Червь
Шрифт:
Он только бессознательно застонал в ответ.
Я перебежала туда, где Левиафан уронил руку Оружейника. Я споткнулась о трещину, которая пробегала в середине улицы, и продолжила двигаться дальше, ощупывая то, что было в воде.
Я прошла в десятке сантиметров от затопленного лезвия, чуть не превратив свои пальцы в молекулярную пыль.
Найдя руку, я подняла её. Она была такой тяжелой, что её почти невозможно было держать. Это было не только из-за веса брони или из-за того, что конечность принадлежала мускулистому взрослому мужчине — перчатка была раздавлена вокруг древка Алебарды, как фольга, и не выпускала её. Я поспешила назад к Оружейнику и уронила свою ношу возле него. Я потрясла его, надеясь привести его в чувство, но безрезультатно.
Своей единственной рабочей рукой я вырвала Алебарду из его перчатки, положила его руку ему на грудь и нажала кнопку.
— Оружейник выбыл! CC-7! Левиафан движется на запад…
Я почувствовала, что насекомые, которых я сгруппировала в ранах Левиафана, изменили направление движения. Что там на компасе между западом и северо-западом? Больше запад, чем север.
— Отмена! Он идет на запад-северо-запад от моего местоположения!
Мой голос ответил мне металлическим эхом из браслета через полсекунды после того, как я закончила говорить. Браслет Оружейника показал красную точку, которая отслеживала движения Левиафана или примерные координаты, которые могла предположить система.
— Сообщение принято, похоже, что он идет к одному из убежищ, там множество людей, и им некуда бежать, — ответил кто-то, — медицинская помощь уже в пути. Кто бы вы ни были, вы можете отслеживать Левиафана?
— Да, если я на расстоянии нескольких кварталов от него.
Система снова передала мое сообщение:
— Отслеживание возможно. Ограничение радиуса — несколько кварталов.
Неужели перефразировать мои слова было действительно необходимо?
— Вы можете летать? Преследовать его?
— Нет.
— Ответ отрицательный.
— Тогда я посылаю к вам летуна, чтобы вы могли оставаться достаточно близко. Нам нужно отслеживать этого ублюдка и вы будете нашими глазами.
— Понятно!
В ответ на это ничего не последовало. Стиснув зубы и дрожа, я сжала здоровой рукой разорванное плечо Оружейника так сильно, как только могла, пытаясь уменьшить потерю крови.