Чтение онлайн

Наша карета остановилась возле одного из боковых подъездов, и тотчас же по каменному дворику застучали каблуки множества слуг. То ли «Бринлееф» был замечен ими еще до прибытия в порт, то ли кто-то послал в замок скорохода, не знаю – но нас явно ждали.

Молодой парень с тщательно отращиваемыми усиками принял мой багаж и почтительно предложил следовать за ним. Вскоре я оказался на четвертом этаже правой боковой башни, в несколько сумрачных, но все же роскошных, по моим понятиям, апартаментах.

– Здесь ванная и водопровод, господин, – слуга распахнул передо мной тяжелую гладкую дверь. – Горячую воду подадут по первому вашему требованию.

Я оглядел полукруглый бассейн, отделанный светлым камнем, длинные носики медных кранов, и вздохнул. Нечто подобное, как я слышал, было устроено во дворце герцога Геррна, правившего моей родной провинцией.

– Если господину будет угодно помыться с дороги, он может вызвать горничную – шнур звонка висит в вашей гостиной, а также в спальне… если господину будет угодно, чтобы горничная согрела ему постель, он должен только позвонить…

– Я разберусь, – пряча смущение, отозвался я и поспешно выпихнул слугу в коридор.

В моем распоряжении оказались три комнаты – гостиная с камином, где на обитых темным шелком стенах висели портреты суровых мужчин в разнообразных, как правило, вычурно-пышных костюмах, а так же превосходные батальные сцены, спальня с небольшой печуркой и умиротворяющими пейзажами в светлых рамках, и уютный кабинет.

Кабинет освещался высоким окном, напротив которого я обнаружил еще один камин, поменьше чем в гостиной, и главное – множество застекленных шкафов с книгами. Я с любопытством пробежался взглядом по тусклой коже корешков, с ходу отметил пару томов каких-то хроник, и отправился в ванную. Как пользоваться кранами, я догадывался, ибо читал описание системы, при которой слуги по трубам накачивают воду в комнаты господина. И действительно, стоило мне нагнуть надраенный носик, как в ладонь мне брызнула струйка холодной чистой воды.

После умывания, вытершись мохнатым полотенцем, я задумался о том, что будет дальше. Эйно, похоже, не очень торопился прибыть к себе домой – из окон гостиной мне была видна длинная аллея, ведущая к замку от главных ворот, и за все то время, что я бродил по комнатам, до моего слуха не донеслось ничего похожего на стук копыт.

Устав от бесцельного шатания, я привычно сунул за пояс пистолет и в одной сорочке спустился вниз. По дороге мне попался слуга.

– Господин прикажет обед? – суетливо осведомился он. – Вина, служанку?

– Нет-нет, – отмахнулся я. – Я… поброжу по парку.

Но долго бродить мне не удалось: едва я удалился от замка на три сотни локтей, как за моей спиной раздался глухой скрип ворот, чьи-то голоса, приветственные выкрики – очевидно, вернулся Эйно. Не желая, чтобы меня искали, я повернул назад и быстрым шагом вышел на аллею. Хозяин уже стоял возле подъезда, оживленно беседуя с Иллари и несколькими слугами.

– Ага, вот и ты, Маттер! – воскликнул он, завидев меня. – Ты-то мне и нужен. Сейчас тебя переоденут, и мы отправляемся в театр. Немного запоздаем, ну да это ничего – основная часть представления начнется не сразу.

– В театр?! – поразился я.

– Да-да, нам несказанно повезло – у нас выступает мой старый друг Накасус, мастер классического репертуара. Обедать будем там. Эй, Хуки, распорядись, чтобы молодого господина отвели в гардеробную и одели как следует!

Парой минут позже я уже стоял в просторном помещении, сплошь занятом шкафами, а вокруг меня суетились две молодые девушки, руководимые рослой, сурового вида матроной. Нужные наряды нашлись не сразу, но все же через некоторое время я оказался одет в серые парчовые бриджи и странноватый на мой вкус кафтан с широкими, свободными рукавами, под которым посверкивала прошитая золотой нитью черная рубашка с кружевным воротником. На ногах у меня были высокие сапоги на каблуке, украшенные разноцветными кожаными бантиками.

Я стоял перед зеркалом, с изумлением разглядывая свое облачение и то и дело поправлял пояс, который норовил съехать набок.

– Н-да, – выдавил я, засовывая под него пистолет. – Н-да…

– На представления молодые господа ходят только так, и никак не иначе, – строго отозвалась матрона. – А на храмовые праздники…

– Помилуйте, – фыркнул я. – Это все, надеюсь? Только не говорите, что мне положены еще какие-то драгоценности.

Одна из девушек прыснула. На лице дамы появились складки оскорбленного достоинства.

– Хозяин ждет вас, господин.

– Благодарю, – ответил я, не оборачиваясь.

Сапоги немилосердно жали в носках, но я надеялся, что мне не придется совершать значительные пешие переходы, а в седле это можно было вытерпеть, не кривясь от боли.

Эйно отобрал у меня мой старый пистолет и сунул вместо него белую кобуру с «Вулканом» и кинжал в кожаных с серебром ножнах.

– Мне теперь всегда придется ходить в таком дурацком виде? – спросил я, пристегивая кобуру к поясу.

– Придется учиться церемонии, – вздохнул князь. – Это выходной костюм для участия в увеселительных мероприятиях. По городу можешь ходить в простом…

– Тяжело тут у вас, – буркнул я.

Перед подъездом нас ждала карета на сложном рессорном ходу, ее небольшие колеса были обшиты полосами какого-то черного материала, похожего на очень толстую кожу. Слуга распахнул перед Эйно дверцу, я скользнул вслед за ним, и почти тотчас же услышал щелчок бича. Карета мягко, словно по вате, покатилась прочь от замка Лоер.

Дорога шла вниз. Эйно не стал задвигать шторки на окнах, и я с любопытством разглядывал мчащиеся мимо меня фасады. Большая часть городских строений представляла собой уменьшенные копии замка – такие же уступчатые башенки с характерными шпилями, украшенными какими-то изваяниями или флюгерами. Заборы выглядели основательными, но, к моему изумлению, по высоте они редко доходили мне до плеч. Складывалось такое впечатление, что пеллийцам нечего скрывать от своих соседей, а о ворах здесь и думать забыли. Впрочем, несколько раз на глаза мне попались патрули городской стражи, облаченные в легкие кирасы и вооруженные скорострельными карабинами, – очевидно, решил я, при таком количестве стражников ворам действительно приходится туговато. Четверка коней свернула вправо, и мы понеслись над набережной. В левом окне мелькнула панорама порта, усеянная сотнями мачт, – мелькнула, чтобы исчезнуть за множеством красивых, похожих на свечи хвойных деревьев, высаженных вдоль гладкой каменной дороги. Короткий подъем, еще один поворот – и вот мы остановились.

Выбравшись из кожаных недр экипажа, я оказался на небольшой площади, тесно уставленной разнообразными каретами. Прямо передо мной высилось серое каменное здание очень древнего вида, сейчас обильно украшенное разноцветными лентами с надписями, зазывающими на «необыкновенное представление традиционных мастеров искусства „фитц“». Подле широких дверей театра оживленно суетилась нарядная публика, раскупавшая что-то у нескольких торговцев с лотками. Слышался смех, быстрый пеллийский говор и хлопки открываемых бутылок.