Чтение онлайн

Хари склонился над лупой, огпарашенно моргая.

– Пожалуй, "пятьдесят три".

– Вы уверены? – Блондинка с сомнением покачала головой. – А если мы ошибемся? Ведь между этими двумя цифрами разрыв в семнадцать временных единиц, а с временем не стоит шутить, – она невольно вздохнула, – даже в абстрактной математике. Подождите, у нас есть установка с боковым светом.

Она вышла и через десять минут, за которые Хари успел десять раз схватиться за сердце, вернулась.

– По-моему, все-таки "тридцать пять". На этом и остановимся. Если временной фактор задан неправильно, пересчитаем. Но это обойдется вдвое дороже, а все убытки – за счет заказчика.

– О господи, сколько угодно! – Хари торопливо достал бумажник. – Сдается мне, что там все-таки "пятьдесят три", но у вас-то глаза помоложе. А когда будет готово?

Это был самый главный вопрос, и женщина ответила так, как Хари и рассчитывал:

– Машина делает вычисления за секунды, но у вас сто восемьдесят пятая очередь. К тому же надо еще расшифровать и отпечатать на бланке. В общем, если доплатите за срочность, приходите завтра во второй половине дня.

Хари затоптался возле нее, не в силах расстаться со своим сокровищем. Насколько он пять минут назад желал, чтобы у него взяли бумагу, настолько теперь страшился уйти без нее. Но блондинка уселась за перфоратор и непреклонно указала ему на дверь. Он двинулся обратно приплясывая. Но вряд ли у него было бы так легко на душе, знай он, что в обязанности перфоратистки вовсе не входит оформление заказов, а профессор Терригари находится сейчас в своем кабинете, за две комнаты отсюда.

Крестон еще два раза объявлял забастовку, пока дотащил тринадцатую партию. Маклин пыхтел рядом и помалкивал. Добравшись до верхней площадки, Крестон рухнул на пол и облегченно закурил. К нему тотчас вернулось хорошее настроение.

В блоке питания стояла нестерпимая жара от нагретых металлических стен, за которыми проходили теплоотводящие трубы. Даже каменный пол не принес Крестону облегчения. Отшвырнув окурок, он вытер мокрое лицо, подошел к обтянутому гуттаперчей люку в стене и двинул в него ногой:

– "Берта", открывай пасть, жратву принесли.

Люк с готовностью откинулся.

– А теперь, – сказал Крестон, когда корзины были опустошены, – я снова ложусь на пол и буду долго и с удовольствием отдыхать.

Маклин не мог не улыбнуться, глядя на него. Невозможно было сердиться на этого бесхитростного, непосредственного парня, лицо которого отражало все его мысли, Маклин прощал ему многое – и нежелание трудиться, и неровности характера, и не всегда тактичные намеки на отношения Маклина и перфоратистки Ли Керри. Молодость, что с нее взять! Вот и сейчас Крестон открыто, совершенно по-детски увиливал от работы. Напрасно осторожный Маклин указывал, что "Берта" голодна и, если она откажется работать, можно нарваться на скандал. Крестон только лениво отмахивался.

Так прошло полчаса. Маклин начал злиться и уже подумывал, не запустить ли в приятеля пустой корзиной, когда поза Крестона чем-то поразила его.

– Тьфу, черт! – расхохотался он. – А я-то ломаю голову… Ты лежишь точь-в-точь как покойный отец нашего шефа и на том же месте.

Крестон взвился, будто его кольнули шилом:

– Неужели это было здесь?

– В том-то и дело. Крисе водил меня сюда и разыграл целое представление в лицах. Честное слово, в нем пропал неплохой актер. Так вот, сначала их было двое, и они носились за Терригари по всему зданию. Он все пытался прорваться в кабинет, чтобы вызвать по телефону полицию, но они загнали его сюда. А потом появился третий… Когда утром отыскали трупы, они были продырявлены, как дуршлаг.

– Как дуршлаг… – машинально повторил Крестон и вдруг, подхватив корзину, ринулся вниз.

Маклин едва поспевал за ним. Но, спрыгнув с последней ступеньки, Крестон выронил корзину и попятился.

Навстречу ковылял тот же безобразный старик. Приятели отступили к стене, выставив корзины, как щиты. Хари осклабился:

– Не откажите, молодые люди, в любезности сообщить имя очаровательной блондинки в розовом пуловере, что сидит в пятой комнате.

– Ее зовут Ли Керри, – поспешно ответил Крестон.

А Маклин, нахмурясь, спросил:

– А затем это вам?

Хари заговорщически подмигнул ему:

– А разве я уже не могу пригласить женщину в приятное местечко, где можно замечательно провести время? Скажем, в "Голубую мечту" сегодня вечером, часиков эдак в восемь.

Посмеиваясь, он двинулся дальше, а озадаченные приятели уставились друг на друга, потом пожали плечами и одновременно плюнули.

Улица привычно готовилась к вечерним развлечениям. Первыми вспыхнули рекламы лотерей. Искатели счастья атаковали электронные машины, выбрасывающие шестизначные числа. Машины учитывали психологию людей, люди старались угадать психологию машин. Угадавший загребал миллион. Иногда в газетах появлялись портреты счастливчиков, и новые сонмы страждущих спешили положить свои медяки у ног ненасытного Молоха удачи.

Одна за другой, как яркие гнилушки, освещающие только самое себя, загорались вывески дансингов и кинотеатров, кабачков с танцами и ресторанов со стриптизом. С пролетающего самолета улица казалась сверкающей змеей, делающей стремительный рывок.

Ли Керри выпрыгнула из вагона монорельсовой воздушки, и эскалатор, мягко шурша, опустил ее на мостовую. Маклин ждал на традиционном месте.

– Салют! – крикнула Ли, поднимая руку, чтобы он разглядел ее в толпе.

При неверном свете реклам она была необычайно хороша в коротком, сильно декольтированном платье нежно-голубого цвета. Светлые прямые волосы небрежно падали на спину и грудь, согласно последней моде. Маклин, высокий, подтянутый, с седеющими висками, походил на преуспевающего бизнесмена.

"Неудачник! – подумала Ли, с внезапным раздражением окидывая взглядом его красивое лицо. – Окончить университет – и работать лаборантом! Беден, но честен. Тоже мне рыцарь Печального Образа!"

Она с облегчением подумала, что эта затянувшаяся и совершенно бесперспективная связь сегодня наконец-то будет прекращена.

– Знаешь что? Пойдем в "Голубую мечту", – неожиданно предложил Маклин.

– Что это тебе захотелось в этот кабак? – удивилась Ли.

– Так. – Маклин рассмеялся: – Сегодня у меня чуть было не появился соперник.