Чтение онлайн

Умник. Конечно, конечно. Кто-то тут явно издевается над членом. Вопрос только — кто и над чьим?

Хитрец. (нерешительно) Я вот что думаю… может, возможно как-нибудь заделать входное отверстие?

Амбал. Это еще зачем?

Хитрец. (продолжая поглаживать Рачо-нивчо) Единственно — чтобы воспрепятствовать беззастенчивой эксплуатации равноправного члена общества, ни в чем не уступающего прочим членам! (нежно) Не правда ли, дорогая? (Рачо-нивчо благодарно всхлипывает)

Умник. (саркастически) Ага. А заодно — чтобы новые конкуренты не набежали… не так ли, ушленький ты наш?

Хитрец. (с вызовом) А хоть бы и так! Только не говорите мне, что вы об этом не думаете, благородненький вы наш… Умник нашелся, тоже мне! Это ж ясно — чем больше сперматозоидов, тем меньше шансов у каждого из нас!

Умник. (передразнивает) «у каждого из нас»… ой-ой-ой… Какая трогательная забота о ближнем! Скажи лучше — о своей шкуре печешься. Честнее будет.

Хитрец. (злобно) А ты будто не печешься? Интеллигент паршивый… Уу-у… Так бы и вмазал!

Какое-то время они стоят друг против друга. Наконец Умник уступает.

Умник. (пожимая плечами) Да ну тебя… с дураками связываться… (отходит в сторону)

Хитрец. (торжествующе) То-то же! Знай свое место, сука…

Рачо-нивчо. (вздрагивает) Что? Как вы сказали?

Хитрец. (успокаивающе) Не боись, родная, не боись. Это я не тебе. Мы их, эксплуататоров, на чистую воду-то выведем! Тварь. В чем душа держится, а туда же…

Амбал. (неуверенно) Ты это… не очень-то. Ты чего это так раздухарился?

Хитрец. А тебя разве кто спрашивает? Я что — с тобой разговаривал? Тебя не трогают — ты и не лезь!

Амбал. Чего? (угрожающе расправляет плечи)

Хитрец. (резко сбавляя тон) Ээ-э… и в самом деле, чего это я так разволновался? Чего нам ссориться-то? Давайте, лучше вместе подумаем — как бы дырку заткнуть. Где тут был этот сперматозоид недоброшенный? (Мечтателю) Эй, ты, малахольный!

Верняк. Простите? Это вы мне?

Хитрец. Тебе, тебе. Ты что, видишь здесь еще кого-нибудь малахольного? Поди сюда.

Верняк подходит поближе. Хитрец придирчиво оглядывает его со всех сторон.

Хитрец. Н-да… Экземплярчик, конечно еще тот… паршивенький, надо сказать, экземплярчик. Ни кожи, ни рожи, и хвостик с кулачок… Такой долго не протянет, можно не беспокоиться… Ты вот что… скажи-ка: много вас таких сюда забросило?

Верняк. (улыбаясь) В каком смысле?

Хитрец. В прямом! Сколько вас выбрызнуло? Ну… в самом начале… большой компанией летели?

Верняк. Да я бы не сказал… Почти никого и не было — я да еще пара-тройка ребят. Потом они все куда-то подевались, ну а я и пошел себе. А потом к вам пришел. Вот и все. А что такое?

Хитрец. А вот вопросы тут задаю я, понял? Ты тут пока что никто и звать никак — салага, свежий помет. Так что помалкивай, когда старшие товарищи с тобой разговаривают.

Верняк. Конечно, конечно… спрашивайте… я не против.

Хитрец. Ладно… что с тебя спросишь, с малахольного… (после паузы) Как бы вход-то заткнуть?

Амбал. Да как же ты его заткнешь, чудак-человек? Там ведь размеры… ого-го! И холод, и лес непролазный… Остынь, дурило. Да и зачем тебе? Думаешь, новые набегут? Это навряд ли. По всему видно — этот раз был последний. Слышали, как он дышал, бедняга (имитирует) — пых… пых… пых… Не, больше не сдюжит…

Дебил уже какое-то время кружит вокруг длинноволосого Умника.

Умник. (Дебилу) Да отстань ты от меня — вот привязался! Что за день такой? Что вы все на меня наседаете?

Дебил. Ты… эта… да? (протягивает руку и начинает щупать волосы Умника)

Умник. (отталкивает его) Что — «эта»? Что — «да»? Слушайте, кто-нибудь, уберите от меня это чудо эволюции! Эй, Рачо-нивчо… где она?.. ты там чего-то про питекантропа плела; вот, глянь-ка, прочувствуй разницу.

Рачо-нивчо. (запальчиво) Я, между прочим, не плела, а говорила. И говорила не просто о питекантропе, а о шовиниствующем питекантропе, то есть, о вас, уважаемый. Вы — вы и ваш здоровенный приятель — враги прогресса и гуманизма. А этот немногословный гражданин — никакой не питекантроп; он, так же, как и я — равноправный член общества…

Умник. (подхватывает)…ни в чем не уступающий прочим членам. Слыхали. Вот и займись своим собратом по разуму. Чего он на меня-то, на питекантропа, вешается?

Рачо-нивчо подходит к Дебилу и ласково берет его за руку.

Рачо-нивчо. Ээ-э… Извините… не могу ли я вам чем-нибудь помочь?

Дебил. Ты… эта… О! О!

Дебил оставляет в покое Умника и принимается внимательно осматривать Рачо-нивчо. Проводит рукой по ее волосам, затем вдруг начинает обнюхивать, опускаясь все ниже, встает на четвереньки, доходит до ступней; затем уже более целеустремленно возвращается на уровень паха и, наконец, урча, и издавая невнятные восклицания, утыкается туда всем лицом. Рачо-нивчо сначала покровительственно оглаживает его по спине, затем реагирует со все возрастающей неловкостью, отвращением, испугом.