Чтение онлайн

— Спасибо, — сказал корсар, который, однако, снова впал в меланхолию.

Он почти не ел. К нему вернулись прежняя задумчивость и печаль, к которым пираты почти привыкли. Внезапно поднявшись, он принялся расхаживать по комнате.

Флибустьер же не только проглотил остатки снеди, но и опустошил еще несколько бутылок, что привело в крайнее отчаяние нотариуса, не перестававшего ныть при виде столь быстрого исчезновения вин, выписанных им за большие деньги с далекой родины. Придя, однако, в хорошее настроение, моряк сделался настолько любезен, что предложил нотариусу стаканчик, дабы вознаградить его за испытанный страх и огорчения.

— Гром и молния! — воскликнул он. — Кто бы мог подумать, что эта ночь пройдет так весело. Оказаться вначале между двух огней с риском окончить жизнь с веревкой на шее, а вместо этого пировать! Кто бы мог на это рассчитывать?

— Опасность, однако, мой друг, не миновала, — заметил корсар. — Кто даст нам гарантию, что завтра испанцы, не обнаружив нас в городе, не нагрянут сюда? Здесь, конечно, неплохо, но я предпочел бы оказаться на борту моего «Молниеносного».

— С вами я ничего не боюсь, капитан. Вы один стоите сотни смельчаков!

— Разве ты забыл, что губернатор Маракайбо — старая лиса и что он пойдет на все, чтобы добраться до нас. Ведь между нами идет война не на жизнь, а на смерть.

— Никто не знает, что вы прячетесь здесь.

— Об этом не трудно догадаться. К тому же ты забыл о басках. Я думаю, они поняли, что убийцей хвастливого графа был брат Красного и Зеленого корсаров.

— Быть может, вы правы, синьор… Как вы думаете, Морган пришлет нам подмогу?

— Мой помощник не такой человек, чтобы оставить своего командира в руках испанцев. Это такой храбрец, такая отчаянная голова, что я не удивлюсь, если ему взбредет в голову обрушить на город ядерный ураган.

— За такую выходку можно дорого поплатиться, синьор.

— Да. Но сколько мы совершали таких дел и всегда или почти всегда выходили из положения!

— Это верно.

Корсар сел, потягивая вино из стакана, потом снова встал и направился к окну на лестничной площадке, из которого видна была вся улица. Простояв с полчаса, он внезапно вернулся в комнату и спросил Кармо:

— Ты уверен в чернокожем?

— Это надежный человек, капитан.

— Он не выдаст нас?

— Я готов поручиться за него головой.

— Он здесь.

— Вы его видели?

— Он бродит по улице.

— Надо позвать его, капитан.

— А что он сделал с телом моего брата? — спросил корсар, нахмурив брови.

— Когда он будет здесь, мы его спросим.

— Позови его, но будь осторожен. Если тебя заметят, я не поручусь за нашу жизнь.

— Предоставьте это дело мне, синьор, — ответил Кармо, улыбаясь. — Дайте мне только десять минут, чтобы превратиться в нотариуса.

Не прошло м десяти минут, как Кармо покинул дом нотариуса, чтобы отправиться на поиски африканца, замеченного корсаром.

За этот малый срок храбрый флибустьер настолько изменил свой вид, что стал совершенно неузнаваем. В одну минуту он укоротил ножницами пышную бороду, подровнял спутанные волосы и натянул на себя испанский костюм, хранившийся нотариусом для торжественных выходов и пришедшийся ему в самый раз, так как оба были одного роста.

В этой одежде наводивший ужас морской волк мог вполне сойти за тихого и скромного буржуа из Гибралтара, если не за самого нотариуса. Будучи, однако, человеком осторожным, он спрятал в глубоких и удобных карманах пистолеты, не надеясь на маскарад.

В этом преображенном виде Кармо вышел из дома, словно обычный мирный гражданин, отправившийся подышать утренним воздухом. Время от времени он поглядывал на небо, чтобы убедиться, что уже близкий рассвет скоро разгонит тьму.

Улочка была пустынна; но если капитан незадолго до того заметил на ней африканца, то вряд ли тот мог уйти далеко.

— Где-нибудь я тебя разыщу, — пробормотал флибустьер. — Если мой дорогой кум решил вернуться, значит, серьезные причины помешали ему оставить Маракайбо. Неужели этот проклятый Ван Гульд пронюхал, что Черный корсар в городе? Злой рок толкает всех трех братьев в руки этого мерзкого старика… Но бог нас не выдаст!.. Мы выберемся отсюда и еще отплатим ему — око за око, зуб за зуб, жизнь за жизнь.

Так, разговаривая с самим собой, флибустьер дошел до конца улицы и уже готовился было повернуть за угол, как вдруг какой-то солдат с аркебузой, притаившийся в подворотне, преградил ему путь.

— Стой! — крикнул он угрожающе.

— Проклятье! — пробормотал Кармо, запуская руку в карман и нащупывая один из пистолетов. — Неужели попался?.. — Скроив мину добропорядочного буржуа, он сказал: — Что вы хотите, синьор солдат?

— Узнать, кто вы такой.

— Как!.. Вы меня не узнаете?.. Я нотариус из этого квартала, синьор солдат.

— Извините, я недавно приехал в Маракайбо, синьор нотариус. А куда вы идете, можно спросить?

— Один бедняк по соседству собирается отдать богу душу, а уж когда речь идет о переселении на тот свет, можете мне поверить, без наследников дело не обходится.

— Это верно, синьор нотариус. Будьте, однако, осторожны, не попадитесь в лапы флибустьерам.

— Бог ты мой! — воскликнул Кармо, притворившись испуганным. — Флибустьеры здесь? Как же эти канальи посмели высадиться в Маракайбо, городе почти неприступном и управляемом столь доблестным воином, каким является Ван Гульд?

— Неизвестно, как им удалось высадиться: ни в заливе Сого, ни вблизи островов не замечено пиратских кораблей. Но то, что они здесь, в этом никто уже больше не сомневается. Достаточно сказать, что они уже убили трех-четырех человек и даже посмели похитить тело Красного корсара, повешенного напротив губернаторского дворца вместе со своим экипажем.

— Что за негодяи!.. И где же они теперь?

— Полагаю, что они скрылись за городом. Несколько отрядов посланы в разные места, и есть надежда, что их поймают и отправят поддержать компанию с остальными висельниками.