Чтение онлайн

— Правда?! — Лорел не могла прийти в себя от изумления.

— У нас говорят так.

Декорации в очередной раз сменились. Теперь на сцене снова возникла цветущая поляна. Перед зрителями появился Пак (очень искусный Осенний фей, как разъяснил Тамани). В наказание за несчастья, обрушившиеся по вине Титании на Камелот, Оберон приказал Паку создать приворотное зелье, чтобы она влюбилась в первое же существо, которое увидит. Впрочем, Оберон был милосердным правителем.

— Он не мог позволить людям войти в Авалон и взять золотое яблоко, но, с другой стороны, не отсылать же их восвояси с пустыми руками, — сказал Тамани.

Лорел кивнула и с интересом продолжила смотреть балет, уже зная канву истории. Лотос и Лолий преследовали Корилию, Эрика осталась покинутой возлюбленным — танец всех артистов был полон головокружительных движений.

Перед зрителями появилось жилище фей. Пак смазал зельем глаза спящей Титании, и на сцену выбежал огромный зверь — то ли очередная иллюзия, то ли артист в мастерски сделанном костюме.

— Там какой-то зверь, — сказала Лорел. — А я думала, что сейчас появится актер с ослиной головой.

— Это тролль, — пояснил Тамани. — Влюбиться в тролля считается среди фей самым большим позором. Такое может произойти только в результате умопомешательства или приворотного зелья.

— А где же часть, в которой ставят пьесу? Тогда и должен появиться зверь.

— Выдумка Шекспира. В нашей легенде нет никакой дурацкой пьесы.

— Часть с пьесой мне сразу не понравилась. Я бы закончила историю на том, что влюбленные просыпаются и их находят остальные.

— Так и есть, — ухмыльнулся Тамани. Артисты продолжили танцевать, и сюжет постепенно приближался к счастливой развязке.

Перед финальной сценой Титания исполнила проникновенное соло под аккомпанемент тихой и печальной мелодии. Затем она припала к ногам Оберона, предлагая ему свою корону.

Лорел, не в силах отвлечься от потрясающего танца даже на секунду, дождалась окончания соло и спросила:

— Что произошло?

— Титания умоляет Оберона о прощении за свои ошибки и отдает ему корону. Таким образом, она признает, что никогда не была настоящей правительницей.

— Из-за Камелота?

— Из-за того, что она Осенняя фея. Лорел нахмурилась, обдумывая слова Тамани. Однако декорации в очередной раз сменились.

На сцене снова возникла поляна, посреди которой две влюбленные пары, очнувшись от волшебного сна, исполнили радостные дуэты. В конце к ним присоединились остальные участники.

Когда вся труппа вышла на поклон, зрители на нижней площадке единодушно поднялись на ноги и аплодировали артистам стоя. Тамани тоже встал с кресла, а за ним и Лорел, которая хлопала так сильно, что начали зудеть руки.

Неожиданно Тамани надавил на ее плечо, заставляя сесть.

— Ты чего? — Лорел сбросила его руку.

— Сядь немедленно! Феи не встают перед низшими рангами — только перед равными или теми, кто выше.

Лорел огляделась: почти все, сидящие на балконе, улыбались и от души аплодировали артистам, но никто не стоял. Девушка выразительно посмотрела на Тамани, повернулась лицом к сцене и продолжила хлопать. Стоя.

— Лорел! — возмущенно прошипел Тамани.

— Это было потрясающе, и я собираюсь выразить свою благодарность так, как сочту нужным! Хочешь мне помешать?

— Нет. — Тамани с тяжким вздохом убрал руку с ее плеча.

Аплодисменты медленно угасли, и танцовщики грациозно удалились.

Вскоре декорации исчезли, сцена засияла белым светом, а перед зрителями выстроились примерно двадцать фей в ярко-зеленых одеяниях.

— Сейчас будет что-то еще? — спросила Лорел, когда они с Тамани снова уселись.

— Огненный танец. Тебе понравится. Раздались гулкие медленные удары тимпана.

В такт размеренному ритму феи в несколько рядов синхронно двинулись вперед. Доходя до края сцены, феи поднимали руки, из которых в небо устремлялись разноцветные лучи света. В следующее мгновение над залом, прямо на уровне балкона, раскрылись огромные цветки из радужных искр. Лорел никогда в жизни не видела ничего подобного.

Второй барабан задал более быстрый и сложный ритм, вместе с которым преобразились и артисты. Феи стали показывать акробатические трюки: они снова двигались из глубины сцены к ее краю, но уже не маршировали, а прыгали и крутили сальто.

Вступил третий барабан, а потом четвертый, и движения танцоров приобрели ошеломляющий темп и сложность. Каждый раз, когда очередная группа фей достигала края сцены, над залом вспыхивали огни: по залу мелькали лучи света, летали огненные сферы, за которыми, словно шлейф из сверкающих драгоценных камней, сыпались искры.

Барабанный ритм участился до невероятной скорости. Феи, каким-то чудом поспевающие за бешеным темпом, вышли вперед и одновременно выпустили из рук снопы искр. В воздухе повисла ослепительно яркая завеса. Стало светло, почти как днем.

Задыхаясь от восторга, Лорел вскочила с кресла и стала громко хлопать акробатам, поразившим ее не меньше артистов балета. Тамани тоже поднялся на ноги, но на сей раз не сказал ни слова.

Огненные танцоры раскланялись, и аплодисменты в зале постепенно затихли.

Осенние феи потянулись на выход. На нижней площадке происходило то же самое.

Лорел с улыбкой посмотрела на Тамани.

— Тэм, это потрясающе! Ты гений, что уговорил меня прийти. — Она взглянула на пустую сцену, закрытую шелковым занавесом. — Спасибо за чудесный день!

Тамани подал ей руку.

— Не спеши, ведь праздник только начался!

Лорел удивленно посмотрела на него. Порывшись в сумочке, она кинула взгляд на часы. Ладно, она могла себе позволить часок-другой.