Чтение онлайн

«Ну, как договаривались… Стреляешь первым, Саид! Ну?!»

— Аллах акбар… — прошептал Мэлик.

С громовым шипением «Феникс» выпустил яркий хвост огня, срываясь с подвески, но в воздухе не удержался — грохнулся на палубу, и шагов двадцать пронесся юзом, пока не врезался в «Корсара». БЧ рванула, подбрасывая, ломая штурмовик, а ракетный двигатель все еще извергал тугое пламя. В это мгновенье сдетонировал боезапас — и вспышки разрывов поглотили «Феникс».

Но подлинный ад разверзался по левому борту — огромные фугасы в две тысячи фунтов рвались пачками, сотрясая гигантский авианосец, разваливая борт, потроша корабельное нутро до самой ватерлинии. «Интрудеры» не взрывались даже, а попросту исчезали в вспышке, оставляя по себе жалкие элементы носовой части фюзеляжа.

«Подбросим дровишек в костер!»

Воздушная волна сдвинула «Томкэт», самолет заскользил, разворачиваясь, и «Фениксы» полетели веером, то касаясь палубы, то подлетая, смахивая на те плоские камешки, что «жабками» скачут по воде. «Сайдуиндеры» и «Спэрроу» упорхнули следом, как поленья в топку.

Чудовищный взрыв расколол палубу, выворачивая «Энтерпрайз» наизнанку. Листы брони встали дыбом, и «Томкэт» скатился с горки, заваливаясь на крыло. Двигатель все еще работал, и пробегавшего мимо техника засосало в компрессор — тяга в десять тонн!

Откинув фонарь, Саид перепрыгнул на крыло соседнего истребителя. Поскользнулся, но упал удачно, на ноги. Взмахнул руками, ловя равновесие, и понял, что корабль кренится на левый борт. Палуба сейчас напоминала колоссальную разделочную доску, по которой сползали в море изувеченные самолеты, горящие или взрывающиеся — как нашинкованные овощи в суп…

— Нури! — хрипло крикнул Саид, но его голос пропал в тяжком грохоте. — Юссеф! Ах, ты…

Истребители и штурмовики падали и падали за борт — их будто сгребал незримый меч Азраила, очищая изуродованную палубу. Громадные пробоины разворотили ее — две на корме, и две ближе к миделю, слившиеся в общий провал, на краю которого зависал искореженный «остров» надстройки. В общем-то, пробоины куда больше напоминали кратеры — из них валил черный жирный дым и вырывались полотнища жаркого пламени.

Вот последний «Интрудер» рухнул в пекло, как с обрыва, и вверх с грохотом взлетели обломки — полное впечатление, что проснулся маленький рукотворный вулкан.

Хватаясь за стойки подъемника, застрявшего на полпути, Саид отдышался. А утро-то в самом разгаре… Уже и солнце встало — его малиновый диск вот-вот оторвется от мутного горизонта, от неровной линии иранского берега.

Весь строй армады смешался — одна половина крейсеров, словно пастушьи овчарки, кружили вокруг «Китти-Хока», а другая выдвигалась к тонущему «Энтерпрайзу», злобно пуляя в небо зенитными «Талосами».

Утерев пот и размазав копоть по щекам, Мэлик пригляделся. Со стороны Ормузского пролива летели остроносые самолеты с красными звездами на крыльях. Вот только это были вовсе не «Форджеры», неуклюжие штурмовики «Як-38», а, похоже, новейшие истребители.

Джорджи называл их «Як-141», брезгливо фыркая и многословно доказывая, что русские никогда не доведут «вертикалки» до ума.

«Выходит, довели!» — Саид задрал голову.

Звено «Яков» изящно увернулось, совершив противоракетный маневр, и пронеслось над «Энтерпрайзом», свысока наблюдая за гибелью поверженного гиганта.

С громовым скрежетом наклонилась надстройка — и замедленно рухнула в дымящийся провал. Не провал — разлом!

С оглушительным стоном лопались стальные борта, и передняя часть палубы заметно задиралась, оголяя форштевень. Обе половины корабля все еще держались вместе, сплоченные хребтом киля, но корма тяжелела, утягивая на дно носовую часть.

— Саи-ид! — донесся слабый крик.

— Ома-ар! — завопил Мэлик, и радостно захохотал. — Живой!

— Нога только… Помоги!

Саид упал на колени. Держась одной рукой за стойку, другой он дотянулся до напряженной пятерни Нури, ухватился, и потянул на себя.

— Машалла… — прокряхтел Омар, подтягивая раненую ногу, кое-как перетянутую оторванной штаниной, мокнувшей кровью. — Как говорил хаджи… Что-то вроде «Так пожелал Аллах»… Да?

— Да! — восторженно воскликнул Мэлик, и заорал на всё море: — Машалла-а!

Суббота, 6 декабря. Ближе к полудню

Иран, Чахбехар

Иван Гирин не знал, куда себя девать. Раньше эта фразочка ставила его в тупик, слишком уж заумным был словесный изворот, а вот теперь дошло. Моряцкую душу рвало на части.

Хотелось и на Кешм метнуться, посбивать вволю гадские самолеты с белыми звездами на крыльях. И на «Грозном» оказаться, помочь ребятам из команды — крейсер получил пробоину на ватерлинии. Нос погрузился в воду чуть ли не до якорных клюзов, да еще сильный крен на правый борт.

Это долбанная «Калифорния» постаралась — запустила целый пучок зенитных «Талосов». Янки сдуру решили, что их хваленый «Энтерпрайз» потопили русские «Яки». Пилоты увернулись от американских «подарков», или те сами свихнулись на почве РЭБ, а вот одна паршивая ракетёшка ударила по крейсеру.

Ну, командир корабля не дрисливым оказался, и дал сдачи — «спустил с поводка» свору П-35. «Томкэты» перехватили парочку «крылаток», но две или три все же добрались до «Калифорнии» — и саданули в борт. А в каждой БЧ больше полутонны взрывчатки!

Вроде, говорят, не затонул крейсерок, но стал больше похож на подводную лодку — палуба на уровне моря, волны об надстройку плещут…

Но и здесь тоже хочется быть! Сжимая кулаки, мичман оглядел обширную гавань Чахбехара. Прямо у пирса горел иранский эсминец «Паланг». Еще три корабля совершали эволюции на рейде — «Демавенд», «Саханд» и «Сабалан». Тоже эсминцы — крейсеров у Ирана не водится.

А ТАВКР «Минск» скромно тулится с краю, как та рекомая хата…

— Товарищ мичман, почему не на вахте?

Строгий голос за спиной сработал, как сигнал — Гирин вытянулся, и отчеканил:

— Вахту отстоял, товарищ капитан третьего ранга!

Якушев смилостивился.

— А чего не спишь? — спросил он, не совсем по уставу.

— Да ребята просили глянуть, как тут… — Иван неуклюже пошутил: — За переборками не видать!

Каптри понимающе кивнул, и протянул мичману бинокль.