Чтение онлайн

Нашёптывая заклинание, маскирующее некромагический дар дочери, правитель Итерри лишь раз возложил руку на её голову. После чего отступил и произнёс:

– Всё. Иди, переодевайся. И помни: ты дочь правителя Итерри. И у тебя обычные, универсальные способности мага, в основном – травника. Надеюсь, моя дочь не подведёт меня, Ирати.

– Нет, отец не подведу! – горячо пообещала она.

И чуть не осеклась, заметив усмешку, скользнувшую по жёстким губам отца.

И стало стыдно. Сегодня она уже подвела правителя Итерри. И дело не в прогулке в человеческий город. Это мелочь. Гораздо страшней некромагия – ведь девушка уже не раз обещала не заниматься ею.

– Ирати! – напомнил о себе отец и поднял ей голову, взявшись пальцами за её подбородок.
– Напомню, что ты не должна заниматься некромагией. Иначе мои усилия замаскировать этот тёмный дар могут пропасть втуне.

– Я буду следить за собой, - жалко пролепетала девушка.

Отец вздохнул:

– Я бы предпочёл, чтобы ты дала клятву – никогда не пользоваться этим даром. Но, если ты сама не уверена в себе, как я могу требовать от тебя этого? Ты же понимаешь, что такая клятва слишком сильно может отразиться на твоей судьбе!

Он убрал пальцы с её подбородка и, больше не пытаясь говорить с дочерью, вышел из апартаментов. Ирати неподвижно стояла на месте, глядя на закрытую дверь.

Почему все достоверные возражения и хорошие объяснения появляются только тогда, когда отец покидает её комнаты?

Ведь так легко было бы объяснить, что она использует тёмный дар не для легкомысленного времяпрепровождения, а как последнее средство для умирающего? Ведь она и изучала-то некромагию только как средство исцеления, будучи травницей!

Наконец, она очнулась, понимая, что правитель Итерри просто подавлял её волю своей личностью… Удивляясь, как Гароа может противостоять отцу и жить так, как ему хочется, она вернулась в спальню. Здесь быстро переоделась. Правда, не совсем так, как пожелал правитель Итерри. Она расчесала свои бледно-белые волосы, заново переплетя косы, затем оделась в чистое платье и была даже рада приказу отца, потому что платье, в котором она проводила некромагический ритуал, как чудилось, буквально дышало смертью. Украшения тоже не стала добавлять. Хватит обычных оберегов, благо на них тоже пошли драгоценные камни.

Перед тем как открыть дверь и пойти в гостевые апартаменты, Ирати замерла в нерешительности.

Два вопроса волновали её.

А если Коранн запомнил, кто ему помог?

Нет, он, конечно, был в таком немощном состоянии, что мог решить: ему она привиделась. Но всё может быть… Так что делать ей, если он заговорит о некромагии?

Бежать к отцу и отвлекать его от государственных дел не хотелось.

Ирати решила действовать, исходя из ситуации.

Вторая проблема была тоже из щекотливых.

Никто не видел, кроме Ориса, что она входила в комнату Коранна. Как же теперь объяснить его родным и близким, почему она собирается сидеть при нём?

Недоумевая в душе, Ирати всё же открыла дверь и поспешила выполнять приказ отца.

Сбегая по лестнице, а затем торопясь по коридору между башнями крепости, Ирати сумела улыбнуться. С последней встречи с Коранном в лесу она так мечтала встретиться с ним – хоть ненадолго, хоть нечаянно, хоть снова всего лишь взглянуть на него, а то и переброситься с ним парой слов. Последнее у них так и не получилось. Даже имена друг друга узнали от других.

Мечтал ли Коранн о новой встрече с ней?

У последнего окна переходного коридора Ирати остановилась. И самый главный вопрос снова возник перед ней: а если он узнает, что она обладательница тёмного дара? И… отец не вполне прав. Если только он сам не убрал остаточный след некромагических сил, пронизавших тело Коранна, чтобы унести с собой смерть, притаившуюся в живом пространстве юного эльфа… Если правитель Итерри всё же не позаботился уничтожить следы странного целительства Ирати, будет легко узнать, кто и как избавлял юношу от смертельных ранений… Глядя на окно и не видя его, Ирати и сама не заметила, как в мыслях перешла на то важное, что взволновано её даже больше осознания: ей выпал шанс не только посидеть с Коранном, но и поговорить с ним.

А встревожило её новое недоумение: зачем правителю Итерри надо, чтобы она сидела с Коранном?

Ирати отошла от окна и побрела к башне.

Почему правитель Итерри так настойчиво предложил ей ухаживать за израненным эльфом, которого в городе-крепости никто не знал? Да и сам правитель наверняка видел его впервые? Она не помнила, чтобы ранее отец хоть раз упомянул о той эльфийской семье, об их крепости…

И вздохнула. Ей всего семнадцать лет. А потому пока ещё трудно понимать, что стоит за теми или иными словами и поступками старших.

Будь рядом Астигар или Гароа, они бы сразу объяснили ей подоплёку отцовских слов, как ей казалось.

Но, взявшись за дверную ручку в гостевые апартаменты, Ирати вдруг нахмурилась, а потом слабо улыбнулась: что, если отец таким образом, послав её к раненому, решил занять её – внешне довольно важным делом? Ведь какой он знает свою дочь? Непоседливой, непослушной. Что от неё, как он предполагает, можно ожидать? Ирати может в любой момент снова сбежать в опасный, потому что плохо защищённый, человеческий город, чтобы пополнить ряды тех, кто там сейчас сражается с ордами вампиров. Или, как она сама сказала отцу, может пойти к беглецам – к обычным людям, которые нашли в их крепости пристанище, чтобы помочь им с расселением.

То есть – из двух зол отец для неё, дочери правителя, выбрал меньшее? Пусть лучше за сородичем ухаживает, чем где-то пропадает или общается с какими-то там людьми?.. Она вспомнила слепого воина и его девушку-певичку. Вздохнула.

Решив, что разгадала замысел отца, успокоилась и уже свободно открыла дверь в гостевые апартаменты. К своему облегчению, обнаружила, что входная дверь открыта. А в гостиной нашла Ориса, который толковал о чём-то с девушками, ученицами целителя. На движение он поднял глаза и покивал Ирати, чтобы ты подошла к нему. Девушка, сомневаясь, всё же последовала его приглашению. Правда, Орис ещё некоторое время говорил с ученицами, и Ирати сумела оглядеться.