Чародейка
Шрифт:
– Ваше Величество!
Чархан обернулся. Брови его сошлись на переносице.
– Джайна! – Предупреждающе выдохнул он.
– Зачем это бесконечное устрашение и так устрашенных?! – разъяренно выдохнула она. – К чему эти достойные подростка игры?!
– Люблю играть. А вообще-то я не обязан отчитываться. Особенно перед тобой.
– Но вы могли бы ответить на вопрос из милости?
– Я не подаю милостынь.
– Ох, черт! Зачем вы велели арестовать Сандара, и почему его одного, если виновны все?
– Потому что ты по уши влюблена в этого дурачка, и теперь я стану тебе шантажировать: «Отдайся мне красавица, самым извращенным образом, или я сгною твоего рыцаря в самом мрачном подземелье!».
– Я согласна. Опусти Сандара!
– О как! Ещё даже не отдалась, - а уже командует. Вот это самомнение у тебя, женщина. – Чархан сладко улыбнулся милой и открытой улыбкой.
– Не отпущу.
– Почему?
– Потому что я пошутил.
Надежда непонимающе хлопала ресницами.
– Не надо мне отдаваться. Я тебя не хочу. А Сандара в темницу посадил, потому что в отличие от тебя, он гораздо лучше разбирается в нашем мире и должен был понимать, почему я велел тебя не брать. Но он, как всегда, поступил по-своему. Вот пусть теперь и подумает в тишине над последствием неправильно принятых решений.
– Но без меня бы они не справились! Ты нарочно собирался послать их насмерть?!
– Ты рисуешь меня более черными красками, чем я того заслуживаю. Да я не спорю – я не сахар. А ты обрекла ранее тобою же спасенную деревню на гибель. Ты и твой драгоценный дурак Сандар.
– Сандар не дурак!!
– Точно. Он не до конца тупой, просто не совсем умный. Это, конечно, разные вещи.
– Прекрати надо мной издеваться!
– Или – что? – искренне заинтересовался рыжий гад.
– Или я тебя убью!
Искренний заливистый хохот покатился по извилистым переходом коридора.
– Ну, начинай, - отсмеявшись, разрешил Чархан.
Надежда сжала кулачки.
– И где же столь решительно обещанный кроваво-драматический исход? Долго я ещё буду томиться неизвестностью, трепеща от ожидания?
– Прекрати. Ты прекрасно знаешь, что я не могу убить человека, - устало вздохнула Надежда.
– А как же сожженный тобой бедолага? Ах, я успел забыть – он не человек. Ну да, ну да! Однако, раз убивать ты меня передумала, ответь на вопрос: почему ты мне «тыкаешь», красавица?
Надежда снова заморгала.
– Я жду ответа, - холодно напомнил о себе Чархан.
– Я забылась, простите меня, Ваше Величество, - склонилась Надежда в поклоне.
– Ну, что? Вернемся к деревне? Не вмешайся вы в общий ход событий, - с вашей повышенной благородностью, что унять можно лишь трупом врага, - вампир сунулся бы в деревню, подивился на неэффективность моровья, может, закусил парочкой селян. Ну, и удалился бы. Докладывать начальству. Начальство, непременно заинтересовавшись случившимся, стало бы искать причину происходящего в другом месте. У убитого вампа далеко не глупый, - как это на твоем языке?
– шеф, вот. Подобному ходу событий я мог бы, в меру моей испорченности и порочащих трон родственных связей, малость подсобить.
Но теперь, когда имеется труп Высшего Темного, деревенька-то обречена. Надолго поставленной твоей светлой ручкой защиты не хватит. Вампиры очень сильные твари. – Лицо Чархана утратило легкую язвительность, заострилось и посерьезнело. – Ты просто проклятие, женщина. Похуже морового поветрия.
– Я же не знала!
– Любимая фраза блондинок! Это у них специальная работа такая – не знать. Убирайся с глаз моих, гадина!
– Ты грубый псих!
Рыжий схватив Надежду в охапку, прижал её спиной к стенке. Жар его тело вновь превратил её тело в желе, а мозги в кисель.
– Пусти! – рванулась Надежда.
Чархан легко погасил попытки к сопротивлению. И где только в тощем теле такая сила прячется?
– Повтори, - почти ласково произнес он, наклоняясь ниже.
– Пусти…те, Ваше Высочество.
В переменчивых глазах плясали чертенята.
– Не это. Что ты там говорила про психа?
– Пустите, ваше величество…
Горячие губы прервали грозившие сорваться с губ возражения.
Глава 15
Дары Чархана
На какое мгновение способность соображать улетучилась. Надежда тонула в прикосновениях, поцелуях, объятиях. Но это, к сожалению, длилось мгновение. А потом трезвое сознание воспротивилось происходящему, потребовав решительных действий.
– Ваше величество, - отстранившись, прошептала Надежда. – Не надо! Прошу вас...
– Просишь?
– Выдохнул Падший, склоняя голову, чтобы вновь сорвать поцелуй.
– Тогда - проси лучше.
Надежда уперлась кулачками ему в грудь в попытке отстранить.
– Ваше величество! У меня слишком мало опыта в подобных делах. Ничем, кроме разочарования, для нас эта ночь не закончится.
– Не зарекайся, - усмехнулся Чархан.
– Меня интересуют не ощущения, а чувства. А к вам я не испытываю ничего такого...
– Да я заметил, - улыбка стала шире и откровеннее. – Именно так и целуются женщины, не испытывающие «ничего такого».
С негодованием Надежда поняла, что щеки её заалели. Хорошо, хоть полумрак скрывал яркие краски. Но кто знает, как видят нифилимы? Вдруг у них зрение, что у твоей кошки?
– Лицемеришь, - хмыкнул Чархан.
– Самым опасным способом, - врешь самой себе.
– У меня нет желания повторять судьбу женщин, в которых вы играли до меня! Она слишком плачевна!
– Успокой себя тем, что у тебя не будет выбора, Чародейка. Твои желания значат меньше моих. Кстати, это правда. Но я дам тебе время побегать столько, сколько захочешь. В любой игре, самое интересное это процесс, а не выигрыш.
Чархан отступил, давая возможность Надежде ускользнуть.
Она ею без промедления воспользовалась,