Чтение онлайн

С накопителя все разговоры поступали на выходное устройство, расположенное в оконной раме. Задача его состояла в том, чтобы в определенное время послать очень короткий импульс. Это было самым ответственным моментом, поскольку во время сброса устройством информации оконная рама всегда слегка вибрировала.

Нацеленные на окно ультрафиолетовые лазеры улавливали вибрацию, а затем компьютеры ее расшифровывали. Само выходное устройство включалось и выключалось при помощи звукового импульса, посылаемого на раму.

Аудиоинформация проходила расшифровку и сжималась в соотношении один к шестидесяти, то есть для того, чтобы снять закодированный часовой разговор, требовалась одна минута. Как только выходное устройство сбрасывало всю информацию, оно автоматически настраивалось на ее прием. Самым неприятным моментом во всей процедуре было то, что потерянную информацию восстановить было невозможно. С этим приходилось мириться, поскольку если бы устройство обнаружили, то невозможно было бы определить, сколько времени оно работало и какую именно информацию передало.

Выходное устройство имело один недостаток – на него могла воздействовать внешняя вибрация, уличные шумы, и агентам секретариата разведки приходилось отсекать их во время последней перезаписи. После отфильтрации шумов полученная звуковая информация проходила дешифровку, затем ее разворачивали, после чего снова пропускали через фильтры, опознающие голоса. Каждый голос проверялся с помощью образца, что давало впоследствии возможность определить участника или исполнителя какой-либо операции. Вот из таких сообщений секретариат разведки составил карту и структуру организации Риана.

В очередной раз устроившись в своем обычном месте, агенты приготовились снимать накопленную информацию. Они послали ультразвуковой сигнал в окно, стекло отрезонировало, и расположенный в стене чувствительный микрофон уловил звук. Он послал его на записывающее устройство, которое тут же по оптическому кабелю начало передавать материал на устройство, расположенное в оконной раме. Вся эта процедура была необходима, она показывала, что все устройства находятся в рабочем состоянии и лазеры будут считывать нужную информацию. Затем последовал второй звуковой сигнал, и выходное устройство начало передавать все собранные данные.

Агенты нервно отсчитывали секунды, на считывание всей информации им требовалось полчаса. С помощью передатчика съем информации можно было проводить быстрее, но зато людям Риана было легче обнаружить его. Использование ультразвука и ультрафиолетовых лазеров делало весь процесс невидимым для постороннего глаза. Обычно агенты снимали информацию в три часа ночи, когда в офисе никого не было.

Агенты внимательно осмотрели прилегающие улицы и с удовлетворением отметили, что все было нормально. Шел дождь, грязная вода стекала по желобам и собиралась в лужи, особенно глубокие у водостоков. Одинокие прохожие торопливо пробегали, ничего не замечая вокруг. Они старались не проходить мимо мрачного серого дома Риана. Казалось, они боялись, что его грозный обитатель и ночью может их заметить и сделать жалкое существование людей еще более невыносимым.

Только на одного человека устрашающее логово герцога не производило никакого впечатления. Он невозмутимо прохаживался вдоль угрюмого здания. Когда агенты услышали его в первый раз, они едва сдержались, чтобы не расхохотаться. Бывший с ними начинающий агент подумал, что по улице бегают два человека и о чем-то оживленно разговаривают. Про себя агенты прозвали его «скрипун». Человек этот был, очевидно, не в своем уме. Как маятник, он ходил от одного конца дома герцога Риана до другого и постоянно говорил, но говорил разными голосами. Его явно мучила шизофрения с параноидальными тенденциями. Он о чем-то горячо спорил с самим собой, убеждал, иногда соглашался и искренне радовался, но чаще был чем-то недоволен и бушевал на оба голоса. В течение последнего времени, когда агенты приходили снимать информацию, безумец постоянно был тут, агенты привыкли к нему и считали его своим талисманом.

В эту ночь талисман их здорово подвел. Сначала он ходил и беседовал с терзающими его бедную душу демонами довольно спокойно. Однако по мере спора некоторые аргументы начали его понемногу раздражать и в конце концов довели беднягу до белого каления. Он визжал и ругался, пытаясь навязать своим неугомонным внутренним спорщикам свое мнение. Видимо, у него имелись с ними серьезные расхождения религиозного порядка, поскольку изо всего крика можно было разобрать только одно слово: «антихрист». Финал разговора с бесами он выбрал не самый удачный – схватив с мостовой камень, он запустил им в окно дома, где, по его глубокому убеждению, и скрывался антихрист. Но, к несчастью для агентов, это был дом герцога Риана, а камень попал в то самое окно, где стояло передающее устройство.

Раздался грохот, на секунду агентов охватила паника, но они быстро пришли в себя и ультразвуковым сигналом прервали работу устройств. Устройства сработали, подача информации закончилась, и агенты прекратили запись. Однако удар камня о стекло и вызванная этим заминка вырвали из общего количества почти десять минут.

Потерю информации агенты сочли незначительной и быстро успокоились. К тому же они подумали, что обнаружить недостающие минуты смогут только через полторы недели, не раньше. Откуда им было знать, что те злосчастные минуты содержали один из ключевых разговоров – план покушения на Галена Кокса. Если бы не говорливый двуликий прохожий, заговор можно было приостановить и получить неопровержимые сведения о причастности герцога Риана к убийствам. Но агентам все это было неизвестно, они просто убрали свою аппаратуру и быстро скрылись.

Предполагал ли Свен Ньюмарк, что его излишняя осторожность и предусмотрительность также давала возможность предотвратить покушение на Галена Кокса? Едва ли, да он об этом и не думал, его заботило другое. Он предполагал, что в доме Риана могут быть шпики Дэвиона, а коммуникационная сеть может прослушиваться. Поэтому для связи с «маклером», которому следовало передать сообщение о том, что Гален стал мишенью, Свен вышел из дома и долго петлял по городу, пересаживаясь из одного транспорта на другой, пока не убедился, что за ним нет «хвоста».

Удостоверившись, что все чисто, Свен вошел в ближайший банк видеофонной связи и набрал номер. Заслоняя собой экран, Свен тихо сказал в трубку:

– Доброе утро, мне нужен цветочник. Мужчина азиатской внешности вежливо ответил:

– Цветочника сейчас нет, что я могу ему передать? Ньюмарк улыбнулся и произнес:

– Передайте, чтобы он отослал букет иль капо после битвы на звание чемпиона.– Он говорил ровным и спокойным голосом, так что даже если бы кто-нибудь и подслушал его разговор, то вряд ли понял, что Свен отдает приказ убить человека. «Иль капо» была кличка, которую придумал сам Риан для обозначения Галена. Гален был командантом, по-итальянски «comandante», но слово «капо», по мнению Риана, звучало лучше. Он считал, что это больше напоминает уголовную кличку. Сергей Чоу, чьи люди уже давно следили и за Катрин, и за Галеном, тоже знали ее.