Чтение онлайн

Мексиканка все время подбадривала криками профессора, а я, в свою очередь, подгонял их обоих, потому что, хотя мы бежали довольно быстро, запах гниющего мяса не только не ослабевал, а наоборот, постепенно усиливался.

Я услышал — или мне показалось, что услышал, — сопение, доносившееся из темноты всего лишь в каких-нибудь нескольких метрах от меня, и, не теряя ни секунды, снова нажал на спусковой крючок, целясь куда попало. Грохот длинной автоматной очереди отразился от каменных стен туннеля гулким эхом.

И тут мой автомат, щелкнув, перестал стрелять: в его магазине уже не осталось патронов.

Я сразу же вспомнил, что другие магазины, которые мы забрали у мертвого Луизао, все еще лежат в карманах штанов Касси. Мы упустили это из виду, и теперь нелепая ошибка могла стоить нам очень и очень дорого.

Я побежал быстрее, чтобы догнать мексиканку и взять у нее магазины.

— Касси! — крикнул я. — Мне нужны патроны!

— Черт бы тебя побрал! — воскликнула она в ответ. Судя по ее голосу, она бежала на гораздо большем расстоянии от меня, чем я думал. — Я передам магазины профессору, а он передаст их тебе!

— Быстрее! Мне кажется, эти твари меня уже вот-вот догонят!

И тут я увидел, что Кассандра, остановившись и обернувшись, направила в мою сторону свет своего фонарика. Затем она крикнула:

— Оба пригнитесь!

Не успел я пригнуться, как надо мной просвистели пули ее пистолета, а затем позади меня в темноте туннеля кто-то взвыл от боли.

— Он у меня получил! — торжествующе воскликнула Кассандра. — Мне кажется, я прикончила этого мерзавца!..

Не успела она договорить, как с разных сторон этой лабиринтообразной клоаки донеслись многочисленные исступленные вопли, похожие на звериные, и нам стало понятно, что «демон» в этом подземелье отнюдь не один.

— Их много, и они со всех сторон!.. — в ужасе воскликнул профессор.

В тот же самый миг я почувствовал, как чьи-то сильные руки схватили меня за голову и впились своими пальцами в мою шею.

Я инстинктивно обернулся и, закрыв глаза, изо всех сил ударил прямо перед собой кулаком, с ужасом подумав о том, что сейчас со мной произойдет то же самое, что произошло с Луизао.

К моему удивлению, когда мой кулак ткнулся в чью-то голову, в ответ раздался вполне человеческий голос.

— Ах ты ж кретин! — воскликнул кто-то с характерным аргентинским акцентом.

В следующее мгновение меня вдруг ослепил свет фонарика, не позволивший мне увидеть, кто же это обозвал меня кретином.

Затем перед моим лицом появилась протянутая рука, и тот же самый голос потребовал, чтобы я крепко за нее схватился.

Я секунду-другую посомневался, думая, что это, видимо, один из людей Соузы, но затем мне пришло в голову, что уж лучше иметь дело с ними, чем с обитающими в этом подземелье чудовищами. Поэтому я схватил протянутую мне руку, и тут же за мою руку уцепились еще две или три руки. Затем я почувствовал, что меня тащат наверх через отверстие в потолке пещеры, которое мы не заметили из-за царящей снаружи темноты, и я снова вдохнул горячий и влажный воздух сельвы.

Несколько секунд спустя из того же самого отверстия появились Кассандра и профессор. Их, как и меня, вытащили трое незнакомцев, освещаемых факелами, которые они держали в руках, то и дело нервно поглядывая по сторонам.

— Спасибо… — сказал профессор, с трудом переводя дыхание. — Огромное вам спасибо.

Едва он произнес эти слова, как ему в лицо ударил луч фонарика и раздался женский голос:

— Профессор Кастильо? Это… это вы?

Всех присутствующих охватило замешательство, и в течение нескольких секунд никто не произносил ни звука. Даже доносившийся из подземелья рев морсего — и тот, казалось, на эти несколько секунд прекратился.

— Валерия?.. — спросил профессор, делая шаг вперед.

— Этого не может быть. Как… как вы здесь оказались… — пробормотала Валерия.

Не успела она договорить, как ее уже заключил в свои крепкие объятия отец.

— Слава Богу! — пробормотал он сквозь слезы. — Ты даже не представляешь себе… Ты даже не представляешь того, что… — Так и не закончив фразу, профессор, сильно расчувствовавшись и крепко обняв свою дочь, заплакал от облегчения и радости.

Хотя встреча отца и дочери, обнимающихся при мерцающем свете факелов, была очень трогательной, от моего внимания все же не ускользнуло, что доносившийся из подземелья рев морсего становился все более громким.

— Не хочу омрачать вашу радость, — сказал я, заглядывая в темное отверстие, из которого меня и моих друзей только что вытащили, — но, как мне кажется, было бы лучше отложить торжественную процедуру встречи на более позднее время, а сейчас дать отсюда деру — и как можно быстрее.

— Я с тобой согласна, — поддержала меня Касси. — Думаю, эти чудовища будут не в восторге, если узнают, что я разделалась с одним из них.

— Вы убили одного из них? — спросила, с сомнением качая головой, Валерия.

Мексиканка в ответ лишь осветила своим фонариком черный пистолет «глок», который она держала в руке и из ствола которого, казалось, все еще шел дымок.

— Я, по крайней мере, видела, что проделала в нем пару дырок, — высокомерно заявила Кассандра.

— А ты женщина с характером… — послышался голос с аргентинским акцентом.

— У тебя, наверное, еще будет возможность в этом убедиться, — ответила Касси, засовывая пистолет себе за ремень.

И тут наш разговор был прерван злобным воем, донесшимся откуда-то из-под наших ног.

Три луча света тут же скользнули к отверстию. В темноте подземелья, из которого мы только что выбрались, метнулась в сторону какая-то тень.

— Принесите сухих листьев и веток! — распорядилась дочь профессора, отстранив от себя своего отца. — Быстро!

Не заставляя ее повторять приказ дважды, мы, то есть все остальные присутствующие, тут же стали делать то, что она от нас потребовала, и менее чем через минуту возле края отверстия уже возвышалась довольно большая куча хвороста, набросанная нами, которую затем и подожгли. При ярком свете костра я быстренько окинул взглядом всех, кто возле этого костра находился, и мысленно констатировал, что теперь нас шестеро.