Четвертый курс
Шрифт:
Оставшись одна, Рут никак не могла прийти в себя. Столько всего сразу! Раскрытие подлого обмана, внезапное появление самого обманщика, который, вообще-то, в этот момент должен был находиться где-то на другом конце Галактики — всклокоченного, с глазами навыкате, потом этот взрыв…
Взгляд Андерсон упал на запястье, запачканное копотью с браслета. Странно, нигде ни пылинки, а браслет почернел весь… Санузел был рядом, за дверью. Включив воду, Рут тщательно вымыла руку. Поискала глазами полотенце — его нигде не было. Ну да, это же ее задачей было сюда его принести! Встряхнув кистями, девушка так и вернулась в комнату с влажными руками, и тут ее взгляд упал на стоящую в углу кофе-машину. Вот что ей сейчас надо: чашечку крепкого кофе!
Протянув руку, Андерсон надавила пальцем на кнопку включения… 220 швейцарских вольт прошли сквозь мокрую кожу, почти не встретив сопротивления.
Порядок вновь был восстановлен.
Эпилог
— Это была моя ошибка, — прошептал Иван. — Если бы я не забыл про браслет… Если бы остался рядом — ничего бы не случилось…
— Не факт, — покачал головой Глеб. — Далеко не факт. Схарги же предупреждали тебя, что вмешиваться бесполезно…
— Да что они понимают, эти схарги! — взорвался Голицын. — Только и умеют, что убивать… Рут, Шог-Ра, Эмма…
— Эмму вылечат. Нивг говорит, что к началу учебного года она вернется.
— Ну да, вернется… С промытыми мозгами!
— Я бы не стал столь драматизировать, — пожал плечами Соколов. — Такие расстройства, как у нее, уже и на Земле давно лечат. А уж в Альгере… Ты лучше расскажи, как сам выпутался. Тебя же забирали для исследований? Искали Силу?
— Да что там выпутываться… Не нашли они ничего, вот и отпустили восвояси. Обещали раз в полгода брать новые анализы, но, по-моему, сами уже не верят в то, что что-нибудь найдут. Окончательно их убедило, что пластина анализатора у меня — снова зеленая. Наивные! Не знают просто, что я могу ее любого цвета сделать — хоть черной, хоть белой, хоть серо-буро-малиновой в крапинку! Могу прозрачной, могу зеркальной — какой угодно!
— Ты только не говори об этом никому больше, — посоветовал, нахмурившись, Глеб. — Да и мне зря рассказал…
Иван пожал плечами.
— Хочу, чтоб ты знал… Вы-то как там, на Зите, жили-поживали, пока меня по лабораториям таскали? — сменил он тему разговора.
— Да так… — развел руками Соколов. — Без особых происшествий. Как из того эпического захода вернулись — анш Жиы, кстати, еле дотянул, его «Победоносец» просто развалился в космосе, к счастью, уже по эту сторону Врат, его Жоржетта подобрал — так ничего интересного больше и не произошло. Успели, правда, вас с Эммой оплакать — про ваш «Брусиловский прорыв» к Земле только через пару дней стало известно. Нас с Фантомасом и четверых ранольцев, участвовавших в перестрелке, отстранили от полетов на пару недель. Было разбирательство, меня не пригласили, только велели подробный отчет написать, а анш Жиы ходил. В итоге как-то все устаканилось, по-моему, даже никого не наказали. Из наших, по крайней мере. Да, вот еще что, самое важное: по утверждению Жоржетты, схарги готовятся к Вторжению. Все косвенные признаки об этом говорят. По его оценке, ждать осталось от года до пяти лет.
— Да ладно! — бросил Иван. — Мы же, вроде как, в самой середине цикла сейчас.
— Так-то оно так, но кто знает, распространяется ли тот цикл на новый тоннель?
— Ты хочешь сказать… — Голицын похолодел от затылка до пят. — Ты хочешь сказать, что Вторжение будет здесь, у нас? Да они же просто сметут Землю! Надо… Надо что-то делать!..
— Делают уже. С нового года Школу на Землю переводят. Вроде бы, лунную станцию нам отдают — под базу. С Зитой какие-то переговоры ведутся…
— С Зитой… Тизу схарги несколько раз в ноль зачищали!
— Ничего, выстоим как-нибудь… Если что, Альгер поможет…
— Хотелось бы верить…
— А ничего другого не остается. Верить и готовиться. Чувствую, пятый курс у нас специфический выдастся.
— А когда он выдавался другим, — грустно усмехнулся Голицын. — Вспомни первый, второй, третий, этот, четвертый… Все, как на подбор!
— Что есть, то есть, — согласился Соколов. — Но следующий, готов поспорить, переплюнет все, что были.
И друзья умолкли, размышляя о том, какие испытания готовит им последний, ПЯТЫЙ КУРС.
Москва, 2010–2013