Чтение онлайн

– Как-как?

– Он приходит смотреть, как его быки побеждают, да? Быки, а не тореро?

– Нет. Он приходит смотреть, достойно ли умирают его быки.

Босх сомневался, что понял этот ответ как надо, но решил не уточнять.

– Я хотел бы сегодня пойти на корриду. Можно это устроить? Я должен сидеть рядом с Эль-Папой.

– Не знаю… – Агильо покачал головой. – Ближайшие ложи очень дороги. Настолько, что иногда их даже не удается продать и они остаются закрытыми.

– Сколько же стоит место?

– Около двухсот американских долларов. Не меньше.

Босх достал бумажник и отсчитал двести десять долларов. Десятку он оставил на столике в уплату за завтрак, а остальное подвинул к Агильо. Только после этого ему пришло в голову, что это гораздо больше, чем мексиканский следователь зарабатывает за свою шестидневную рабочую неделю. Босх пожалел, что так поторопился с решением.

– Купи нам билеты в ложу рядом с Папиной.

– Но с ним будет много народу. Эль-Папа всегда приходит…

– Мне нужно взглянуть на него поближе, только и всего.

Они покинули ресторан, и Агильо сказал, что пойдет пешком, благо полицейское управление находилось в двух кварталах. Затем он удалился, а Босх стоял перед входом, поджидая Рамоса. Бросив взгляд на часы, он увидел, что минуло восемь. В эти минуты Босху полагалось быть в кабинете Ирвинга в Паркер-центре, и он задумался, предпримет ли к нему дисциплинарные меры заместитель начальника полиции. Как только он вернется в город, его отстранят от расследования и заставят заниматься канцелярской работой. Это уж как пить дать, если только… Если только он не привезет с собой внушительную стопку раскрытых дел. Тогда у него на руках будут достаточно сильные козыри, чтобы на равных разговаривать с Ирвингом. Так что хочешь не хочешь, а вернуться из Мексики нужно с разгаданными загадками.

Потом Босху пришло в голову, что ему, пожалуй, не стоит маячить на тротуаре перед рестораном, изображая мишень, и он, благоразумно войдя в вестибюль, стал высматривать Рамоса через стеклянные двери. В вестибюле к Босху приблизилась официантка и, несколько раз подобострастно поклонившись, отошла. Гарри решил, что причиной тому, вероятно, три доллара, которые он оставил на чай.

Рамос появился у «Мандарина» почти через час. Он предложил Босху сесть в его машину, но Гарри счел, что свои колеса ему еще понадобятся, и решил ехать следом за агентом.

Сначала Рамос поехал на север, но на площади у памятника Бенито Хуаресу свернул на восток. Довольно скоро они оказались в квартале, забитом складами и пакгаузами. Там они свернули на неприметную аллею и припарковались у здания, в несколько слоев покрытого граффити.

Выбравшись из своего побитого «чеви камаро» с мексиканскими номерами, Рамос несколько раз огляделся.

– Добро пожаловать в наш скромный федеральный офис, – сказал он.

Внутри царила сонная воскресная тишина. В комнате, куда Рамос провел Босха, никого больше не было. Гарри увидел несколько столов, стоящих в ряд, картотечные шкафчики у стены, оружейные ящики и двухтонный сейф модели «Цинциннати» для хранения вещественных доказательств.

– Итак, давай разберемся с тем, что ты мне вчера рассказывал, – начал Рамос. – Ты считаешь, что кто-то пытался разделаться с тобой, верно?

– Куда уж вернее… Впрочем, если бы попытка удалась, это дало бы стопроцентную уверенность.

Один пластырь, прилепленный Босхом на шею, прикрывал воротничок рубашки, второй – на ладони – тоже не бросался в глаза, и Гарри предпочел не заострять на этом внимание. Он рассказал о том, как все произошло, не опуская почти никаких подробностей. В заключение Гарри упомянул о гильзе, обнаруженной им в пятьдесят четвертом номере.

– А пуля? Ее можно извлечь?

– Кажется, она все еще в спинке кровати. Я не стал особенно задерживаться.

– Ну конечно! Держу пари, ты помчался предупредить своего дружка-мексиканца. Босх, Босх!.. – Рамос сокрушенно покачал головой. – Когда ты поймешь, где находишься? Может, твой Агильо и неплохой парень, но ты же совсем не знаешь его. Не исключено, что он все это и подстроил.

– Да, я действительно предупредил его, но пусть тебя это не волнует. Все, чего ты от меня хотел, я сделал.

– О чем ты толкуешь, Босх?

– Об «Энвиро брид». Вчера вечером я побывал там.

– Что?! Да ты совсем спятил! Я не говорил тебе ничего…

– Ну ладно, Рамос, брось. Думаешь, я не догадался, зачем ты вчера так подробно рассказывал мне, что именно вам необходимо знать, чтобы получить ордер на обыск? Мы здесь одни, поэтому не паникуй и слушай внимательно. Я узнал все, что вам нужно. Можешь записать, что получил эти сведения от доброхота-осведомителя.

Рамос расхаживал из стороны в сторону вдоль шкафов с картотекой, и изображаемое им негодование выглядело весьма убедительно.

– Послушай, Босх, по каждому информатору, с которым мне приходится работать, я обязан консультироваться с руководством. Твое предложение никуда не годится. Из этого все равно ничего не выйдет. Я не имею права…

– Сделай так, чтобы вышло.

– Босх, я…

– Тебе охота знать, что я там нашел, или мы оставим этот разговор? – Выпад Босха заставил агента ненадолго замолчать. – А что, – спросил Босх, – эти ваши ниндзя, как бишь их… ОБСОСО, они уже прибыли?

– ОБСО, Босх. Да, они прибыли в Мехикали вчера вечером.

– Вот и отлично. Вам придется начать операцию в самое ближайшее время, поскольку меня видели.

Гарри с удовольствием наблюдал, как агент хмурится и лицо его темнеет. Наконец Рамос с ожесточением потряс головой и рухнул на стул.

– Черт! Откуда ты знаешь?

– Там была камера наблюдения, но я заметил ее, когда было уже поздно. К счастью, мне удалось выбраться оттуда, раньше, чем какие-то люди приехали посмотреть, в чем дело. Вряд ли меня узнали – я был в маске и в очках, – но теперь Зорилло известно, что кто-то побывал внутри.