Чтение онлайн

Взволнованно обмахиваясь веером, она принялась смотреть по сторонам, как бы ища совета, а на самом деле напряженно думала.

Шевалье улыбнулся ей, а Бей только приподнял брови.

— Ваше величество, — заявила она, — обе игрушки превосходны! — Она продолжала обмахиваться веером. — Должна признаться, я плохо разбираюсь в этом. Тем не менее, сир, мне очень понравился голубь с его трогательной сентиментальностью, а пастух и пастушка поразили тонкой поэтичностью.

— Прекрасно сказано! — согласился король. — Обе игрушки нравятся нам именно поэтому. Шевалье, передайте благодарность моему кузену во Франции. И вас, милорд Родгар, я тоже благодарю.

Когда механизмы снова запустили, на этот раз одновременно, Диана подумала, что ее барабанщик превосходит каждый из них. Он победил бы в любом состязании.

— Вы снова побледнели, леди Аррадейл. — Лорд Рэндольф обвил рукой ее талию, намереваясь проводить к дивану.

Она воспротивилась на мгновение и едва не оглянулась назад, надеясь на помощь Бея, но затем вспомнила о своей цели. Она не должна питать надежды короля и королевы. Ей не следует уделять Родгару слишком много времени или проявлять интерес к нему.

Она повела себя неразумно, но, к счастью, никто этого не заметил. Под тревожным взглядом Бея Диана умышленно прислонилась к лорду Рэндольфу.

— Немного вина, леди Аррадейл, — предложил он с нежной заботой.

— Вы очень любезны, — ответила Диана.

«Какая нелепость, — подумала она с досадой. — Приходится поощрять ухаживания этого болвана только для того, чтобы скрыть свои чувства к Бею!»

Лорд Рэндольф имел основания считать себя кандидатом в женихи. Он был из знатной семьи, красив и обходителен, хотя, казалось, слишком любовался собой и мог говорить только о себе. Впрочем, это свойственно почти всем мужчинам. Будь он даже идеален, Диана никогда бы не вышла за него замуж и при иных обстоятельствах не стала бы поощрять его.

Однако отдавать явное предпочтение одному мужчине было опасно, так как он, возможно, не устраивал королевскую чету. Может быть, если она будет порхать между несколькими мужчинами, это отсрочит окончательный выбор.

Поэтому, когда к ней подошел лорд Скроуп, чтобы справиться о здоровье, она радостно улыбнулась ему. Добродушный виконт охотно рассказывал о своих детях. Он также очень много говорил об умершей супруге. Все это похвально, но скорее всего его новая жена будет иметь в постели не только мужа, но и призрак бывшей жены.

Диана почувствовала на себе осуждающий взгляд короля. Прекрасно. Она засмеялась глупой остроте лорда Рэндольфа и одобрительно похлопала по руке лорда Скроупа. Подошел сэр Гарри Крамли и заговорил о лошадях, что по крайней мере действительно интересовало ее.

Диана незаметно еще раз взглянула на Бея, который оживленно беседовал, окруженный дамами и джентльменами. Вероятно, он рассказывал что-то остроумное, и Синтия Хест-роп, держась за его руку, весело смеялась. Она поймала взгляд Дианы и в ответ холодно посмотрела на нее, а затем улыбнулась Бею.

Диана отвела глаза и увидела, что король зорко наблюдает за ней. Заметил ли он красноречивые взгляды обеих женщин?

Чувствуя себя словно зверь в клетке, за которым постоянно следят, она повернулась к своим несчастным кавалерам.

На следующее утро Диана проснулась с одной лишь мыслью — когда она снова увидит Бея? День, когда она не видела его и не разговаривала с ним, казался ничтожным.

После завтрака Диана облачалась в скромное, но изящное утреннее платье и, бросив придирчивый взгляд в зеркало, вышла в сад, чтобы присоединиться к королеве. Время от времени вступая в разговор, Диана обдумывала, как найти способ изменить отношение Бея к женитьбе.

Появление леди Дарем со своим двухнедельным ребенком помогло Диане отвлечься от грустных мыслей. По-видимому, королева специально пригласила молодую мать, так как очень любила детей, и сразу настояла на том, чтобы подержать малютку, щебеча что-то по-немецки.

Диана держалась поблизости вместе с другими придворными дамами, очарованная, как и все остальные. Ей редко приходилось видеть новорожденных младенцев, а этот был совсем крошечным. Шесть фунтов весом, как сказала мать, но вполне здоровенький.

Маленькая девочка спала, когда мать принесла ее, но вскоре открыла свои огромные темно-синие глазки и, не плача, посмотрела на незнакомые лица. Диана почувствовала страстное желание тоже подержать младенца и подумала, как чудесно было бы держать на руках ребенка Бея, стоя рядом с любимым мужем. На ее плечо упала тень.

— Леди Аррадейл, — раздался позади мужской голос.

Разочарованная, Диана повернулась, приветствуя лорда Рэндольфа.

Ей хотелось остаться и еще немного посмотреть на ребенка, но королева настояла, чтобы она отошла с лордом Рэндольфом. Тот взял ее руку и прижал к своей груди с необычайным пылом.

— Леди Аррадейл, вы прекрасный цветок в прекрасном саду. Готов поклясться, миледи, вы похитили румянец у роз!

Диана сдержала улыбку и поблагодарила небеса за то, что на свете есть человек, который никогда бы не стал болтать такую чушь. Однако пришлось принимать нелепые ухаживания лорда Рэндольфа, балансируя при этом между слабым поощрением и сдерживанием его самодовольной уверенности в своей неотразимости.

Ребенок на руках у королевы неожиданно заплакал. Леди Дарем и няня засуетились, совершенно очевидно желая успокоить ребенка, но не осмеливаясь забрать его у монаршей особы.

— Малышке холодно, — заявила Шарлотта. — Принесите одеяло!

Тем временем покрасневший младенец продолжал пищать что есть мочи.

Одна из придворных дам весьма неразумно взяла одеяло у маленького принца. Тот пронзительно закричал и тоже сделался красным, создавая гораздо больше шума, чем младенец.

— Перестань, любовь моя! — крикнула королева по-немецки и наконец передала малышку встревоженной матери. — Дайте мне моего дорогого сыночка. А вы, лорд Рэндольф, немедленно принесите еще одно одеяло!