Чтение онлайн

Уделаем, падлами нам быть, со всеми потрохами, беседками-розетками, бамбуками, мраморными елками и амурными телками! А Сад и прибамбасы эти хреновы половинить не будем. Ему цвести не западло, как красюку Ваську с Курской аномалии, решили сознательные кидалы. Это одна лишь из легенд. По другой, игроки, облапошившие балбесов скромного администратора, Сад поделили, но продолжали за ним ухаживать, а с картишками завязали. Дело однако не в вариантах авантюрной и поучительной легенды. Главное – цветет Сад по сей день. Чего только не пережил народ Китая за несколько веков нелегкой своей истории, а Сад цветет, не увядая, удивляет нас и восхищает, даруя возсть выбраться из отвратительных лабиринтов технической цивилизации, из неимоверно абсурдной атмосферы жизни уходящего века – выбраться под немеркнущее солнышко природной простоты и искусства рук человеческих, раз уж так вышло, сообщающее нашим душам в эпоху неслыханного распада нравственных и культурных ценностей чувства надежды, достоинства и прочности бытия…

Уходить из Сада не хотелось, жаль было уходить точно так же, как в детстве проснуться, прервав захватывающе красивый сюжет авантюрного какого-нибудь сновидения. Впрочем, на время проснувшись, мы, так сказать, снова вздремнули. То есть переехали мы на тачке в следующий Сад, радуясь, что Садов таких классических, как Сад скромного администратора, в Суджоу не один, а несколько. При всей своей неприязни и нелюбви к удручающей одинаковости, к тотальной стандартности, коей Америка, к сожалению, может быть названа королевой некрасоты, я с радостью отмечал, что, скажем, следующее чудо природы – Сад Удовольствий – несмотря на очевидное сходство его архитектурных ансамблей, ручейков, прудов, рыбок золотых в прудах, деревьев, лужаек, каменных глыб, в общем, пейзажа, – как личность – да, именно как личность – то разительно, то неуловимо отличается от Садов Тигрового Холма, Сада Десяти Тысяч Видов Весны, Сада Всеобъемлющей Красоты, Ровного Сада и Сада Зигзагов.

Собственно, так ведь оно бывает с впечатлениями, производимыми на нас образцами живописи и некоторыми людьми. Натуры самобытные, но ни лицами, ни осанкой своей нисколько нас не поражающие, радуют и удивляют неповторимой своей оригинальностью, даже если они не выпендриваются, выпячивая оригинальные эти свои качества ума, души, манер и так далее. А личности стандартные, внешне будучи писаными красавцами или соискательницами на звание мисс Калифорния, поражают удивительно стандартной своей безликостью… Я уж не знаю, каким образом мастерам старых времен удавалось добиться того, чтобы натуры садов в Суджоу, да и в других краях Китая, при всем природном видовом сходстве, выглядели натурами, выглядели личностями, ну нисколечко не похожими друг на друга. В общем, Сады в Суджоу – это не дюжина красоток с подиумов конкурса красоты, а солидные фигуры участников симпозиума по проблемам эстетики двадцать первого века или же членов всемирного эсхатологического конгресса, обсуждающих планы организованной подготовки человечества к достойной встрече Конца Света. Кроме шуток, не могу я понять, как удалось богатеям, художникам, архитекторам, садовникам и дизайнерам старых времен не повторить в одном Саду черт лица другого Сада, особенностей черт характера Сада третьего… пятого… десятого… сотого – как? Не знаю. Незнание такого рода, как это ни странно, нисколько меня не смущает. Наоборот – лично меня оно радует и даже вдохновляет. От него веет одной из Тайн Творенья, всегда сообщавшей внимательным художникам веру в превосходство истинно артистического вкуса Матушки-Природы над претензиями их собственных самонадеянных разумов и вкусов или, скажем, над уродливыми крайностями авангардистских метаний школ, школок, направленьиц – всех, одним словом, довольно безликих измов нынешнего века…

Грустно расставаясь с каждым из Садов в Суджоу, немало монеток – юаней, центов и даже российских рублевок – побросали мы с Ирой в фонтанчики, в пруды, в озерца, в родничковые лужицы, в бурлящие кружевца маленьких водопадов. Бог даст, мы сюда еще возвратимся, а если не выйдет, то что ж – успокоимся на том, что, на истинно прекрасное не наглядишься, хоть безотрывно ты на него глазей десятилетними, а раз так, то и пары дней созерцания в путешествии таких вот красот достаточно для вечной благодарности Небесам и судьбе.