Чтение онлайн

— Западные врата, — прикинул что-то в уме Рэйнорд. — Давай-ка осмотримся…

Валерия согласно кивнула. «Быть может, тут припрятан хитроумный механизм, открывающий выход» — надеялась в глубине души она. Но, как друзья ни старались, поиск не приносил никаких плодов. Они осмотрели и обшарили каждый камень на полу и стенах, ощупали каждую завитушку каменной резьбы на вратах. Ничего.

— Хуже всего, если механизм имеет магическую природу, — сейчас Рэй выглядел хмурым, подавленным. — Магия Древних совершенно не изучена, и мы не сможем ничего поделать. Наверняка и эти бедолаги, — он взглянул под ноги, — точно также шарили и искали вокруг. Глупо…

Самое время было отчаяться, но только Валерия не собиралась сдаваться. Непонятно откуда появившаяся уверенность в том, что они непременно выберутся, ни на секунду не покидала девушку.

— Рэйнорд, мне кажется, нужно найти центр некрополя. Думается мне, там должно быть что-то особенное. Понимаешь, раз они так любили симметрию, то просто не могли оставить центр катакомб пустым!

— Возможно, — согласился Рэйнорд, поправляя на плече дорожную сумку, — это вполне в духе Древних.

— А в других, изученных захоронениях, что находится в центре? — Валерия чувствовала, что близка к разгадке этого смертоносного ребуса.

— Алтарь для жертв богам смерти, — не задумываясь ответил Рэй, — или какой-нибудь культовый артефакт, идол, статуя.

— Это хорошо, — кивнула Валерия. Что именно в этом «хорошего», она пока объяснить не могла…

Добраться до центра некрополя оказалось куда сложнее, чем казалось сначала — хитросплетения, пересечения и изгибы стен все время сбивали с курса, иногда Лера и Рэй заходили в тупики. Они плутали уже около часа, а может и больше… У Валерии из головы никак не шли погибшие грабители. Какой бы жестокой ни казалась кара Древних, наводила она на определенные мысли.

— Как странно, — Лера заговорила, чтобы отогнать гнетущую тишину, — а ведь эти люди только в последний момент поняли, что золотом ни жизни не продлить, ни от смерти не откупиться…

Сейчас они ненадолго остановились, чтобы передохнуть и перекусить. Благо, в сумке осталась непочатая бутыль доброго вина и каравай ржаного хлеба.

— Ты ничего не чувствуешь? — Рэйнорд едва отхлебнул из бутыли, как что-то невидимое и неосязаемое для Валерии, привлекло его внимание.

— Ничего, — пожала плечами девушка, — что-то не так?

— Скорее — наоборот. Это там, на поверхности, — он указал вверх, — что-то было не так. Меня постоянно преследовало чувство, будто мы не одни. Словно некто невидимый идет по пятам, подсматривает, подслушивает. А сейчас, здесь, я чувствую — мы одни…

— Рэй, — Валерия прислушалась к своим чувствам, — мне тоже так все время казалось… А еще это заклятье-ловушка, из которого мы едва выбрались!

— Валерия, — Рэйнорд внимательно посмотрел ей в глаза, в которых сейчас метались призрачно-голубые блики магического света, — ты опять спасла меня! Ведь именно ты смогла прервать это заклятье. Сделала самое сложное, что только может сделать маг — ты отследила вражье волшебство, проникла в его суть и разбила. Одним ударом… Невероятно!

— Но… это вышло неосознанно, — девушка казалась смущенной.

— Тебе нужно учиться, — кивнул Рэйнорд, — постигнув теорию магической науки, формулы построения заклинаний, ты станешь очень сильным магом! Не хотел бы я тогда перейти тебе дорогу! — некромант улыбнулся.

— Ну и глупости ты говоришь, — Валерия тихо рассмеялась, — мы с тобой всегда будем идти по одной дороге…

И вновь этот взгляд — глаза в глаза — согревающий, пьянящий. Холодный, мрачный склеп наполнился для них светом, как в яркий полдень — свет этот сиял в сердцах и душах. Теперь он будет с ними всегда и везде, неважно — под чистым небом ли, в густых лесах, или под тяжким сводом подземной темницы. Унылая реальность вновь тускла и отступала, как блеклые декорации; там, где они двое — Рай. Свой собственный, который никто не может отобрать или потревожить. А они — ангелы, каждому из которых дано только одно крыло: поэтому взлететь могут лишь обнявшись… И полет этот, на крыльях любви ни с чем не сравнить — будто сгораешь в прах, и возносишься вновь к небесам; будто пьешь из источника жизни и впервые утоляешь извечную жажду. Знает ли кто-то, что такое любовь? Это — огненный дождь, лавина страсти и нежности, головокружительная волна, поднимающая в самое небо, и низвергающая в пропасть… Они видели, как разбивается хрустальный купол неба, и звезды падают на них, осыпая бриллиантовой крошкой; тысячи солнц опаляли их крылья, но так и не опалили. Полет двух душ, слившихся воедино, сквозь время — к бесконечности. Теперь и они познали, что значит — любить. Они — когда-то твердо верившие, что созданы для чего угодно, кроме этого чувства…

— Рэй, — Валерия приподнялась на локте, заглядывая в глаза любимого, — я… я самая счастливая девушка на свете! Не знаю, что ждет нас впереди, но если будет нужно — я умру за тебя!..

— Тише, — Рэйнорд привлек ее к себе, улыбаясь, — никто из нас не умрет. Мы будем жить еще долго и счастливо, как в старой доброй сказке…

Они лежали рядом, обнявшись, укутавшись в один плащ на двоих, и даже не чувствовали холода, источаемого каменным полом. Кажется, тепло их душ сейчас могло бы растопить даже Пики вечного льда…

…………………….

……………………

Через некоторое время

— А вот и то что мы так долго искали… — Валерия и Рэй наконец добрались до самого центра мрачного некрополя.

И, как они и предполагали, он не пустовал — на массивном пьедестале широко раскинула крылья огромная, мраморная фигура. Зайдя к монументу спереди, Валерия искренне удивилась:

— Ни дать ни взять — Люцифер из книжки по демонологии!

Величественный демон, с бугрящимися мышцами, гордым размахом перепончатых крыльев и длинными, изогнутыми рогами на голове. Фигура, искусно высеченная из сплошной глыбы черного мрамора и отполированная до блеска, оказалось не тронутой ни временем, ни пылью.

— Люцифер? Это божество из вашего мира?

— Что-то вроде того, — Валерия улыбнулась, — а скорее — антипод нашего бога. Князь Тьмы, — наконец подобрала она подходящий синоним.

— Надо же. Впервые вижу подобное сочетание человеческого и звериного начала, — Рэйнорд, сам в юношестве рьяно изучавший верования многообразных миров, казался заинтересованным.

— Чаще всего его изображают именно так, — Валерия, видя, что Рэйнорд внимательно слушает, пустилась в описание, порядком сжатое, конечно, христианской религии. Упомянула мельком средневековые зверства инквизиции, чем вызвала неподдельное удивление Рэйнорда.

— Повсюду одно и то же! Свет и тьма во всевозможных личинах. И вечная неприязнь — от вынужденной терпимости до явной ненависти. Не думал, что и в вашем, немагическом мире, люди делят друг друга на светлых и темных. Одно необычно — Тьма воплощена в образ. Такого ни в одном из миров не бывало!

— У нас там всё настолько перепутано… Верований — сотни, а то и — тысячи! Одно характерно: Бог — хорошо, Дьявол — плохо.

— Странный мир, — задумчиво произнес Рэйнорд, осмотрев статую «Люцифера» со всех сторон, — наверное, в нем царит форменный хаос.