Чтение онлайн

Песнь прежалостную тут мы споем:

Как прощалась Царь-Девица с конем.

Как дружочка за загривок брала,

Сахарочку в рот брусочек клала,

Целовала как, огня горячей.

Промеж грозных, промеж кротких очей,

Прижималась как – щекой золотой

К конской шее лебединой, крутой…

Повязавши как шнурком поясным,

В ножки кланялась поклоном земным,

Как покорно – что гайдук-есаул —

Белый конь в ответ колено согнул,

Как пригнушись, чтоб не слышал никто,

Сотворила ему речь на ушко.

И еще-то мы прибавим к сему,

Как все слезки до единой ему

Сцеловала – ровно брат-ей-жених —

С карих ласковых очей дорогих,

Как все жилы напружились на лбу,

Себе в кровь как закусила губу.

Как по сходням взошла

Стопудовой пятой,

Как прах с ног отрясла,

Как махнула рукой.

Полк замертво свалился пьяный.

Конь пеной изошел, скача.

Дух вылетел из барабана.

Грудь лопнула у трубача.

“Что за костер это мчится в степях синих вод?”

– То сваму счастью навстречу красотка плывет.

“Кто ж у ней славно так правит рулем-кораблем?”

– Море им правит, так вот он и прет напролом!

“А под шатром-то, с лицом-то как шар золотой,

Что там за Воин – за Ангел – за Демон такой?

Каску хвостатую ветр ему сшиб набекрень,

Ростом-то – башня, в плечах-то косая сажень!

В хладной пучине, чай, крестит купецкую тварь?”

– Мчит на смотрины, а имя ему – Дева-Царь.

“Как это?” – Так это! – “Что ж за краса без косиц?”

– Кос всюду досыта! А светлолиц, круглолиц, —

Солнцу на ревность! – “Уж больно плеча высоки!”

– А поясочек-то! Перстень берет в пояски!

Спорить-то нечего! Каб не свобода-душа:

Кабы не плечики – вся б в перстенечек прошла!

Так, почаевничав позавчерашним хвостом,

Спор-заводили-беседу акула с китом.

Отдыхает зыбь-красотка

От ночи своей от ндравной.

Идут ровно, идут славно,

Идут славно, идут ходко.

Словно месяц в полнолунье —

Звон собой все море занял.

Струнки, струнки-говоруньи,

Жилочки мои бараньи!

Лежит Царский сын на спинке,

Гусельки зажал любовно,

Ходят пальцы без запинки,

Ходят славно, ходят ровно.

В чудный час передвосходный

Мой совет тебе – кто б ни был!

Меняй страстный путь на водный!

Бросай бабу, – иди к рыбам!

Говорят: яд рыбий горек,

Говорят: яд бабий – тоже!

Да по крайности не спорит,

Как с нее сдираешь кожу!

Бабе: дура! она: родный!

Ты ей в рыло, она: милый!

Не теряй на подлость силу

В чудный час передвосходный!

Эх вы, царские сыночки!

Эх мы, сосны-чернолесье!

– Ни денек тебе, ни ночка,

Ни заря тебе, ни месяц.

Ни корабь тебе, ни зыбка,

В ней ни муж тебе, ни дева,

Ни гармонь в pyкax, ни скрипка,

Ни те вправо, ни те влево…

Вдруг как вскочит корабь-лодка,

Как припустится с прискоком!

Уж не ровно, уж не ходко:

Идут скоком, идут боком.

Уж такая дурь да дикость,

Новгородское аж Вече!

“Ну-кось, дядька, погляди-кось:

Ай корабь какой навстречу?”

Отвечает тот, осклабясь:

(Дух учуял Царь-Девицын!)

“Ни в волне мозгов, ни в бабе!

Стало – нечего дивиться.

В море плыть – не землянику

Брать, аль в шахматы-бирюльки!

То – корабь тебе, то – люлька!

Лучше песню затяни-ка”.

Тот поет, а рев вокруг-то:

Точно львица с львом сцепилась!

Привстает гусляр по грудку:

“Что за притча? Ай взбесилось?

До зари-то, глянь, час цельный,

А волна-то, глянь, – кровь-кровью!”

– Пой, сыночек, на здоровье! —

“Нет уж, – не до колыбельной!”

Хлябь-то тигрой полосатой:

Вал пурпурный, вал червонный…

– Спи, сыночек, час-то сонный!

– “Нет уж, дядька, не до сна тут!”

Хочет встать, а тот булавку

Ему в шиворот – как вгонит!

Хочет встать, а сон-то клонит,

Как ягненочка на травку,

Как купца валит к прилавку…

Спит…

Тут как вздрогнет жук навозный,

Раб неверный, тварь иудья:

С кораблем-челном – грудь с грудью —

Жар-Корабь стоит, гость грозный.

То не солнце по златым ступеням —

Сходит Дева-Царь по красным сходням.

Под военной да под веской стопой

Чуть не треснул весь челнок скорлупой.

<