Чаша терпения
Шрифт:
СЛЕДОВАТЕЛЬ: На базе это первый случай утечки газа?
НЬЮХАУЗ: Да. Если не считать инцидента с лейтенантом Уорнером. Семь лет назад он тоже пострадал от взрыва, правда, слабенького. И тоже был отправлен на родину. Он вылечился, получил пенсию, но в прошлом году вроде бы покончил с собою.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Известна ли вам причина самоубийства лейтенанта Уорнера?
НЬЮХАУЗ: Лишь приблизительно. Ходили слухи, что у него дважды рождались уроды. Не то двух-, не то трехголовые.
КАЛАВАТТИ: Будьте вы дважды и трижды прокляты, уроды заокеанские! И ты - вместе со своей "медузой"!
НЬЮХАУЗ: Проклинать надо тех, кто газ изобрел.
Хотя лично у меня особое мнение: двухголовые люди, лягушки или голуби все же предпочтительней, чем адова пустыня после водородного взрыва.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Куда нацелены ракеты?
НЬЮХАУЗ: Откуда мне знать? Не моя забота, кто куда нацелен. Хоть на Африку, хоть на Луну. Главное, чтобы все здесь уяснили: насчет эпидемии руки мои чисты. Как и совесть. А за обугленные деревья, если надо, отвечу.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Согласны ли вы в дальнейшем привести более подробные свидетельства истинных причин эпидемии?
НЬЮХАУЗ: Согласен. Но при условии, что не конфискуете мою "медузу". Она теперь моя личная собственность, судя по отвратительному посланию генерала.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Суд учтет ваше раскаяние, хотя ваше более чем странное условие не делает вам чести.
11. Жернова Галактики
Ни единой живой души не обогнал я по дороге в Чивиту. Грузовики, роскошные лимузины, расписанные цветами телеги с мулами, нехотя перебиравшими ногами, - все двигалось только навстречу. И в палермском порту, когда я выезжал, уже причаливала добрая дюжина пароходов из Неаполя, битком набитых любопытствующими, показывающими друг другу в небо, где тарахтел биплан, влекущий за собой полотнище с изображением "медузы", крест-накрест зачеркнутой красными линиями и с такими же красными буквами:
ЯНКИ - КАТИТЕСЬ ВОН!
Я размышлял о событиях последних дней, об Антонелле, о Марио, о мертвом Винченцо, которого я так и не увидел и который представлялся мне отчего-то похожим на Гарибальди с портрета в кабинете шефа полиции. Я думал о судьбе лживого свидетельства козлоногого сатира Иллуминато Кеведо, как ни странно, сыгравшего решающую роль в показаниях лейтенанта Эммета Ньюхауза. Выходит, фальшивка, сфабрикованная во зло, помогла разоблачению зла? Что за мудреный механизм саморазрушения неизбежно тянет зло к гибели? Сколько раз случалось в мировой истории: красота, справедливость втоптаны в грязь, поруганы, оболганы; но неукоснительно наступает миг, когда росток добра разрывает мрачную скалу, казавшуюся монолитом. Когда (как в стихах великого поэта) вдруг:
...повеет ветер странный -
И прольется в небе страшный свет,
Это Млечный Путь взошел нежданно
Садом ослепительных планет.
За немногие эти дни я не раз вспоминал прежнюю мою жизнь, где на плавных благополучных берегах еще не вырисовывались мрачные контуры Сигоны. Эх, сколько я проглядел, упустил, сколько всего не успел!..
Не успел сказать нужных слов отцу. Несколько свысока относился к Мурату, потому что завидовал: да, завидовал, пытаясь скрыть эту зависть от самого себя.
Не уберег Снежнолицую в хрустальной ладье. Потешался над причудами деда, когда, возвращаясь под утро домой, замечал его седую бороду над крышей дома: дед ждал восхода солнца, чтобы первым встретить Огненный Щит древним песнопеньем о Царе-Огне, Воде-Царице, Матери Сырой Земле... И отец, и Мурат, и дед могли не знать о пророчестве спасения мира красотой.
Но чтобы спасти его - нужны их руки. И, надеюсь, мои. Иначе из непредставимо разъединенных с нами миров не пал бы именно на меня тонкий живоносный луч...
И когда обозначились в дальней дали зубцы крепостной стены, я обратился к Снежнолицей:
– ЗОНА, ВСЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА НАЛИЦО. Я ЖДУ ВОЗМЕЗДЬЯ. Я. АНТОНЕЛЛА И МАРИО. СИГОНА.
– И СИЦИЛИЯ, И ЗЕМЛЯ, И СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. И ГАЛАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ ОХРАНЫ КРАСОТЫ. НО - КАКОГО ВОЗМЕЗДЬЯ ИЗ МНОГИХ ЕГО ЗНАЧЕНИЙ: ВОЗДАЯНЬЕ, НАГРАДА И КАРА, ПЛАТА ПО ЗАСЛУГАМ, ВОЗНАГРАЖДЕНЬЕ, ОТДАЧА, ВОЗВРАТ? НО ВОЗМЕЗДЬЯ КОМУ?
– ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ? НАГРАДА? ТЫ СМЕЕШЬСЯ, ЭОНА! ПУСТЬ ПОДЫМЕТСЯ ВАЛ ИЗ МОРЯ - ВЫШЕ ПОЮЩЕЙ, ПУСТЬ ПОГЛОТИТ ПРОКЛЯТУЮ БАЗУ СО ВСЕМ ЕЕ СМРАДНЫМ НУТРОМ!
– И ОТХЛЫНЕТ? И ЗАЛЬЕТ КРИТ, САРДИНИЮ, КОРСИКУ, КИПР? И ТРИЕСТ, И НЕАПОЛЬ, И АФИНЫ, И РИЕКУ? ТЕЛЬ-АВИВ, МАРСЕЛЬ И БЕЙРУТ? ЗАЧЕМ ТЫ ПЫТАЕШЬСЯ ВЫЗВАТЬ МОЩНЫЕ СИЛЫ, НЕ УМЕЯ ИМИ УПРАВЛЯТЬ?
– ПУСТЬ НЕ ВАЛ, ТЫ ПРАВА: ОН СМЕТЕТ БЕРЕГА СРЕДИЗЕМНОГО МОРЯ. ПУСТЬ ВЗОРВЕТСЯ ВУЛКАН ПОД ПОЮЩЕЙ, ОН МОЛЧИТ СВЫШЕ ТЫСЯЧИ ЛЕТ. ПУСТЬ ЛАВА ХЛЫНЕТ ВНИЗ И ЗАЛЬЕТ ВСЕХ УРОДЦЕВ В СИГОНЕ! ОЧИЩЕНЬЕ ОГНЕМ!
– А ЕСЛИ НЕ ТОЛЬКО СИГОНУ ПОГЛОТИТ ОГОНЬ И ПЕПЕЛ? СИЦИЛИЮ, АПЕННИНСКИЙ ПОЛУОСТРОВ, ЕВРОПУ... ЧТО ТЫ ЗНАЕШЬ ПРО КРАКАТАУ?
– ЭТО ВУЛКАН ГДЕ-ТО В ТИХОМ ОКЕАНЕ...
– МЕЖДУ СУМАТРОЙ И ЯВОЙ. В 1883 ГОДУ ПЕПЕЛ ОТ ЕГО ИЗВЕРЖЕНИЯ ПОКРЫЛ ПЛОЩАДЬ В ПОЛ-ЕВРОПЫ. НЕСКОЛЬКО ЛЕТ ПЕПЕЛ НОСИЛО ВЕТРАМИ ОТ ЭКВАТОРА ДО ПОЛЮСОВ.
ПОГИБЛИ ДЕСЯТКИ ТЫСЯЧ ЛЮДЕЙ, ВСЕ ЖИВОЕ БЛИЗ ЗАЛИВА ЛАМПОНГ И В ЗОНДСКОМ ПРОЛИВЕ. ДОПУСКАЕШЬ, ЧТО УСНУВШИЙ ВУЛКАН ПОД ПОЮЩЕЙ МОЩНЕЙ КРАКАТАУ? НАПРИМЕР, В СТО РАЗ? В ТЫСЯЧУ?..
– ДОПУСКАЮ, ЭОНА. ХОТЯ... МНЕ НАДО СРОЧНО ТЕБЯ УВИДЕТЬ. ЧЕРЕЗ ЧАС Я БУДУ У НАШЕЙ КОЛЮЧЕЙ СТЕНЫ.
– ТАМ МЕНЯ УЖЕ НЕТ. ПРОДОЛЖАЮ СБОР ДОКАЗАТЕЛЬСТВ В ДРУГОМ МЕСТЕ.
– А ГДЕ ЖЕ ТЫ?
– НА ОСТРОВЕ ГРЮНАРД, РЯДОМ С ПОБЕРЕЖЬЕМ ШОТЛАНДИИ.
– А ЧТО ТАМ ТАКОЕ?
– ТОЖЕ ОБНЕСЕН КОЛЮЧЕЙ ПРОВОЛОКОЙ. БЫВШИЙ ПОЛИГОН ДЛЯ ИСПЫТАНИЙ БИОЛОГИЧЕСКОГО ОРУЖИЯ. ЗДЕСЬ ЗАРАЖАЛИ ЖИВОТНЫХ СИБИРСКОЙ ЯЗВОЙ. ТРУПЫ ЗАКАПЫВАЛИ В ЗЕМЛЮ. ЗНАЕШЬ, СКОЛЬКО ЭТА ЗАРАЗА МОЖЕТ ДРЕМАТЬ В ЗЕМЛЕ? ТЫСЯЧУ ЛЕТ. УРОВЕНЬ ЗАРАЖЕНИЯ - ДЕСЯТЬ МИКРООРГАНИЗМОВ НА ГРАММ ЗЕМЛИ!
– ЭОНА, Я НАЙДУ ТЕБЯ И НА ГРЮНАРДЕ!
– НЕ УСПЕЕШЬ. ДА И ВЪЕЗД СЮДА ЗАПРЕЩЕН. СКОРО Я БУДУ НА ОСТРОВЕ ГЕЛЬГОЛАНД, В СЕВЕРНОМ МОРЕ.