Шрифт:
Мое черное платье – цвета не согласия.
Цвета насилия нескольких веков.
Женское тело помнит ощущение оков.
Без женского согласия мужчины брали не свое.
И черным платьем я навсегда закрываю его!
Женщины стали холодные и не любят никого.
И все это чувствуют, и мужчины все до одного.
Прости Господь, я не могу любить Его!
Который задирал подол из века в век…
Скажи Он разве человек?
И хотел лишь только похоти и то одно,
Что заставляло превращаться в дьявола Его.
Мое тело болит, оно веками грустит.
Оно воет свою песню одиночеству в любви.
Оно бредит от боли и страха к тому,
Кого, много раз представляла в аду.
Ее зубы скрипят от злости и гнева,
Ведь в душе Она мечтала – родится королевой.
А из века в век Она всего лишь рабыня.
Ее тело гнется от боли и скрипа.
Ее губы в крови от укусов своих.
Она ночью кричит- убери, отойди.
В ее горле комок, глаза полные слез.
Ее сердце пусто, без мечтаний и грез.
Ее вера слаба, без надежд и любви.
Но по привычке Она шепчет: “Господи ну помоги”.
Я хочу дописать, но рука все строчит.
Как же Вам показать мое сердце болит,
Я хочу закричать, чтобы рухнуло все.
Чтобы море снесло половину всего.
Нет, я вовсе не зла, но душа в ранах вся.
Я прошу у судьбы: “залечи ты меня”.
Дай мне выход, плечо, дай мне мой только путь.
Обещаю, дойду, не посмею свернуть.
Чтобы дочка моя так любила Его,
Чтобы тело было нежным, и только Ее!
Чтобы Он уважал, каждый вздох оценил.
Чтобы локон, глаза, сердце – все полюбил.
И тогда я сниму платье цвета земли.
И одену я то, в чем невесты под венец должны идти!
Тоска
Люблю, я в августе, чудесное паденье звезд.
Зимой полей холодное молчанье.
В лесу огромное количество уютных гнезд.
Морей, озер – святое покаянье.
Цветов различных запахи люблю.
Люблю, когда заря меня купает…
Я видеть, чувствовать это хочу!
Но не могу, тоска не отпускает.
Люблю я ласки нежных рук твоих.
Глаза твои чарующие рядом.
И поцелуи алых губ твоих,
И все сейчас мне это надо.
Люблю, когда ты смотришь на меня,
Когда ты говоришь со мной так ласково и нежно.
Я понимаю, верю – это для меня.
Но не могу, тоска сжимает сердце!
Портрет
Нарисуй мой портрет
Чем-то вечным.
Или может легко и беспечно.
Нарисуй мои глаза,
Как скатилась с них слеза.
По моей щеке,
Она о милом, но не о тебе.
Нарисуй мои губы.
Как они, то целовали,
То вдруг плевали в тебя.
Я не любила тебя никогда!
Нарисуй мои плечи,
Как ты полюбил их – навечно.
И как я относилась,
К тебе – бессердечно.
Нарисуй мое тело,
Как оно принадлежит,
Ни мне и ни тебе.
А черной пашни – матушке земле.
Не трогай меня
Ты душишь меня своими руками,
Уже опять в который раз.
И боль, обида между нами,
Как будто не было любви для нас.
Как будто сердце твое камень,
Или осколки старого стекла.
Они разбили мою память,
О безрассудство нашей жизни, бытия.
Спокойно убери ты свои руки,
Ты видишь, меня больше нет.
И я слезами обливаюсь,
С тобою рядом много лет.
Уйди тебя прошу я,
Этой жизни больше нет для нас.
Я забираю то, что рисовала,
В своих фантазиях и снах.
Не прикасайся больше ты губами,
К моим опухшим векам и глазам.
Мы потеряли все, что мы искали,
В наших скандалах, драках и словах.
Оставь на память взгляд мне свой,
О ненависти, жалости, игре.
Чтоб когда решила позвонить тебе,
Он обжигал и резал душу мне.
Прощай не состоявшееся счастье,
Прощай мой демон нежности и ласк.
Я закрываю эту дверь в ненастье,
И недописанную книгу про обман.
Дождь
Почему-то я стала любить дожди,
Они смоют все, вот вот, подожди.
И я стану чистой, и я стану живой,
Не такой как вчера, а другой – молодой.
Тебя я встретила в солнечный день,
Но подарил ты мне вечности тень.
Я не знала с тобой волшебства,
И окутал ты меня в плен одиночества.
Дождь смоет грязь, что ты уронил мне на плечи,
На ладони, на губы, так грубо навечно.
И хочется крикнуть – “ненавижу тебя”,
Но в душе у меня – пустота.
Я сижу у окна плачу вместе с дождем,
Он кричит мне сквозь шум – “ мы еще подождем”.
Я долго