Чтение онлайн

— Ты забыл еще одну возможность: что, если жена у него молодая, но воспитывалась в семье, привыкшей жить по старым правилам? Однако твое объяснение более вероятно, — согласился с ним Кроу.

— И он подслеповат на правый глаз, — торжествующе закончил Шерлок.

Кроу кивнул:

— Ты прав. Но что его выдало?

— Он тщательно выбрил левую сторону лица и шеи, но с правой стороны осталась заметная щетина. Из чего можно заключить, что он плохо видит правым глазом.

— Потрясающе. Ты отлично овладел навыками наблюдения.

— Я что-нибудь упустил? — с улыбкой спросил Шерлок.

Кроу пожал плечами:

— Всего лишь несколько мелочей. Этот человек женат во второй раз, его первая жена умерла. В нынешнем браке детей у него нет, и его жену это расстраивает. Да, и я подозреваю, что он ворует деньги у железнодорожной компании, но это допущение сделано с некоторой натяжкой.

Шерлок не смог сдержать смех:

— Как вам это удается?

— Практика, — улыбаясь, ответил Кроу. — И природный талант. В один прекрасный день ты тоже так научишься.

Шерлок покачал головой.

— Сомневаюсь, — со смехом ответил он. — Сильно сомневаюсь.

Поездка до вокзала Ватерлоо заняла меньше времени, чем ожидал Шерлок. Кроу всю дорогу был в хорошем настроении и строил логические умозаключения обо всех людях, которые входили в вагон или стояли на станциях, мимо которых проезжал поезд. Иногда, чтобы подразнить Шерлока, Кроу вовлекал попутчиков в разговор и вынуждал их перечислять те факты, которые сам он уже Шерлоку сообщил. Прежняя напряженность между ними, вызванная спором о Руфусе Стоуне, казалось, исчезла.

Когда поезд прибыл на вокзал Ватерлоо и, замедлив ход, остановился у платформы, они вышли из вагона и отправились искать кеб.

Шерлок бывал здесь и раньше, и уже видел, какая здесь царит суета, но когда они с Кроу пробирались сквозь особенно плотную толпу мужчин в цилиндрах, он представил, что вокруг него мрачный индустриальный ландшафт с поднимающимися тут и там трубами закопченных фабрик. Облачка пара от паровозов делали этот образ еще более реалистичным. Шерлок в раздражении попытался выбросить эту картину из головы. У него не часто случались подобные вспышки воображения, и ему они совсем не нравились. Нет никакой логической связи между цилиндрами прохожих и дымным фабричным пейзажем. Это всего лишь поэтическое сравнение, а не плод анализа. Амиус Кроу его бы не одобрил.

А вот Руфус Стоун одобрил бы. Эта мысль почему-то привела Шерлока в замешательство.

Выйдя из здания вокзала, Кроу окликнул кебмена. Багажа у них не было — поездка планировалась на один день, — поэтому они просто уселись в экипаж. Кеб представлял собой небольшую крытую повозку на двух колесах, кучер сидел на крыше и правил лошадью с помощью длинных поводьев. Экипаж дернулся и с жутким грохотом поехал по тряской лондонской мостовой.

— Клуб «Диоген», — крикнул Кроу кучеру.

— А где это, командир? — отозвался тот.

— Езжайте к Адмиралтейству, — прокричал Кроу, — а дальше я подскажу. — Откинувшись на спинку сиденья, он продолжил обычным тоном: — Клуб основан около года назад. Кажется, твой брат был одним из его создателей, по крайней мере, так он мне говорил. Назван в честь греческого философа Диогена Синопского. Диоген был одним из создателей философии киников, или кинизма, как ее потом стали называть.

— Я слышал эти слова, — сказал Шерлок, — но точно не знаю, что они означают.

— Киники полагают, что цель жизни — жить добродетельно, в согласии с природой, то есть отвергать общепринятую жажду богатства, власти и славы и вести простую жизнь, свободную от любой собственности. Не могу винить их за это, хотя такой подход служит преградой любому общественному прогрессу. Киники также полагали, что мир принадлежит в равной мере всем, а страдания вызваны неверными суждениями о том, что важно и что неважно, а также негодными обычаями и соглашениями, которыми опутано общество. — Он помолчал немного и продолжил: — Не знаю, насколько это относится к твоему брату, но тебе следует знать, что в клубе «Диоген» очень строгие правила. Никто не должен говорить без разрешения. Ни слова. Единственное исключение — комната для гостей, в которой, как я полагаю, твой брат нас и встретит. Если же нет, нам с тобой придется очень непросто.

Кеб загремел по Вестминстерскому мосту, и внимание Шерлока привлекли разнообразные лодки, рядами выстроившиеся вдоль и поперек грязно-бурой реки.

— Диоген и Платон жили в одно время? — спросил он, вспомнив книгу, которую преподнес ему брат перед отплытием в Америку: «Республику» Платона.

— Да, но они не ладили, — ответил Кроу. — Я как-нибудь расскажу тебе об этом.

На северном берегу реки кеб свернул налево, затем направо, на широкую, обсаженную деревьями улицу. Впереди Шерлок увидел Трафальгарскую площадь с памятником Нельсону. Он уже бывал здесь в свой прошлый приезд.

Еще через пару минут экипаж остановился. Они спустились на тротуар, и Кроу заплатил кебмену несколько пенсов. Они все еще находились на той же широкой улице, но в самом ее конце, где она сворачивала и переходила в другую. Впереди в стене была маленькая дверца. На висевшей сбоку медной табличке была выгравирована изящная надпись: «Клуб „Диоген“».

Кроу набалдашником трости постучал в дверь. Через некоторое время она распахнулась. Амиус вошел первым, наклонив голову, чтобы не удариться о низкую притолоку. Шерлок последовал за ним.

Они оказались в тесной прихожей — стены обшиты деревянными панелями, пол из мрамора. Наверх вела лестница, а сбоку виднелась открытая дверь. За ней был большой зал, уставленный зелеными кожаными креслами. В клубе стояла такая тишина, что Шерлоку казалось, будто она давит на барабанные перепонки. В прихожей эхом отдавалось тиканье часов, висевших где-то в тени.

Дверь им открыл маленький юркий человек в безупречно чистой синей ливрее. Выглядел он как бывший солдат. Шерлок еще не считал себя мастером дедукции, но этот человек держался очень прямо, а его ботинки были начищены так тщательно, что в них, наверное, можно было увидеть свое отражение. Кроу вручил лакею визитную карточку. Тот посмотрел на нее, кивнул и жестом предложил Кроу и Шерлоку следовать за ним — через тот самый зал с зелеными креслами. Кресла были заняты читавшими газеты людьми, и лакей петлял между ними, направляясь к двери в дальней стене. Дойдя до нее, он постучал.

Некоторые из членов клуба подняли головы и сердито уставились на источник шума. Шерлок прислушался, но ответа не услышал. И мысленно дал себе пинка: раз в клубе запрещено говорить, то вряд ли кто-нибудь скажет: «Войдите!» Очевидно, лакей ждал, что дверь откроют.

Но ничего не происходило. Лакей постучал снова. На этот раз изнутри раздалось какое-то шарканье. Что-то стукнуло. Щелкнул засов, и дверь открылась.

В проеме стоял Майкрофт Холмс, загораживая вход в комнату всем своим массивным телом. Он выглядел каким-то растерянным. Майкрофт поднял руку, как будто хотел потереть себе лоб, и, похоже, удивился так же, как и Кроу, Шерлок и лакей, обнаружив, что в руке у него зажат нож.