Чтение онлайн

Частично примененный при работе материал — палапонт — является искусственным материалом фирмы Кульцер, который тогда был в первой стадии разработки.

Мне также предъявили схему, якобы сделанную д-ром Блашке. Я скажу, что д-р Блашке мог ошибиться по поводу мостика с оконными коронками и что этот мостик находился не на верхней, а на нижней челюсти. Однозначно я могу лишь повторить, что работы были сделаны у д-ра Блашке и произведены мною.

Свидетельница Катарина Хойзерман заявила 19.3.1973 года:

«С апреля 1936 года до 1.5.1945 я была первой ассистенткой проф. д-ра Блашке. Я была его медицинско-технической ассистенткой. Я помогала ему при лечении знаменитостей, в том числе и Мартина Бормана. О нем и о других приближенных Гитлера не осталось медицинских документов.

Насколько я могу вспомнить, у обвиняемого не было съемного протеза. Большего я не помню. Мне предъявили нижнюю челюсть неповрежденного черепа. Мостик от 2-го до 5-го нижней челюсти представляет собой работу, сделанную у д-ра Блашке. Обе оконные коронки — типичные работы проф. Блашке. Другой мостик (внизу, от 5 до 7) нетипичен для Блашке. Мне затем показали верхнюю челюсть того же черепа. Золотая коронка на зубе мудрости также работы Блашке. Она очень элегантна.

Я не помню мостик на верхней челюсти. Если это также оконная коронка, то она может быть от Блашке.

Мне показали зубную схему, по памяти изготовленную д-ром Блашке. Блашке забыл изобразить вышеописанную элегантную золотую коронку. Затем он забыл мостик на нижней челюсти. Нет и мостика, указанного д-ром Мачке. Эти зубы, подверженные парадонтозу, уже при жизни шатались. Технические работы на челюсти были сделаны у д-ра Блашке. Я безусловно ассистировала при этих работах. Но я не могу поклясться, что имелся в виду Мартин Борман. Это могло быть».

Дополнительно найденный 12.3.1973 мостик показали дантисту Эхтману. Он заявил 22.3.1973:

«Показанный мне мостик — работа из лаборатории д-ра Блашке. Я скажу, что я работал над ним. Это была одна из первых моих работ у Блашке.

Это 20-каратное золото. Отсутствующий резец был возмещен промежуточным зубом из понтопина. Зубы 1 и 2 — это излюбленные у д-ра Блашке оконные коронки. Если судить по зубам с коронками, это были зубы, пораженные парадонтозом.

Стоит лишь положить мостик на схему — и они в точности совпадают».

Старший медсоветник д-р Ридель из берлинской поликлиники, который в свое время работал вместе с д-ром Мачке по идентификации черепов, заявил 13.3.1973:

«Найденный мостик следует расценивать как не хватающее звено для черепа Бормана. Если найденная часть подойдет в альвеолы 2 и 1, то цепь замкнется».

Зубной врач д-р Мюн из больницы бундесвера в Мюнхене, которого просили высказаться — подходит ли мостик к черепу № 2, дал 31.3.1973 следующее заключение:

«Предъявленный мостик по своим размерам соответствует черепу. Размеры корней зубов соответствуют альвеолам черепа. Установлено, что форма и размеры альвеолы 12 подходят к признакам корней зуба 12 из предъявленного мостика.

На основании вышеуказанных совпадений можно считать предъявленный мостик принадлежащим черепу М. Бормана».

31.3.1973 руководитель Земельного института судебной и социальной медицины д-р Шпенглер произвел судебно-медицинскую экспертизу идентификации скелетов (прилож. 17): а) по антропологическому расчету по средним величинам костей обоих скелетов, имеющим различный размер, для скелета № 1 определяется 190–194 см роста, 57–59 объем головы. Череп типично «длинный». Эти расчеты совпадают с данными медицинского свидетельства (прилож. 14) д-ра Людвига Штумпфеггера.

Для скелета № 2 на основе такого же исследования получен рост 168–171 см, объем головы 55–57 см. Череп определен как «круглый». Рост соответствует данным анкеты СС 170 см. Объем головы в этой анкете не указан. Он совпадает с наличными фотографиями обвиняемого (см. прил. 18 и 19); б) согласно рентгенологическому исследованию д-ра Шельдгена, заметны изменения в кости левой руки скелета № 1 (прил. 20 и 21), что по всей вероятности связано со старым переломом. Таким образом, они совпадают с переломом, описанным д-ром Штумпфеггером. У скелета № 2 макроскопически и на основе рентгенологического исследования д-ра Шельдгена (приложение 20 и 22) определены следы излечения перелома правой ключицы в средней ее части. Тем самым подтверждаются данные обоих сыновей обвиняемого; в) так как на лбу обвиняемого над левой бровью по различным фото заметна бородавка, было произведено соответствующее исследование черепа № 2. Заметного костного повреждения не установлено. Тем самым не исключается возникшее в результате несчастного случая кровоточащее повреждение кожи; г) при фотомонтаже обоих черепов с фотографиями в профиль обвиняемого и д-ра Людвига Штумпфеггера возникает полное совпадение форм черепа и лица (прил. 23 и 24).

Эксперт на основе исследований по пунктам а, б, в, но без учета исследований челюсти и прочего, пришел к выводу, что скелет № 1 с большой степенью вероятности принадлежит д-ру Людвигу Штумпфеггеру.

По поводу скелета № 2 эксперт пришел к выводу, что череп и сам скелет с большой степенью вероятности принадлежит обвиняемому. В случае, если определенные антропометрическим методом размеры скелета № 2 совпадут с ростом, объемом головы и ее формой, а протезные технические работы на этом черепе можно будет версифицировать с точки зрения зубного врача, то «идентичность черепа № 2 и скелета № 2 («меньшего») с личностью Мартина Бормана можно будет считать установленной со степенью вероятности, граничащей с уверенностью». Эти предпосылки — за исключением объема головы — налицо. Кроме того, имеются данные, приведенные в пункте IV (1–4) и V.

Обнаруженные в обеих челюстях — что ожидалось согласно показаниям Оберхубера (см. пункт IV, 4) — стеклянные осколки были исследованы в отделе КД=С полицей-президента Берлина. Исследование показало, что осколки по размеру и толщине представляют собой осколки ампулы. Цианистый калий не был обнаружен, так как он разлагается на воздухе и легко растворим. Не удалось найти сравнительный материал. Единственная ампула из искусственного материала, которую удалось найти у частного лица в Берлине, являлась продуктом частного производства. Однако дальнейшие поиски оказались ненужными. Было получено такое свидетельство химика д-ра Альберта Видмана, бывшего сотрудника криминально-техническо-го института:

«По указанию нашего начальника Небе были разработаны и изготовлены «самоуничтожители». В 1943 — 44 гг. они были затребованы в количестве 950 штук в имперскую канцелярию для раздачи высшим чинам рейха. Заполнение ампул контролировал криминаль-секретарь Закс. Они были отправлены в имперскую канцелярию».

«Наш начальник Небе дал нам задание разработать абсолютно надежное средство для самоуничтожения. Таблетки с цианистым калием были с врачебной стороны отвергнуты, так как при малокислотном желудке и у диабетиков они не действуют. Поэтому мы должны были избрать другие методы. В качестве действующего средства была избрана синильная кислота, стабилизирующим средством избрали 2-процентную оксальную кислоту. Поэтому наполнитель и сегодня считается безупречным. Объем наполнителя — один кубик. Смертельная доза при вдыхании, насколько я помню, составляет 8 мг. Синильная кислота добывается из технического цианида натрия. Эту работу выполнял заключенный д-р Крамер, который был профессиональным химиком. Изготовление синильной кислоты и наполнение ампул происходило в небольшом бараке в лагере Заксенхаузен. Наблюдение вели г-н Закс и гауптштурмфюрер Герхард Майер. Несчастных случаев не было. Всего было изготовлено 3000–4000 ампул. Форма и величина ампул подходила к размеру сохранной оболочки. Диаметр 9 мм, длина в заплавленном виде — 35 мм. Снизу ампулы были плоскими. Заплавленный конец для усиления опускали в синюю краску. Ампулы, проверенные вакуумом на прочность, дополнительно отмечались красной точкой.