Чтение онлайн

И о многом другом рассказали нам, пока не настал ночной час и мы, чтобы не обременять сотрудников аэропорта своим наличием, отправились вниз. Оказалось, в башне имеется лифт! Им и воспользовались.

Заночевали в аэропорту, расстелив там, на полу, коврики и спальники. Людей было так мало, что в полутёмных огромных залах аэропорта нас никто не беспокоил.

Утром, отправив письма, поднялись наверх, к диспетчерам, уже при помощи лифта. Диспетчера узнали нас и опять сокрушались, что им нечем нас угостить. Утром взлетали многие самолёты, я сфотографировал процессы взлёта их. Проведя около получаса у диспетчеров, мы спустились вниз и направились в город.

Дорога от аэропорта не дальняя; разделившись, мы легко уехали автостопом в город и встретились уже в Ереване, на почтамте.

Влад позвонил Маше в Москву. Она была уже дома, благополучно добравшись при помощи автобуса из Тбилиси. Мы порадовались, что одна четверть из нас уже благополучно завершила путешествие на юг.

Для пользы мировой науки посетили и второй ереванский аэропорт «Эребуни». Самолёты оттуда летали в Минводы, Ставрополь, Ростов, Анапу, Владикавказ, Краснодар, Саратов, Николаев и Красноводск. По Армении в августе 1997 г. не было никаких местных авиарейсов. В Азербайджан, кстати, тоже.

Вечером Олег отправился купаться… на Севан. Мы не поддержали устремления его, размышляя, что при надобности помоемся и в фонтане, как это сделал, например, А.Кротов в солнечном Тбилиси. Договорившись встречаться завтра утром напротив иранского посольства, мы расстались.

Завтра идём за визой! Ура! Любой исход будет нам приятен. Дадут визу — здорово, поедем в Иран. Не дадут визу — здорово, поедем в Москву. Кого как, а меня обрадует завтра любая последовательность событий.

Утром рано, встретив Моренкова (он благополучно искупался на Севане), мы отправились в вожделенное иранское посольство, втайне надеясь уже сегодня вечером пересечь армянско-иранскую границу, но ещё более втайне беспокоясь, что визу нам задержат или не дадут.

И — слава Аллаху! — анкеты наши пропутешествовали в Тегеран благополучно. Теперь мы должны отправиться в центр города и заплатить по пятнадцать долларов на человека в Mellat-bank. Владислав активно торопил нас всех: «скорее, вот автобус, доедем на метро, так, потом обратно, так, давайте не будем тормозить…» и т. д.

Но когда мы заплатили и принесли квитанции об оплате и наши паспорта обратно в посольство, выяснилось, что торопиться Владу и нам было незачем.

— За паспортами завтра, в двенадцать часов, — сказала девушка

в окошке. Мы переглянулись и опять покинули столь уже родное иранское посольство в Ереване.

Мы шли обратно в центральную («нижнюю») часть города и проходили мимо высотной башни-монумента на смотровой площадке, возвышенной над городом на 790 ступеней — где мы провели свою первую ереванскую ночь. Это место, где происходит спуск из верхней в нижнюю половины города, уже читателю известно.

На этот раз кто-то высказал мысль, что сей 50-метровый монумент внутри пуст, и яма у подножия монумента, заваленная гравием, мусором и стёклами, является тайным ходом внутрь. Влад и Олег расчистили яму и полезли внутрь, я остался снаружи караулить рюкзаки. Действительно, яма вела внутрь. Более того: внутри монумента имеется вертикальная железная лестница в 110 ступеней, куда мудрецы и поднялись. Спустя минут пятнадцать они уже кидали мелкие камушки сверху, наблюдая город Ереван, лежащий в 901 ступеньке под ними.

Влад и Олег спустились, одержимые гениальной мыслью переночевать на вершине этого монумента. Мы снизошли в город, обсуждая эту идею, и занялись обжорством.

Когда настал вечер, мы поднялись на смотровую площадку. Подъём на 790 ступенек приводит человека к запыхательству. Немного подождав, мы проникли через узкое отверстие в подножии монумента.

Внутри тёмного склепа были навалены огромные камни и куски бетона.

Наверх вела лестница, которую тускло освещали наши налобные фонарики. Оставив часть вещей внизу, в «склепе», и взяв только предметы, необходимые для сна, мы полезли наверх. Затащить барахло по вертикальной лестнице на вершину монумента оказалось непростым делом, так как оно (барахло) всё время цеплялось за металлические прутья, защищающие залезателей от падения.

Но вот мы наверху. Столица Армении светилась под нами миллионом тусклых огней. Ветер в высотах гулял весьма сильный. Мысленно обругав идиотскую затею ночевать на вершине монумента, я расстелил коврик и спальник и лёг; вскоре моему примеру последовали и сами изобретатели странного ночлега.

Мы проснулись на вершине монумента, на высоте в 900 ступеней — четверть километра! — над основным массивом города, и, недоумевая, что за мудрость занесла нас в сие место, начали лениво собирать вещи.

Памятуя о вчерашних трудностях с поднятием рюкзака на вершину монумента, Олег и Влад решили просто сбросить свои вещи вниз. Бросать их снаружи, на удивление всему человечеству, не хотелось, и мудрецы решили сбросить вещи в тёмную шахту внутри пустотелого монумента, затем слезть и выпихнуть на улицу и вещи и себя.

Не доверяя такому способу, я быстро собрался, нацепил на шею верёвку, к которой был привязан пакет с вещами и спустился вниз. Внизу было темно. Оказалось, вчера Влад заложил отверстие, ведущее на свободу, большими камнями. Вспоминая Влада, я освободил выход (в шахте сразу посветлело) и выбрался к подножию монумента.

Спустя несколько минут подножие монумента сотряслось от грохота. Ба-бах! Бум-ба-бах! Это Олег и Влад спускали свои вещи научным способом.

Затем спустились и сами мудрецы. Для себя они избрали способ менее шумный, зато более медленный. Вытолкнув свои рюкзаки, они выбрались и сами, и мы, обсуждая способы поднятия и спуска вещей на большую высоту, отправились в иранское посольство.