Чтение онлайн

Смеялись все.

Кто знает, что было бы, прознай Архимаг истинную причину неистового веселья, охватившего Зикера и компанию? Кто знает, что было бы, узнай он правду о джанхарском пророчестве? Может, кто-то и знает, ко не я. Потому что Архимаг так и не получил этих сведений. Он был сильно занят, спасая свою армию. Ему тогда не до стихов было. Все, о чем он мог думать, – армия. И Черная Стража. И Чаша, конечно. Чаша. Чаша Тьмы. Добыть бы ее! Добраться бы! И тогда они все у него… все!

– Бедняга Йоштре, мучается небось, переживает. Такая заваруха, и все из-за него, – задумчиво проговорил Зикер.

– И почему это из-за него? В конце концов, каждый имеет право писать плохие стихи. Вот если бы ваши дурацкие маги-разведчики по чужим сейфам не лазили, ничего бы и не случилось, – возразил Линард.

– Позволь напомнить, что это не мои дурацкие маги-разведчики. Мои все при мне, в Ордене Беглых Магов. А это дурацкие разведчики дурацкого господина Архимага. И вообще, разведка на то и существует, чтобы лазить по чужим сейфам и таскать оттуда всякую фигню, которая при ближайшем рассмотрении оказывается вот именно что фигней, а вовсе не тем, чем надо и на что надеялись.

– Получается, никто как бы и не виноват? – прищурился Линард.

– Ну почему же? – усмехнулся Зикер. – Виноваты всякие древние пророки.

– Ну ты и загнул! – удивился Линард. – Это еще почему?

– А потому что поэты они хреновые, – ответил Зикер. – Совсем как каш уважаемый Йоштре. Может, даже и похуже. Их пресловутые пророчества изложены такими дубовыми, корявыми и занозистыми виршами, что принять убогое творение Великого Магистра Туйена за очередное из них – проще простого!

– Однако, – покачал головой Линард. – В этом что-то есть. Хотя… если кто-то ищет повод для войны, он его завсегда найдет.

– Уж это точно, – согласно кивнул Зикер.

– Не нравится мне все это, Мур, – негромко заметил Курт.

– Что именно? – поинтересовался посох.

– Все, – ответил Курт. – Маги эти… раньше я их постоянно чувствовал. Вот как ты сказал, что они есть, я насторожился и понял – да вот же они! Как крохотные точки где-то далеко, а некоторые – ближе. Как крупа в кипящем супе. Туда-сюда… туда-сюда… рыщут, шарят!

Курт замолчал.

– Ну и? – поторопил его посох.

– Не чувствую я их больше, – ответил Курт. – Вдвое настороже, а не чувствую. И не потому что их нет. Я знаю, что есть. Просто учуять больше не могу. А еще… зря я, наверное, сел милостыню просить. Мне никогда еще столько не подавали. Так вообще не бывает. Даже в таких богатых да щедрых местах. Ты заметил, что я деньги в канаву сыпанул?

– Заметил, – ответил посох. – Меня это позабавило. До сих пор мне казалось, что ты несколько иначе к ним откосишься.

– Да на них лавку открыть можно! – воскликнул Курт.

– Тише, – урезонил его посох. – Да, пожалуй, ты прав. Все это не может не настораживать. Кстати, а зачем ты их выбросил?

– Чтоб легенду не развалить, – вздохнул Курт. – У кого столько денег, тот уже не нищий, а предприниматель. С такими деньгами много чего предпринять можно.

– Вот! – усмехнулся посох. – Вот тебе и ответ на все твои вопли, мол, не хочу в разведке работать и жизнью рисковать. У тебя только что был шанс – да еще какой! – разбогатеть и наплевать на все остальное. В том числе на разведку. Но ты не стал этого делать. Ты выбросил в канаву то, чего тебе всю жизнь так недоставало, и продолжаешь идти на смертельно опасное задание. Вот и ответ на вопрос: чего же тебе больше всего хочется.

– Я даже и не подумал о такой возможности! – потрясенно прошептал Курт.

– Меня это не удивляет, – сказал посох. – А все потому, что ты такой же авантюрист и раздолбай, как я! Как все мы.

– Наверное, – пожал плечами Курт. – Я не собираюсь возвращаться к той канаве за деньгами. Даже сейчас, когда ты сообщил мне о такой возможности, – не собираюсь. Потому как, если подумать, – ну на фига мне лавка?.. Однако что дальше делать будем? – помолчав, добавил он.

– Думаешь, нас обнаружили? – спросил Мур.

– Уверен в этом, – кивнул Курт. – Зря Йоштре на нас понадеялся. До обоза этого еще топать и топать, а мы уже влипли.

– Прорвемся, – утешил его Мур. – Заодно научишься пользоваться боевым джанхарским посохом, то есть мной. Я сейчас быстренько обучу тебя простейшим боевым приемам.

– Раньше у меня не слишком выходило, – напомнил Курт.

– Так то – раньше! – усмехнулся посох. – У тебя тогда Вэйэрн Лаанрона еще не было. И сам ты был болван болваном. А сейчас ты уже не болван, а всего лишь полудурок. Так что я тебя вмиг обучу. Полудурки – обучаемый народ.

– Всему-всему обучишь? – ехидно поинтересовался Курт.

– Да нет, только самому простому, – в тон ему ответил посох. – Тому, что даже сопливые младенцы знают. Все равно в сочетании с твоей Силой этого хватит. Не может не хватить. Нас ведь тоже не самые могущественные ребята ловят. Они еще не знают, с кем связались, бедняги. Впрочем, старайся умеренно использовать тот кошмар, который служит тебе Силой, – помолчав, добавил он. – Нам вовсе не нужно оповестить всех без исключения магов о том, что мы здесь. Нам нужно всего лишь отбиться от тех, кто нас обнаружил.

– Ну так учи, пока не поздно, – сказал Курт. – А то мне что-то совсем спокойно стало. Хорошо даже. Вроде я крепкого вина хлебнул и сижу не на трухлявом пне в лесу, а на мягком удобном диване, и на коленях у меня хорошенькая…

– Стоп! – воскликнул Мур. – Эк тебя понесло! Будет тебе хорошенькая, но не прямо сейчас. Ты сперва в живых останься. А пока слушай и запоминай. Начнем с техники безопасности…

Как не убить себя при помощи боевого джанхарского посоха, Курт понял быстро. С остальным пришлось попыхтеть.

– Если б не Лаанрон, у тебя бы и вовсе ничего не вышло, – устало сообщил ему посох, когда урок подошел к концу. – Уж больно ты тупой.

– Кто бы говорил, – огрызнулся Курт.

А потом с благодарностью посмотрел на волшебное кольцо у себя на пальце. Вэйэрн Лаанрон. Да, не зря он тогда все же с колдуном сражался. Не будь этого кольца, у них с Муром не прошли бы приступы, а значит, он не смог бы оставить посох себе, и Йоштре не предложил бы ему работу, и сейчас он не сумел бы ничего освоить, а так… Мур говорит, что этого маловато, но лучше что-то, чем совсем ничего.