Чтение онлайн

Каждый вечер снова слушала, как читает мне Ярослав, но в душе начала подниматься глухая тоска и безысходность. Мое увлечение не отпускало меня, я не хотела отпускать его. Что делать в этой ситуации, не представляла.

Пару раз мелькала идея рассказать все Власову, но я быстро от нее отказалась: не хватает потерять еще и его дружбу из-за того, что он сочтет меня сумасшедшей. А он сочтет!

Я часто прокручивала в голове, как подходит ко мне девушка или парень, которых я знаю не очень долго, и говорят: «Я путешественник по книгам».

Вот что бы вы сделали? Я бы сразу попробовала помочь, а в итоге позвонила бы куда надо. Вот и Ярослава за это же не осужу.

Спустя неделю после происшествия я поднималась в свою квартиру и увидела сидящую на верхней ступеньке лестницы девушку. Черноволосая, немного полноватая, с курносым носиком и бледной кожей, она сидела, прислонившись к перилам и закрыв глаза.

Сработал мой инстинкт врача, и, подскочив к незнакомке, я осторожно тронула ее за плечо.

– С вами все в порядке?

Девушка удивленно посмотрела на меня.

– Я врач и могу помочь.

Незнакомка улыбнулась:

– Со мной все хорошо, спасибо! Просто я пришла в гости, а хозяина не оказалось дома. Думала, минутное дело, а вот как получилось. А я не пообедала.

– Может, зайдете? Я вам хоть чаю сладкого наведу.

– Неудобно как…

– Пойдемте, а то грохнетесь в обморок. – Открывая дверь квартиры, я как бы невзначай спросила: – А вы к кому?

– К Ярославу Власову.

Внутри что-то неприятно кольнуло. Неужели занят и не сказал? С другой стороны, зачем ему мне что-то говорить? Мы не встречаемся, и наши отношения не претендуют на интимность. Он может оставить эту информацию при себе.

Пройдя в квартиру, я пригласила гостью на кухню.

– У вас в коробках книги? Продать собираетесь? – спросила незнакомка, удивленно смотря на несколько коробок в коридоре, доверху набитых книгами.

– Нет, – испугалась я такой перспективе. – Просто упакую и уберу.

На меня странно посмотрели и представились:

– Меня зовут Катя.

Поставив греть чайник, я ответила, улыбаясь через силу:

– Меня Софья, рада познакомиться. Вы пьете чай с печеньем или с баранками? Конфеты не предлагаю, так как чай нужен сладкий.

– Все-таки мне очень неудобно.

– Бросьте, – махнула я рукой Кате. – Ярослав – мой сосед, и я рада помочь. Впрочем, очень странно, что он назначил встречу, а его самого не оказалось дома. На него это не похоже.

– Вы давно его знаете? – спросила девушка, пристально смотря на меня.

– Не очень, всего пару месяцев. А вы?

– Уже несколько лет.

Мое настроение упало ниже некуда. Отвернувшись, я налила в кружку кипяток.

– А почему вы упаковываете книги? – спросила Катя, потянувшись к одной из них, которую я отложила, чтобы сдать в библиотеку.

– Сама пока еще не знаю, – со вздохом призналась я, ставя на стол чай и беря с другого конца книгу, чтобы закрыть ее.

И тут раздался женский крик. Я лишь с ужасом успела посмотреть на томик, как меня и Катю втянуло в роман.

Я осмотрелась вокруг: небольшая темная квартирка со старинной обстановкой и старуха, разговаривающая с молодым мужчиной. И с ужасом поняла, какую страницу открыла Катя.

– Ух ты! Мы внутри книги! И как все реалистично, хоть и черно-белое. А вот этот молодой чел…

Я закрыла ей рот ладонью, но было уже поздно: Родион Раскольников повернулся в нашу сторону.

Бледный мужчина, на пике душевных страданий, с топором в руке, с которого медленно капала кровь. Ему нечего терять.

– Он что, видит нас? И кто это такой?

– Это, Катя, милый мальчик Родя, который только что на наших глазах зарубил бабушку топором. И кажется, он нас не только видит, но и слышит, – ответила я, начиная тихо отступать и таща за собой девушку.

Судя по еще более побледневшему Раскольникову, он решился на второе убийство. Вернее, на два.

– Бежим! – крикнула я.

Бросившись вперед, мы выскочили за дверь, и нас накрыла белая пелена – страница перелистнулась. Я, не останавливаясь, неслась вперед, Катя не отставала, вслед нам сопел главный герой.

– Когда он отстанет? – Я уже задыхалась, мелькали помещения, комнаты, люди.

Листы перелистывались один за другим, а Родион пыхтел нам в затылок, заставляя сжиматься от страха. Вот-вот топор мог опуститься на наши головы.

– Тот Родик, он есть на последних страницах книги?

– Точно не помню, но он главный герой и поэтому…

– Плохо. Тогда нам нужно как можно скорее покинуть роман.

Я не стала спрашивать, откуда такие предположения и почему Катя так решила. Идею сделать ноги из мира Достоевского я считала дельной.

Когда я уже видела развязку и, что говорится, «свет в конце тоннеля», Раскольников бросил в нас топор. Тот пролетел совсем рядом и чудом не задел.

Вот нас поглотило белое сияние, и мы оказались сидящими на полу моей кухни. Катя закричала, все еще предполагая, что ей могут отрубить голову, и еще не осознав, где она.

– Ты как? – бросилась я к ней.

– Как-как… Зачем ты держишь в доме такие отвратительные книги?! Да еще и читаешь. Кошмар!

– Ты… – Я никак не могла понять, что именно говорит девушка.

Она не удивлена?

– У тебя же такое сильное соприкосновение с книгами, что нужно быть очень осторожной с путешествиями.

– Что?

У меня создавалось впечатление, что я либо сплю, либо нахожусь в каком-то нереальном мире: Катя не удивилась случившемуся с нами волшебству!

В дверь застучали, и я, поднявшись, на ватных ногах пошла открывать. На пороге стоял встревоженный Власов, который, потеснив меня в квартиру, вошел следом.