Чтение онлайн

– Мне не нужны рабы, – заявил я. – Мне нужна моя награда. Эта женщина. Как ее имя, Тауг?

– Я не знаю. Как зовут твою мать, Этела?

– Линнет. Я говорю «мама», но на самом деле она Линнет.

– Маргаритки и мантикоры, – прошептала странная женщина.

– Она часто это повторяет, – пояснила Этела. – Я сказала Таугу, а он сказал, что маргаритки – такие цветы.

– Символизируют богатство или солнце, – добавил Тиази.

Этела благодарно кивнула.

– Мантикоры – это такие звери размером с Гильфа, – сказал я. – У них головы мужчин или женщин, но львиные клыки и когти. Хвосты, как у скорпионов, только гораздо больше, и с жалом, источающим смертельный яд.

– Почему она повторяет эти слова, Этела? – спросил Тауг.

– Не знаю. А почему вы спрашиваете?

Тиази фыркнул:

– У меня есть вопрос получше. Какова ваша вторая просьба, сэр Эйбел? Я удовлетворю ее, коли сумею.

– Вы можете исцелить эту женщину? Рабыню Тауга?

Гильф посмотрел на меня таким взглядом, что я понял: он знает, что я сам мог бы исцелить женщину, но только в нарушение своей клятвы, и он далеко не уверен, что я поступил благоразумно, связав себя такой клятвой.

– Я могу попробовать, – сказал Тиази, – и, вероятно, попробую. Но возьмусь я за дело или нет, зависит от ваших ответов на мои вопросы. Вы можете сказать, кто покушался на короля Гиллинга в ночь сражения и кто в конце концов его убил? И какова ваша третья просьба?

Я вздохнул:

– Вы позволите мне сесть, милорд?

Тиази кивнул, и я снова присел на ступень кресла.

– На первый ваш вопрос я не знаю ответа. Если вас интересует мое мнение, и в первом и во втором случае действовал один и тот же убийца, хотя даже в этом я не уверен. В моей последней просьбе – первая осталась невыполненной – мне будет отказано?

– Возможно, вам будет отказано и во второй. – Тиази встал и принялся расхаживать по комнате. Он казался ростом с башню, и его низкий звучный голос гулко отдавался от стен. – Я не верю, что у человека столь проницательного нет никаких предположений на сей счет.

– Я мог бы высказать предположение. – Я помолчал, собираясь с мыслями. – Но не стану. Я рыцарь, а рыцарь не порочит доброе имя других. Допустим, я выражу мнение, хотя ничем не подтвержденное, что покушение совершил некий чужеземный рыцарь, сэр Эйбел Благородное Сердце. Обвинение моментально разнесется повсюду, как обычно бывает с подобными обвинениями, и я навсегда потеряю свое доброе имя. Даже если впоследствии настоящий убийца признается в содеянном, все скажут, что подозрение пало на меня в силу моей небезупречной репутации.

Тиази на мгновение остановился и сухо спросил:

– Кажется, в обоих случаях вас здесь не было?

– Да. Вот почему я обвинил себя. У Шилдстара есть друг с двумя головами. Имени я не знаю.

– Правая голова – Оргальмир, левая – Боргальмир.

– Благодарю вас. Я ничего не утверждаю, но допустим, я высказываю следующее мнение: Оргальмир ранил короля, а Боргальмир убил.

– Нелепое предположение!

– Не более нелепое, чем множество других. Вы хотели, чтобы я высказал предположение. Ну вот, я высказал.

– Вы рискуете получить от меня отказ. На обе свои просьбы.

– Моя мама не… не всегда такая, как мне хотелось бы, – сказала Этела.

– Ее силой увели из родного дома, – я старался говорить мягким тоном, – и превратили в рабыню. Она привлекательная женщина и, возможно, привыкла к совершенно другому обращению. Потрясение помрачило ее рассудок. Скоро мы отправимся в Целидон – ты с мамой, Тауг, Гильф, Мани и я, и даже Вил. Твоя мама вернется домой, и, хотя перемены произойдут не сразу, я думаю, со временем ей станет лучше.

Тиази, подошедший к окну, повернулся к нам:

– Я не сказал, что не стану исцелять ее. Кто-нибудь… ты, женщина, лодкинь-ка дров в камин.

Распоряжение выполнила Этела.

– Тауг говорит, дров осталось мало и их нужно экономить.

– Лорд Тиази считает, что скоро положение дел поправится, – объяснил я. – Я тоже так считаю.

– Ваши просьбы… – Голос Тиази заполнил комнату. – Будут они выполнены или нет, зависит от ваших ответов на три вопроса. На три вопроса, которые я задам здесь и сейчас. Ответьте – и я удовлетворю ваши просьбы. Откажетесь отвечать, как вы уже сделали, – и я не удовлетворю ни одной.

– Вам угодно, чтобы я говорил, – промолвил я. – Хорошо, прежде чем выслушать ваши вопросы, я скажу три вещи.

Во-первых, я не отказывался отвечать на ваш вопрос. Я не знал ответа, о чем и сообщил вам. Мое предположение, выскажи я таковое, возможно, стоило бы больше, чем предположение, выдвинутое этой девочкой. Но разве оно имело бы больше веса против вашего? Вы сами знаете, что нет. Вы находились здесь в обоих случаях. Ваше мнение заслуживает гораздо больше внимания, чем мое.

– Вы обвиняете меня?

– Разумеется, нет. Я не намерен никого обвинять – вот почему вы злитесь. Я просто говорю, что вы, безусловно, знаете больше меня. Какие вопросы вы хотели задать?

– Сначала я желаю выслушать ваше второе и третье замечания.

– Хорошо. Во-вторых, вы дали слово выполнить обе мои оставшиеся просьбы, хотя не знали, какова будет последняя.

– Если вы ответите на мои вопросы и не будете увиливать от прямого ответа, ссылаясь на требования своей чести, я удовлетворю вашу просьбу. При условии, что это в моих силах. – Несколько секунд огромные руки Тиази, казалось, мыли одна другую. – Какой бы она ни была.

– Мне пришла в голову одна мысль, – сказал Тауг.

– Нам нужны свежие мысли, – кивнул Тиази. – Излагай.

– Как сказал сэр Эйбел, его здесь не было, когда на короля напали в первый раз. Он был на юге, в горах, где сражался со всеми, кто пытался пройти через ущелье. Сегодня утром, когда короля Гиллинга убили, он находился довольно близко, скакал по воздуху вместе с королевой Идн. Но мы-то все думали, что он далеко. Может, убийца боится сэра Эйбела и отваживался действовать только в его отсутствие.