Чтение онлайн

Алекса слушала его в ошеломленном молчании. «Облик здания не совсем соответствует имиджу серьезной инвестиционной компании… Стекло и острые углы поражают воображение, но, пожалуй, даже слишком… После презентации я беседовал с другими архитекторами, смотрел другие здания…»

– Суть в том, Алекса, что я и мои коллеги все более склоняемся к элементам традиционного стиля… Меньше лаконизма, но больше теплоты и богатства. Фактически мы подумываем о здании, выполненном целиком из камня.

Алексе вдруг стало жарко, словно ее втолкнули в сауну. И кто сказал, что кожа «дышит»? Слушая Раймонда, она буквально чувствовала, как на спине выступают капельки пота. Тон его был дружелюбным, но слова разили наповал.

– Я по-прежнему восхищаюсь вашим проектом, но боюсь, мне придется согласиться с коллегами – нам это не подходит. Совет директоров сошелся во мнении, что здание выглядит слишком современно, слишком технологично. Мы же предпочитаем образ, олицетворяющий стабильность, надежность. Клиенты должны чувствовать, что нам можно доверить деньги.

Главный администратор продолжал говорить, довольно ясно формулируя противоречащие друг другу требования: мягкость и твердость, новаторство и уважение к традициям… Он не желал получить нечто модное, бросающееся в глаза, что хорошо смотрится только на глянцевых страницах иллюстрированных журналов. Ему нужно было величественное здание, солидное и внушительное.

Алекса была разочарована и подавлена.

Раймонд сел и стал ждать ее реакции – как показалось ей, с сочувствием. Она глубоко вздохнула.

– Мне понятна ваша точка зрения. Это хорошо, когда задача сформулирована так четко. – Она нашла в себе силы улыбнуться. – Я еще раз тщательно проанализирую проект и проконсультируюсь с коллегами… Уверена, мы сумеем предложить вам нечто более подходящее…

– Прошу прощения, Алекса, но все не так просто. Видите ли, под давлением членов совета директоров мне пришлось обратиться к другим фирмам. Четыре архитектурные компании представят нам свои проекты… Разумеется, «Линдстром ассошиэйтс» может участвовать в конкурсе…

Алекса поняла, что ди Лоренцо-Браун остался в меньшинстве. Он предоставил ей исключительное право спроектировать головной офис корпорации, но увы… Теперь у нее остается один шанс из пяти: чтобы получить заказ, нужно победить в конкурсе. Ее била дрожь, хотелось плакать.

– Понимаю, Алекса, вы разочарованы, но хочу, чтобы вы знали: я верю в вас и надеюсь, вы не отступите.

Алекса встала, едва держась на ногах, и пролепетала, что сделает все от нее зависящее. Возвращаясь на такси в офис, она чувствовала себя ужасно, было стыдно, что раньше времени вообразила себя победительницей.

Итак, заказ потерян. Был отличный шанс, но она не сумела им воспользоваться. Карл ее просто уничтожит, повышения ей теперь не видать.

Чем больше Алекса об этом думала, тем больше злилась, и не только на себя, но и на Раймонда. Почему, черт бы его побрал, сразу не объяснил толком, что им нужно? Сколько времени потеряно зря! А она еще занялась вестибюлем! Алекса выхватила из папки наброски и выместила на них свой гнев, разорвав их на мелкие кусочки.

Мысль, что ей предстоит сообщить о своем провале Грегу и Игану, была настолько невыносимой, что она внезапно передумала возвращаться в офис и решила ехать домой. Алекса не знала, чего боялась больше – жалости или торжествующего «а я что говорил» в их глазах. К сожалению, у нее на лице всегда все написано. Хватит унижений для одного дня.

Стоило Алексе переступить порог своей квартиры, как ее оглушил грохот рок-музыки, доносившейся из комнаты Брайана. На диване в гостиной валялись куртка Брайана и несколько школьных учебников. Алексу разобрала злость. Она не раз просила племянника – просила по-хорошему, как ей казалось, – убирать за собой вещи. Тот не отказывался, нет, просто не обращал внимания на ее просьбы. И это здорово действовало на нервы.

Собрав вещи племянника, Алекса понесла их ему в комнату. Стук мальчик, естественно, расслышать не мог, и она замолотила в дверь кулаком.

Громкость была убавлена, дверь открыта.

– Прошу тебя, вешай одежду в шкаф и не разбрасывай в гостиной учебники.

Брайан молча взял вещи и остановился, дожидаясь, пока она уйдет. Быстро оглядев комнату, Алекса поразилась невероятному беспорядку, но, заставив себя говорить спокойно, поинтересовалась, как прошел день.

– Нормально.

– Знаешь, Брайан, по-моему, слушать такую громкую музыку очень вредно.

Выслушав ее объяснения, что повреждения слуха могут быть необратимыми, Брайан пожал плечами. От Алексы не укрылось насмешливое выражение, промелькнувшее в его глазах. Ладно, если не боится оглохнуть, дело хозяйское, только пусть слушает этот грохот через наушники.

Внизу, на кухне, Алекса обнаружила стакан из-под молока и полупустую пачку печенья. Кругом было полно крошек, и вдобавок подошвы прилипали к полу.

Да уж, после паршивого дня на работе ей только этого и не хватало! Миссис Радо ушла стирать, терпеть грязь до ее прихода Алекса просто не могла, поэтому пришлось взяться за уборку.

Ребенка необходимо держать в рамках, но Алекса предчувствовала, что сделать это будет не так-то просто. Что, если она его накажет, а парень начнет прогуливать занятия и воровать в магазинах? Вдруг убежит из дома, пристрастится к наркотикам или еще что-нибудь в этом роде? Или впадет в депрессию и совершит самоубийство? Алекса пообещала сестре заботиться о Брайане и чувствовала себя за него ответственной.

Алекса не торопилась рассказывать Филиппу о том, как на нее действует неряшливость Брайана, потому что муж никогда не замечал шума или беспорядка. Для него окружающая обстановка была не так важна, как для Алексы, фактически в начале их совместной жизни он стал приучать себя к аккуратности только ради жены. Кроме того, известно, что дети часто бывают неряшливыми и обожают включать музыку на полную мощность. Вероятно, Пейдж, особенно в последний год, разрешала Брайану все. В таком случае вряд ли можно винить мальчика за то, что он на свой лад протестует против новых правил.