Черный поцелуй

ДУГЛАС ЭНЕФЕР

ЧЕРНЫЙ ПОЦЕЛУЙ

I.

Дом стоял на Семидесятой улице, между Парк-авеню и дорогими магазинами на Мэдисон, и выглядел весьма надменно и самоуверенно. Собственно говоря, он был там совершенно не на месте. Должно быть, когда-то давным-давно кто-то из семейства Маури побывал в Лондоне или Брайтоне и решил скопировать тамошний стиль. А архитекторы предпочли не возражать.

Фасад с его строгими линиями и узким палисадником за железной кованой решеткой не давал никакого представления о действительных размерах здания. Это стало мне ясно, когда я вошел в прихожую, где вполне мог бы разместиться целый музей современной живописи. Однако современной живописи на стенах не было. Художественный вкус семейства Маури оказался скорее консервативным. Помещение было заполнено живописным хламом в золоченых рамах.

На переплетающемся узоре мозаичной плитки стояла тяжелая викторианская мебель и какие-то рыцарские доспехи, попавшие сюда не иначе как из Эйджин корта или Бирмингема. Как и многие богачи, Кельвин Конант Маури, может быть, и знал, как сделать десять миллионов долларов, но явно не имел понятия, как их разумно израсходовать.

Через широкую арку в конце прихожей я вышел в холл. Там меня ждала миссис Ванесса Маури.

На ней был домашний халат из блестящей шелковой тафты цвета полночного неба, и встретила она меня в такой позе, как будто вызывала фотографа, а не частного детектива.

Росту в ней было по крайней мере метр семьдесят, темнокаштановые волосы отливали здоровым блеском, из-под густых черных ресниц на меня смотрели живые голубые глаза. Тщательно нанесенный макияж мог лишь отчасти скрыть первые морщинки в уголках глаз.

Возраст её я оценил примерно в тридцать три, а действие на мужчин столь же безобидным, как ручная граната. Подходящим для неё фоном была бы крытая терраса в "Астории" или сад "Амбассадора" на Парк-авеню. В этот старомодный дом на Семидесятой улице она никак не вписывалась.

Мне навстречу она поднялась, подавая руку и оценивающе разглядывая стоявшего перед ней тридцативосьмилетнего детектива ростом шесть футов четыре дюйма с начинавшими седеть висками.

Похоже, она была удовлетворена тем, что увидела. Мой едва намечавшийся животик под первоклассно скроенным костюмом заметить не смогла даже она.

– Мистер Дэйл Шэнд?
– спросила она с какой-то аффектированной интонацией, мне показавшейся заученной.

– Да, это я.

– Не желаете присесть?

Я сел на обтянутый бархатом стул с высокой спинкой, и бронзовые завитушки тут же впились мне в спину.

Миссис Ванесса Маури оперлась на широкую каминную полку, побарабанила пальцами по полированному мрамору и посмотрела на меня сверху вниз.

– Вы производите довольно благоприятное впечатление, заметила она, но тепла в голосе не чувствовалось.

Я достал сигареты и закурил, отчасти потому, что она мне не предложила, но прежде всего - чтобы встать и получить возможность подойти к камину. Я не люблю смотреть на клиентов снизу вверх.

– Разве есть какая-то причина, по которой я не должен производить благоприятное впечатление?

– Нет, никакой причины, только...
– она пожала плечами.

– Вы, вероятно, ожидали увидеть поношенную шляпу, засаленный костюм, хитрый взгляд и дурные манеры?

– Что касается ваших манер, сейчас вы как раз на пути к тому, чтобы оправдать мои ожидания, - заметила она.

– Частный детектив должен уметь показать зубы... Также, как и вы, миссис Маури.

– Насколько я понимаю, вы всем своим клиентам представляетесь подобным образом?

– Только в тех случаях, когда они пытаются меня опекать и подталкивать в ту сторону, куда им хочется.

Внезапно она улыбнулась. Зубы у неё были мелкие, чуть неровные.

– Простите, мистер Шэнд. Именно это я и пытаюсь делать, верно?

– Может быть, неосознанно.

– Было бы совсем невежливо, если бы я это делала сознательно. Рада, что вы этого не допустили.

– Почему? Не думаю, что из-за меня вы проводили бы ночи без сна!

– Вы хотите сказать, что я слишком надменна?

– Всегда, если вам это позволяют.

– Но вы мне не позволили, не так ли?

– Нет, но только потому, что могу себе позволить остановить вас, вот и все.

– Как бы там ни было, но я даже рада: мы не могли бы вместе заниматься этим делом, окажись вы типичным покорным служакой.

– Что у вас за дело, миссис Маури? По телефону вы мне даже не намекнули.

Она сняла руку с каминной полки и пересекла комнату.

– С бокалом легче разговаривать, - бросила она мне через плечо. Хотите выпить?

– Конечно, ведь терять мне уже нечего.

– Ну, вы не выглядите старым, - возразила она.

– Не старым - да, но и моложе уже не станешь!

– Хотите, чтобы я вам возражала?

– Лучше не надо, - хмыкнул я.
– Я со страхом жду сорокового дня рождения.

Она вернулась с двумя полными бокалами. Их содержание выглядело достаточно крепким, чтобы устранить всякие недомолвки.

– Это великолепный возраст, - спокойно сказала она.
– Достаточно стар, чтобы знать, что делаешь, и достаточно молод, чтобы не брать это в голову.

Миссис Маури села, положив ногу на ногу. От этого движения её длинный халат распахнулся, открыв ногу почти до бедра. Стройную, хорошей формы ногу, обтянутую золотистым прозрачным чулком, с маленькой ямочкой на колене.

Затем она снова опять заговорила короткими осторожными фразами, казавшимися заученными наизусть.

– Мне нужен частный детектив с приличной внешностью, крепким сложением, достаточным словарным запасом и умением убеждать. Думаю, вы этими качествами обладаете.

– Почему бы вам не нанять Шерлока Холмса?
– усмехнулся я.