Чтение онлайн

Лорин кивнула.

– Но это же безумие! Макоумер – супер-патриот! Может, он и преступник, но в то, что он пытается продать Америку, я не поверю, – он покачал головой. – Нет, ваша версия не проходит.

Трейси молча уставился в стену. В сознании его словно что-то щелкнуло, и все разрозненные части головоломки стали на свои места. Даже те, между которыми, казалось, нет и не может быть никакой связи. Что сказал Директор? «Ужасающая реальность того, о чем он предостерегал, изменила образ мышления людей. И я не вижу силы, которая могла бы помешать его избранию. На выборах он получит мой голос».

Готтшалк и Макоумер. Теперь Трейси все было ясно. Ну конечно же!

– Нет проходит! – возбужденно проговорил он. – Лорин совершенно права, Дуглас. Это дело рук Макоумера.

– Значит, он очень опасен.

– Опасен, верно. Но безумец? Я так не думаю. Скажи-ка мне, как менялся рейтинг Готтшалка в ходе предвыборной кампании?

– Несколько месяцев назад у него было сравнительно мало шансов на победу, – нахмурился Туэйт. – А сегодня он – Спаситель Америки: всем понятно, что он был прав. Народ обожает его.

– Вот видишь?

– Это просто совпадение, – запротестовал Туэйт. – Я хочу сказать, Готтшалку крупно повезло, что в тот день на нем был бронежилет. Иначе он был бы покойником, можешь не сомневаться. Макоумер никогда не пошел бы на такой риск. А что было бы, если бы убийца стрелял не в сердце, а в голову?

– Особенно, если учесть, – с серьезным видом добавил Трейси, – что в Готтшалка стрелял отлично подготовленный профессионал. Который наверняка в точности следовал данным ему инструкциям. А что, если у него был приказ стрелять в сердце?

– Звонок! – Туэйт щелкнул пальцами.

– Что? – в один голос спросили Трейси и Лорин.

– Я же чувствовал, что здесь что-то не так, – поглядел на них Туэйт. – Один из моих сослуживцев принял звонок о выстреле практически в тот момент, когда он прозвучал. Именно так и удалось выйти на убийцу.

– Бдительный гражданин позвонил по телефону, – Трейси пожал плечами. – Что в этом необычного?

– В том-то и дело, что звонили не по номеру девятьсот одиннадцать. Звонок был прямо в полицейский участок, непосредственно дежурному, который находился на прямой связи с личной охраной кандидата. Звонок по номеру девятьсот одиннадцать не имел бы никакого результата: пока его с главного пульта передавали бы тому, кому следует, убийца успел бы скрыться.

– Макоумер, – задумчиво протянул Трейси. – Если он все организовал, то, значит, и звонить мог только он. – Он внимательно посмотрел на Лорин и Туэйта. – Господи, вы хотя бы понимаете, что произошло? – Он подался вперед. – Слушайте. Джон Холмгрен представлял серьезную угрозу для Готтшалка, его шансы на выдвижение в кандидаты могли упасть почти до нулевой отметки. Им крайне необходимо было знать наши планы, и в офисе Холмгрена я обнаружил подслушивающее устройство. Поэтому Макоумер убрал Джона, обставив все таким образом, чтобы убийство выглядело как сердечный приступ...

– Погоди, – перебил его Туэйт, – ты хочешь сказать, что знаешь имя того, кто это...

– Я назову его тебе через минуту, Дуг. Дай мне закончить. Для убийства Мойры имелся серьезный мотив – она что-то видела, они это поняли, прослушав запись, сделанную через подслушивающее устройство.

– А сенатор Берки?

– А вот здесь начинается самое интересное. И одновременно мы ступаем на очень опасную территорию. Нам известно, что Макоумер и Готтшалк работают на пару. А теперь задумайся: возможно ли в наше время и при нашем нынешнем политическом устройстве установить контроль над президентом, с тем, чтобы впоследствии управлять им в своих интересах?

– Ты хочешь сказать, что сенатор работал над этим вопросом? – спросила Лорин.

– Не он один. Готов поставить сто к одному. Это единственное, что при данном раскладе делает ситуацию логичной и осмысленной. По-настоящему ужасная в своей реальности консолидация власти.

– Боже мой! – прошептал Туэйт. – Это же... в это просто невозможно поверить!

– А ты подумай, Дуг.

– Но это же... самая настоящая подрывная деятельность, ведущая к ниспровержению всех наших устоев.

В наступившей тишине они мысленно представляли губительные последствия заговора, краешек которого лишь приоткрылся. Наконец Туэйт откашлялся и полез в карман куртки. Лицо его было совсем белое.

– В свете того, о чем мы только что говорили, полагаю, тебе стоит взглянуть вот на это, – он протянул Трейси список оружия, о котором говорилось в манускрипте.

– Господи, – пробормотал Трейси, – этого же хватит для... – Он поднял глаза на Туэйта. – Ты хочешь сказать, что все уже в руках полиции?

Туэйт отрицательно покачал головой:

– Это-то меня больше всего и пугает. Утром мое подразделение прочесывало доки, – поэтому я не мог тебя встретить и прислал в аэропорт Уайта. Мы обыскали судно, «Нефритовую Принцессу», которое прошло по маршруту «Гонконг – Сингапур – Макао». И ничего. Посудина пуста, как свисток боцмана.

– Паршиво, – нахмурился Трейси, – действительно, очень паршиво.

– Я понимаю, о чем ты, – кивнул Туэйт.

Лорин перевела взгляд с одного на другого:

– А я не понимаю. Может, кто-нибудь из вас возьмет на себя труд и объяснит мне, в чем, собственно, дело?

Трейси повернулся к ней:

– Это означает, что Макоумер по-прежнему опережает нас как минимум на шаг. Он затопил контрабандный груз.

– Но для кого же он предназначался? – подняла брови Лорин.

Возникла долгая пауза.

– А на этот вопрос, – произнес наконец Трейси, – мы должны заставить ответить Макоумера. Но, судя по этому списку, могу сказать, что данный набор вооружений применяется в боевых действиях, с которыми и я, и Макоумер отлично знакомы.

– Конкретнее, – потребовал Туэйт. Последние несколько минут он испытывал чувство, словно все вокруг проваливается в какую-то бездонную пропасть. Сердце его билось учащенно не только потому, что дело шло к решительной схватке: на карту, как выяснилось, было поставлено значительно больше, чем можно было предположить.