Черт из табакерки
Шрифт:
Собачища подлетела к моим ногам, села и весьма дружелюбно гавкнула. Я погладила ее по голове и ощутила под пальцами жесткую, словно проволока, шерсть.
– Кася умница, – улыбнулась Альбина. – Значит, считаете, Вику не надо ругать?
– А какой смысл? – пожала я плечами. – Разве вы до этого никогда ее не наказывали?
– Господи, да сто раз на дню!
– Ну и что, она стала вести себя лучше?
– Нет.
Я обозлилась. Все-таки некоторые родители на редкость глупы.
– Скажите, Альбина, вы никогда не чувствовали себя плохо?
Женщина удивленно ответила:
– Естественно, болела, правда, слава богу, не слишком серьезно.
– Лекарства пили? Например, от головной боли?
– Конечно.
– Ну и как, вам все помогают?
– Цитрамон не берет, – растерянно пробормотала Альбина.
– А вы его продолжали пить и пить, до упора…
– Нет, разве я похожа на дуру? Взяла другое, спазмал…
– Почему же тогда с Викой применяете одну и ту же методику? Ведь не действует, попробуйте другие.
Хозяйка в растерянности глянула на меня:
– Но как же поступать с противным ребенком? Она постоянно спорит, вредничает да еще приносит двойки.
– А вы с ней соглашайтесь.
– Не поняла…
– Что же тут неясного? На все ее выходки спокойным тоном отвечайте: “Да, детка, ты права”.
– Думаете, поможет?
– Обязательно, – улыбнулась я, – она ведь уже привыкла к ругани и ждет ее. Собственно говоря, это ее цель, чтобы вы обратили на нее внимание, что и происходит, когда начинается крик. Все вопят, возмущаются, размахивают руками и заняты только Викой. А попробуйте сменить методику, и увидите результат.
– Ну не знаю, – протянула Альбина, – очень странно! Не ругать ребенка, разве это возможно? Ой, да что мы на крыльце стоим, проходите, Виолочка, в столовую, выпейте с нами кофе, а может, пообедаете?
Мы вошли в огромную комнату, где посередине стоял гигантский овальный стол. Увидев меня, Вика подскочила, словно на пружине.
– Принесла книжку? Ле Гуин…
– Вика, – моментально отреагировала мать, – разве можно обращаться с учительницей на “ты”?
– Как хочу, так и разговариваю, подумаешь, – начала атаку девочка.
– Безобразие, – попыталась отбиться Альбина, но я быстренько наступила ей на ногу.
Женщина осеклась, слегка покраснела, а потом неуверенно пробормотала:
– Впрочем, ты, наверное, права, как хочешь, так и говори, если Виола не против!
– Мне нравится, когда ученики становятся подругами, – весело заявила я и надкусила необыкновенно вкусный пирожок с мясом. – Ле Гуин лежит в сумке, сейчас получишь!
Виктория растерянно поглядела на Альбину, потом на меня. Хозяйка абсолютно спокойно сказала:
– Виола, хотите салат из брынзы?
– Обязательно, очень люблю маслины.
– Наша кухарка дивно готовит.
– Действительно, потрясающе, а в этой мисочке что?
– Фаршированные баклажаны – мясо с грецкими орехами, островато немного, но пикантно.
– Лучше вон той рыбы…
– Суп – блевотина! – грозно заявила Вика и со всей силой отодвинула тарелку. – Собака и та жрать не станет.
– Ви… – начала наливаться краснотой Альбина, но я вновь быстренько наступила ей на ногу.
– …кочка, – моментально переориентирова-лась хозяйка, – ты абсолютно права. Наташа, пойдите сюда.
На пороге возникла повариха.
– Бульон отвратительный, – заявила Альбина, – совсем невкусный. Вике не понравился. Унесите и вылейте.
– Может, собаке отдать? – расстроилась Наташа. – Уж простите, вроде все как всегда клала.
– Не надо, – ответила Альбина. – Викочка сказала: “Собака и та жрать не станет”.
В этот момент зазвонил домофон, и хозяйка. извинившись, ушла. Виктория, совершенно не понимающая, как себя вести, уставилась на меня.
– И чего я сказала? Суп-то невкусный.
– Абсолютно правильно поступила, – преспокойненько сообщила я, уничтожая дивный салат из брынзы, маслин и помидоров, – мама уволит Наташу и наймет другую. Сейчас в стране безработица, повара десятками на бирже клубятся, проблем с поисками новой поварихи не будет.
– Но я не хочу, чтобы ее из-за меня увольняли, – тихо сказала Вика. – У нее дочка маленькая и мужа нет…
– Ты же сказала: суп – блевотина, значит, следует принимать меры.
– Да пошутила!!!
– Ну надо же! А мы подумали, что и впрямь отрава, и есть не стали, все доверились твоему вкусу.
– Мама! – заорала Вика и выскочила в коридор.
После занятий я попросила Вику показать мне дом.
– Ты не торопишься? – обрадовалась девочка. – Вот здорово.
– Совершенно свободна, – заверила я ее.
– Тогда останешься ужинать, – распорядилась ученица, – а сейчас пошли наши хоромы смотреть.
– Надо сначала у мамы разрешения спросить. Вика хитро прищурилась:
– А дома никого, кроме нас и прислуги, нет!
– Куда же все подевались?
– Папа всегда очень поздно возвращается, раньше полуночи редко приезжает, Антон тоже после программы “Время” появляется, а мама каждый день к семи ездит на занятия.
– Куда?
– В шейпинг-клуб “ЦСКА”, занимается четыре часа.
Ну надо же иметь такую силу воли! Ежедневно шлифовать фигуру, меня бы не хватило и на неделю. Хотя, если больше делать нечего…
Здание оказалось огромным. Мы пошли сверху вниз. На третьем этаже располагалась комната Вики, библиотека и несколько пустых помещений, предназначенных для гостей. На втором – спальни Альбины и Никиты, кабинет, комнаты Антона и Веры.