Царьград. Трилогия
Шрифт:
Чуть слышно скрипнула дверь, вынырнули откуда-то из темноты трое дюжих молодцов. Протокуратор положил руку на эфес меча.
– О, не беспокойтесь, это всего лишь слуги. Они позаботятся о ваших лошадях. Вас же, любезные господа, я попрошу склонить головы – я должен завязать вам глаза. Ничего не поделаешь, таковы уж правила. Да… оружие тоже отдайте этим славным парням. Клянусь, утром вы заберете его в целости и сохранности.
Все трое послушно исполнили требуемое.
– Прошу вас, господа, взяться за руки… А вы, уважаемый шевалье, дайте руку мне.
– Ну надо же – какие предосторожности!
Сквозь тонкую перчатку Алексей ощутил холодную ладонь проводника. Черная шелковая повязка надежно прикрывала глаза, впрочем, сейчас и без того было достаточно темно. Слуга повел их куда-то, не особенно и торопясь. Протокуратор считал шаги. Тридцать один, тридцать два… ага, вот свернули налево… потом еще раз налево… и еще. Понятно – кружат по двору. А вот раздался негромкий свист, и маршрут сразу изменился – теперь гостей повели в одном направлении. Лязгнул замок. Запахло цветами.
– Прошу вас пригнуться, господа… Теперь осторожно – лестница… А здесь скользкий пол… Еще одна лестница… Ну вот, мы и пришли! Теперь можете снять повязки.
– Ну наконец-то! О-ля-ля, мез ами! А мне здесь нравится! Нет, черт побери, нравится!
Алексей восхищенно воскликнул, едва только снял повязку и рассмотрел, где и в какой компании находится. Очень, очень приятной была компания, состоящая из девяти обнаженных девушек, девяти прекрасно сложенных красавиц, лица которых скрывали вуали.
– А… – кто-то из близнецов, кажется Лука, открыл было рот.
– Нет, господа, – засмеялась одна из девушек. – Нам нельзя показывать свои лица – таковы правила.
– Правила, правила, – усмехнулся протокуратор, во все глаза разглядывая обнаженных красавиц. – Кто их только придумал?
– Тот, кто собрал здесь нас всех, – взяв Алексея за руку, мягко пояснила девушка. – Идемте же! Я и мои подруги в полном вашем распоряжении, дорогие гости. В самом полном.
Она обернулась, и тотчас же девушки, подхватив гостей под руки, повели их вверх по широкой, покрытой темно-красным ковром лестнице. В золоченых шандалах жарко горели свечи, отражаясь в мраморных колоннах залы. Стены были покрыты росписями на библейские темы, правда, протокуратор не успел хорошенько рассмотреть их – красавицы уже увели его в призывно распахнувшуюся дверь… которая тут же захлопнулась.
– Э-э! – забеспокоился Алексей. – А где же мои друзья?
– Они получают сейчас удовольствие, господин Ансельм. Такое же, как и вы…
Посредине комнаты стояла большая кровать, покрытая зеленым шелковым покрывалом, на котором, лицом вниз, лежала обнаженная девушка, тело которой скрывал приятный полумрак. На стене, напротив ложа, висел гобелен с изображением какого-то жуткого существа, помеси козла и волка, существо окружали обнаженные девушки и юноши… Нечто подобное Алексей сегодня уже где-то видел… Ну конечно же видел! Потолочная роспись в особняке мессира Франческо Чезини! Одна и та же рука…
Между тем девушки подвели гостя к самому ложу. Две грации неслышно скользнули к светильникам, рванулось к потолку яркое зеленоватое пламя, и протокуратор наконец смог лучше рассмотреть лежавшую на ложе юную деву… какую-то угловатую, тощую…
– Господи! Да это же мальчик! – не выдержав, в ужасе воскликнул Алексей.
– Ты начнешь с него, господин… Таковы правила! А потом мы будем твоими все! Не бойся, мы поможем тебе…
Нежные девичьи руки скользнули к застежкам одежды. Протокуратор беспомощно оглянулся… И вдруг увидел, как злобно блеснули глаза изображенного на гобелене чудовища. Блеснули… и тут же исчезли! Нет-нет, не закрылись – исчезли. Вот только что были живые глаза, а теперь… теперь – черные дыры. Все ясно – за ними кто-то подсматривал.
Одна из красавиц, та самая, что подошла к Алексею первой, вдруг вскрикнула, увидев напряженное лицо молодого человека. Узнала? И вдруг, чуть приподняв вуаль, жарко поцеловала в губы!
Протокуратор тут же обнял ее за талию, прижал к себе:
– Я хочу остаться с тобою вдвоем.
– Я тоже… Эй, подружки, оставьте нас!
– Но ты нарушаешь…
– Я сказала – оставьте!
Ого! Какой голос – голос госпожи, повелительницы!
Девушки, пошептавшись, послушно ушли, скрылись за дверью. За ними, с ухмылкою, убежал и мальчик.
– Ты нарушаешь правила, сестра!
– Да, нарушаю! Потому что хочу их нарушить.
Плотно затворив двери, она быстро задула свечи, и в наступившей тьме молодой человек почувствовал горячее дыханье и обжигающий жар поцелуя.
– Я давно хотела тебя, – срывая с него одежду, шептала красавица.
Ну точно – узнала!
– Зачем ты покрасил волосы? И бородку зря сбрил – она тебе очень шла. Я тебя узнала случайно… вот только что, когда присмотрелась!
– Кто ты?
Нежные девичьи руки гладили Алексею грудь.
– Ха! Кто?! Не узнаешь сладенькую?
– Разве я тебя знаю?
– Ну ты даешь, господин сочинитель!
– Сочинитель?!
– Иди же сюда… иди…
Чьи-то быстрые шаги вдруг раздались в коридоре… Чьи-то крики. Вопль!
От удара ноги резко распахнулась дверь! Возникшая на пороге фигура высоко подняла горящую свечу:
– Опасность, Алексей! Мы раскрыты!
– Лука? – не обращая внимания на девушку, протокуратор быстро оделся. – Что случилось?
– Нас сейчас чуть не убили! Леонтий побежал за подмогой… Все ж таки не зря мы взяли с собой целый отряд. И как только их не заметили?
Снизу, с лестницы, донеслись шум и крики.
– Ты разрешишь мне уйти, Мелентин? – тихо спросила девушка.
– Мелентин? Гм… конечно.
– Тогда пусть он погасит свечу. На миг.
– Погаси, Лука.
Интересно, за кого все ж таки его приняла убегающая обнаженная фея?! Нет, он ее точно не знал…
Темнота. И снова крики. И топот множества ног. И вспыхнувший факел. Да уж – не получилось «поделикатнее».
– О, это уже наши! – Лука устало уселся на ложе и с улыбкой взглянул на вбежавшего в комнату Леонтия. – Ну, как там?