука. – Что папа сказал?
– Что присмотрит за Диком. – Он выставил на поднос большую чашку, перехватил кастрюльку и осторожно перелил туда чай так, чтобы не выплеснуть специи и заварку, и только потом бросил сухую звездочку аниса и палочку сушеного имбиря.
– Я сейчас слюной захлебнусь, – недовольно заметил Фейс.
– Будешь?
– Конечно. И ужин я тоже буду.
Он усмехнулся. Быстро нарезал вареную грудку индейки, сверху высыпал измельченные и прожаренные кедровые орешки, мелкую соломку из моркови и яблока, кусочки апельсина, листья рукколы и красного салата и залил смесью меда с маслом.
Фейс присвистнул, вытягивая шею на поднос:
– Ну, если она и от этого откажется, то я не знаю…
– Буду кормить с рук, – пообещал мрачно, выкладывая салат в прозрачную тарелку. – Готово. Можешь нести.
– Я?!
– Ты же хотел ужин? – невозмутимо вздернул бровь. Чашку с чаем для Элль он поставил на блюдце с салфеткой цвета марсала.
Фейс вскинул руки к лицу и остервенело протер уставшие глаза:
– Ужин это не окупит! И Киран… предложи девочке вина, пусть расслабится, и чего-нибудь сладкого заесть стресс.
– Бери поднос и неси, – процедил с нажимом. – Вино позже. Остынет салат – получим еще один блог с претензией.
– Так вот оно в чем дело? – оскалился Фейс. – Хочешь сыскать славу в сети? А то я думаю – на кой нам блогер под домашним арестом!
Он улыбнулся:
– Удачи.
– Мне как, одну руку за спину? Может, униформу уже выдашь? – смеялся Фейс, направляясь с подносом к двери.
– Договоришься…
Сам сел за ноут и открыл программу видеонаблюдения. Камеры Фейс поставил еще утром, но он так и не проверил их работу. Те, как выяснилось, показывали исправно. Элль обнаружилась на полу в ванной перед окнами. Она лежала на животе, скрестив ноги, и что-то печатала на ноутбуке. Джинс на девушке не было – лишь полосочка белых стрингов разделяла молочно-белые упругие ягодицы.
Он тяжело сглотнул. Казалось, чуть сильнее сожми их – и след на неделю останется. Прозрачная, хрупкая… но, если разбить – порежет, не жалея. Машинально коснулся языком ранки на губе и усмехнулся тому, как настороженно она подкралась к оставленному в спальне подносу. Замерла, присматриваясь несколько секунд… развернулась и ушла обратно в ванную!
Он шумно выдохнул и откинулся на спинку стула, прикрывая глаза.
***
«Милая девочка, ну даже я бы с Вами так никогда не поступил…»