Час печали
Шрифт:
По дороге в больницу Хесс вспоминал развесистые дубы рядом с шоссе Ортега, "шелби-кобру" из автомастерской, кабинет Алана Боба, гараж Матамороса Колеску. Виделись ему и волнующие черные волны океана, но Тим попытался изгнать этот образ из своего сознания и думать только о работе.
Во время облучения Хесса неожиданно бросило в горячий пот. Покрыв все тело тонкой пленкой, он, казалось, разъедал его. Хесс чувствовал себя так, словно кожу обожгли. Доктор пояснил Тиму, что "повышенное потоотделение – один из побочных эффектов лечения", и улыбнулся, как неразумному ребенку.
Хесс застегнул рубашку на все еще влажной груди и вышел в приемную.
– Я за тобой шпионила! – Из-за журнала появилась голова Мерси.
– Мне оставили четыре фургона для самостоятельной проверки.
– Знаю, ты угоняешь их из соседних штатов. Я решила, что в этом нелегком деле тебе понадобится помощник. К тому же на работе меня поджидали надоедливые репортеры, и я сбежала от них. Я поведу машину.
– Тогда пошли.
– Ух ты, какой румяный!
– Очень смешно.
– Хесс, нет, я... правда... ты выглядишь... черт. Забудь! Вечно я ляпну что-то не то.
Мерси смущенно посмотрела на напарника, и он улыбнулся. С трудом подавляя неловкость, она слегка приобняла Тима, словно говоря: "Ну извини. Я не умею выражать свои чувства, но буду стараться".
– Знаешь, врачи утверждают: чем больше смеешься, тем дольше живешь! – сказала Мерси.
Тим молча смотрел на нее.
– Ладно, сдаюсь. Мне паршиво. Помоги справиться с тоской! – Мерси вздохнула.
– А ты – мне!
– По рукам! Так где там первый фургон?
Хесс был благодарен Мерси за то, что она уменьшила громкость рации. Трубка разрывалась от сообщений о выходках пьяных граждан, о нарушении общественного порядка и угоне автомобилей. Теперь Тим наслаждался вечерней тишиной. Солнце садилось на западе, озаряя землю розоватым светом.
Напарники осмотрели два фургона за час. Первый находился в Вайджо, а второй в Сан-Клементе. Регистрационные бумаги владельцев были в полном порядке, а все шины одинаковыми и уже не новыми. Хесс решил, что если Похититель Сумочек заметил свое упущение, то наверняка сменил протекторы.
Верна Джексона, владельца третьего фургона, дома не было. Зато автомобиль Верна стоял неподалеку, и Мерси, внимательно оглядев его, вернулась к Хессу и покачала головой.
Последний, ярко-красный, был зарегистрирован на имя Брайана Кастора из Анахейма. Мерси и Хесс нашли его во дворе и начали проверку. Им навстречу вышел удивленный владелец, крупный мужчина с длинными светлыми волосами и в облегающей спортивной майке.
– В чем дело? – недовольно осведомился он.
– Мы осматриваем некоторые машины.
– Почему именно мой фургон?
– Так надо.
– Ну, давайте, раз надо.
Но Мерси продолжала свое дело и без его разрешения. Она уже выяснила все, что хотела, и снова разочарованно качала головой.
– Нужно проверить салон, – сказала она.
– Валяйте! – ответил Кастор. – Дверь не заперта.
Хесс наблюдал за ним, пока Мерси открывала дверцу. Минуту спустя она громко хлопнула ею и взглянула на напарника:
– И тут ничего!
Тим поблагодарил Кастора и извинился перед ним.
– Всегда пожалуйста! Счастливо, милашка!
– Договоришься, придурок! – резко бросила Мерси, направляясь к полицейскому автомобилю.
Кастор подмигнул Хессу:
– А она у вас с перчинкой!
Вскоре Хесс услышал слова, которых боялся с двадцати двух лет – именно в этом возрасте он начал работать в полиции. Сейчас, по прошествии десятилетий, этот страх усилился.
– Внимание! Внимание! 18.12, Оранжвуд, Эль-Модерна. Полицейский ранен. Подозреваемый тоже. Серьезная ситуация! Срочно нужна медицинская помощь!
Хесса словно ударило током. Они с Мерси находились в полумиле от места происшествия, и он указал напарнице кратчайший путь.
32
Мерси обогнала внушительного вида грузовик, повернула направо, затем снова направо, а потом налево, в сторону Оранжвуда. На большой скорости машину постоянно заносило, и у Хесса началось головокружение. На тротуаре пустовала полицейская машина. Рядом стоял серебристый фургон. "Спасибо, Господи! Мы поймали его!" У Хесса екнуло сердце. Мерси остановила автомобиль, и Тим резво выскочил из него с пистолетом наготове.
Первым, что он увидел, было бездыханное тело копа, лежащее на асфальте рядом с гаражом и серебристым фургоном. А у самого входа в гараж распростерся крупный мужчина без майки. Над ним склонилась плачущая женщина. Невдалеке валялось ружье. Хесс поднял его и унес подальше от убивающейся женщины, способной от горя нажать на курок.
Мерси говорила по рации. Тим посмотрел на мужчину с голым торсом: на вид раненому было не меньше пятидесяти. Обе руки чернели татуировками, одна из которых выдавала в нем участника одной местной банды. На груди зияло два пулевых отверстия. Хесс попытался прощупать пульс на шее, но женщина, охраняющая неподвижное тело, едва не вцепилась ногтями ему в лицо. Тим ловко схватил ее, повалил на землю и надел наручники. Затем отвел в машину Мерси и запер.
На дороге Хесс остановился. Он посмотрел на раненого полицейского и увидел то, чего желал меньше всего: изрешеченные грудь и живот, лужу крови и закатившиеся глаза. Мерси пыталась помочь бедняге, делая массаж сердца. Она давила ему на грудь, и голова полицейского безвольно дергалась от ритмичных движений.
– Давай, Джерри, – почти шепотом говорила ему Мерси. – Дыши! Не умирай! Останься с нами. Просто дыши, я помогу тебе.
Джерри было лет двадцать пять. Его пистолет так и остался в кобуре. В стрелявшего попал его напарник, мужчина лет сорока. Теперь он стоял на коленях, склонившись над окровавленным юношей.