Чтение онлайн

— К сожалению для меня, я, практически не пьянею. Эдгарс, мы разворотили осиный улей. Осы злы, и безумно кровожадны. Они обязательно вернуться отомстить.

— Кровокожи? — спросил он, спокойно уставившись на меня.

— Да.

— Рано или поздно это должно было произойти. Мы только победили труперсов, — Эдгарс перевёл взгляд на Дрюню, — Андрей, прости.

— Ничего страшного.

— Мы только одержали победу над одной напастью, — продолжил Эдгарс, — как пришла другая. И как я понял, вы вернулись неспроста.

— Верно, — булькнул Дрюня.

— Грядёт страшное сражение, — сказал я. — Война. А для войны нужны солдаты…

— А для победы, — продолжил Эдгарс, — нужны хорошие солдаты. Лучшие воины. Я правильно понимаю?

— Всё верно.

— Инга, ты вернулась только для того, чтобы создать собственную армию?

— Ты всё правильно понял.

Эдгарс откинулся на спинку стула, и устало запрокинул голову, уставившись в потолок. Сквозь его влажные от пойла губы начал выходить тонкой струйкой воздух, гонимый из лёгких тяжким принятием реальности. Когда воздух в лёгких закончился, он опустил голову и посмотрел на меня.

— И что требуется от меня? — вопрос прозвучал с тенью отвращения и призрения. Старик затушил сигарету в деревянной пепельнице, выпуская по столу струю дыма. — Андрей, это твои владения, тебе принимать решение.

— Решения давно все приняты, — сказал Дрюня. — Мы лишь хотели тебя предупредить об опасности. Завтра утром мы соберём всех мужчин на центральной площади. Старики и женщины нам не нужны.

— Ну спасибо! Уважили. Помру своей смертью, в кровати!

— Не кипятись, Эдгарс, — Дрюня уставился на старика лунными глазами, пытаясь передать всю серьёзность ситуации, но Эдгарс, видимо, еще не совсем понимал, о чём пойдёт речь.

— И что дальше? Инга раздаст всем оружие и поведёт за собой в бой?

В словах старика слышалась ирония и надежда, что так не будет никогда. Что всех нас пронесёт и найдётся другой способ избежать войны. Он понимает, к чему всё идёт, просто боится признаться себе. Боится заглянуть в глаза тому самому страху, успевшему не только поселиться в его разуме, но и пустить корни.

Мы слишком долго откладывали войну на завтра.

— Нет, Эдгарс, — сказал Дрюня. — Завтра утром, с первыми лучами солнца Инга обратит всех мужчин в себе подобных. Она превратит их в кровокожих.

Воздух в комнате показался спёртым. Кожа на лице старика зашевелилась, чуть подёргиваясь, словно через неё пропускали крохотные порции тока. Вновь он нахмурился и уставился на меня какими-то опустевшими глазами. На моих глазах он поменялся. Стал другим. Сошла маска радости от первой встречи, а что сейчас вырисовывалось на побледневшей коже — я не мог разобрать. В образовавшейся тишине старик налил себе в кружку собственного пойла и одним глотком осушил до последней капли. И сколько бы он не выпил, его взгляд оставался ровным и ясным, ни на секунду не покидающим моего лица.

Некоторое время он подержал кружку в воздухе, будто застыл от потока мыслей, обрушившихся на его голову. Но не успел я моргнуть, как раздался грохот. Опустевшая глиняная кружка со всей дури врезалась в деревянный стол и раскололась на сотни осколков. Эдгарс вскочил со стула и сквозь стиснутые зубы прошипел:

— Что вы сделаете?!

Что-то старик разошёлся не на шутку. Видимо, моя весть о создании армии кровокожих из местных жителей его не особо обрадовала. Испортил утро! Разбил посуду! Кричит на нас, брызжа слюной и выпучив покрасневшие глаза.

По правде сказать, Эдгарса я уважаю. Но не из-за того, что он старше меня, хоть это и не мало важно. Моё уважение он заслужил своими поступками. Своей помощью. Когда он был нужен — он всегда приходил на помощь.

Почти отец.

Был бы другой на его месте, я бы даже не стал утруждать себя объяснениями и какими-то спорами на тему добра и зла, и что можно делать, а что нельзя. Просто бы сказал тому человеку: иди нахуй. Но Эдгарс — это другое. Я безмерно уважаю его, и мне уже доставляет дискомфорт мысль, что мои слова вывели его на эмоции. Инсульт или инфаркт ему не грозит, его здоровье, на данный момент в моих руках. И это в прямом смысле слова.

— Инга! — рявкнул Эдгарс, стоя напротив меня через весь стол. — Что ты такое несёшь! Я ослышался?

Как это унизительно. Мне приходится отвечать на его вопросы, как будто он мой отчим, хотя нам всем и так понятно, что он всё прекрасно слышал.

— Нет, Эдгарс. Ты не ослышался. Я вынужден всех…

Раздался грохот. Огромный стол из дубового массива содрогнулся от удара по нему ладонью старика.

— Стены этого дома слышали несусветную чушь и были свидетелями самых невообразимых сражений, выпавших на души наших граждан! Но то, что говоришь ты — невообразимо! Чушь! Инга, ты сошла с ума! Твоя сила… ты… посмотри на себя! Ты кого из себя возомнила? Думаешь, нацепила страшный плащ, обросла коркой, сделала себе копьё из человеческой кости и всё… теперь можно говорить и делать всё, что тебе вздумается?

Моё терпение быстро истощалось. Слово за словом, словно капля за каплей, мой сосуд терпения опустошался. Эдгарс не собирался успокаиваться, наоборот, он только стремительно набирал обороты.

— Эдгарс! — закричал я и вскочил на ноги. — Ты не понимаешь…

— Нет, это ты не понимаешь! Вдумайся, что ты говоришь. Обратить мирных людей в кровокожих… Разбить семьи. Лишить детей отцов! Да ты хоть понимаешь, к каким последствиям это приведёт?

— Это ты не понимаешь, какие последствия ждут наши земли, если мы не сделаем этого!

— Мне плевать на последствия! Стать оружием в чужих руках — хуже смерти! Ты обречёшь этих людей на бесконечные муки. Ты хоть собираешься у них спросить, надо это им или нет? Ответь мне честно!

— Я даю им шанс отвоевать свои земли, стать хозяевами своих жизней и больше никому не подчиняться, и забыть, что такое ждать, когда придёт не пойми кто и заберёт твоё дитя!

— Инга, да кто ты вообще такая, чтобы давать кому-то шанс? Кто ты такая, чтобы так высокомерно, с высоты птичьего полёта видеть судьбы людей, и думать, что им требуется твой шанс?