Чтение онлайн

Слуги сообщили о готовности. В конюшнях седлали верховых. Пока Эфраим руководил приготовлениями, Давид вернулся на террасу. Итак, Господь его покарал. Он отобрал у него трон. Он отобрал у него Израиль. Он отобрал труд всей его жизни. И все это только потому, что Давид отнял жену у мужа, а его отправил на смерть. Он сам, Давид, походил на смерть, которая отнимает мужей у жен!

– Я готов, мой царь, все упаковано. Я сам позабочусь о твоих вещах, – сказал Эфраим.

Давид завернулся в плащ и открыл дверь, не оборачиваясь. Одетые и готовые к поездке слуги выстроились на лестнице. Его конюший ждал с лошадью. Двери дворца были уже открыты для женщин и слуг, которые шли первыми. Под равнодушными и насмешливыми взглядами народа, сопровождаемый Иоавом и Абисхаем, окруженный своими слугами, он пересек город и спустился до ворот, где Авессалом пообещал однажды вершить правосудие.

Толпа собралась на крепостных стенах и созерцала в тишине, разгрызая финики, медовое печенье и виноград, бегство человека, давшего ей этот город.

У ворот Давид заметил группу людей вокруг повозки, среди них Садока и Авиафара. Он узнал также и других, это были люди из племени леви, и наконец он определил, содрогаясь, форму, положенную на повозку: это был ковчег. Ковчег! Они увозили ковчег из Иерусалима!

– Этот ковчег не моя собственность. Это собственность моего народа, – сказал он Садоку. – Верните его на место. Если Богу будет угодно, чтобы я увидел его снова, он сделает это. Но если не захочет, на то его воля.

Они смотрели на него, обуреваемые противоречивыми чувствами.

– И ты, Садок, ты можешь предвидеть! Возвращайтесь вдвоем: ты и Авиафар – и возьмите с собой этих двух молодых людей – твоего сына Ахимаца и Ионафана, сына Авиафара. Вы должны быть рядом с ковчегом.

Они подняли руки к лицу. Они тоже плакали, но время слез прошло.

– Вы знаете, где меня найти. Я пойду в Иерихон [17] . Как сможете, направьте туда гонца.

Керетинские и пелетинские воины, а также воины Еффея, шесть сотен вооруженных гиттитов присоединились к нему, когда он спустился в долину Кедрона. Еффей, который был из Гефа, пришел на службу к царю с шестью сотнями соотечественников.

– Ты тоже здесь? – спросил его Давид. – Что ты собираешься делать? Возвращайся служить новому царю. Ты чужеземец, более того, ты изгнан из своей страны. Ты только что приехал, и ты хочешь следовать за мной в моих скитаниях. Я не знаю, куда идти. Возвращайся в Иерусалим со своими соотечественниками. Господь не оставит тебя своей милостью.

– Если правда то, что Бог существует, – пылко ответил Еффей, – я буду служить тебе и последую за тобой.

– Ну тогда вперед, – ответил Давид.

Последний лазутчик прибыл запыхавшись.

– Ахитофель, – сказал он Эфраиму, следовавшему за Давидом. Эфраим замедлил шаг. – Ахитофель Гилонитянин, советник царя. Он примкнул к Авессалому! И Амессай, племянник царя!

Давид услышал. Они все вместе шли к победе и все его предали. Даже его племянник, Ахитофель, уважаемый судья, исполнитель закона!

Давид был в ярости.

Они пересекли долину и начали подниматься на гору Оливье.

Давид спешился, передал поводья своего коня одному из слуг, разулся, откинул назад капюшон и направился пешком в старое святилище. Он рыдал, люди вокруг него тоже рыдали, большинство шло за ним по этой античной горе, где многие поколения просили владыку мира, а что оставалось делать в этот несчастный день, как только просить! Поднявшись на вершину, Давид стал молиться, восклицая:

– Расстрой, о Боже, замыслы Ахитофеля!

Когда он поднялся на вершину, туда, где обычай требовал преклонить колени, он встретил Хусия Архитянина, преданного старого друга, советника и доверенное лицо. Разорванное платье, голова, посыпанная землей в знак траура, Хусий бросился в объятия Давида.

– Что ты здесь делаешь?

– Где же мне быть, как не здесь. Я следую за тобой, мой царь, мой друг. Друзья познаются в беде.

Давид посмотрел на него, улыбнулся и обнял.

– Теперь ты будешь со мной в изгнании, но если ты вернешься в Иерусалим, ты можешь помочь мне расстроить планы Ахитофеля.

Хусий Архитянин был удивлен.

– Ты хочешь, чтобы я покинул тебя?

– Я хочу, чтобы ты вернулся в Иерусалим и сказал Авессалому: «Я служил твоему отцу, теперь я твой слуга. У тебя будут священники Садок и Авиафар и их сыновья, Ахимаац и Ионафан, и благодаря им ты сможешь мне докладывать все, что услышишь.

Хусий медленно кивнул головой. Он пригладил волосы рукой, вытер лицо полами платья, завернулся в плащ и сел на мула. Потом начал спускаться в сторону Иерусалима.

Эфраим и Иоав растерянно наблюдали за сценой: так отказался или не отказался Давид от царства?

Немного дальше, на вершине горы, Давид нашел Сиву, слугу Мемфивосфея, сына-калеки Ионафана, к которому он был привязан. Он поискал глазами сына Ионафана и не нашел его. Сива, который приводил в равновесие большие мешки, нагруженные на двух ослов, прекратил свое занятие и бросился к его ногам.

– Где Мемфивосфей? – спросил Давид.

– Он остался в Иерусалиме. Он думает, что, возможно, у него есть шанс обрести трон своего деда.

Значит, Мемфивосфей достаточно глуп, если помышляет, что Авессалом отречется от трона в его пользу.

– А что это за ослы?

Это верховые животные на случай, если кто-то из твоей семьи устанет. В один мешок я положил двести хлебов, в другой – виноград, а в этот – инжир и финики. В последнем мешке – бурдюк с вином.

– Для кого?

– Для тебя и твоей свиты, мой повелитель. Был ли слуга умней своего господина?

– Очень хорошо, – сказал Давид. – Когда я вернусь, у тебя будет все, чем владеет твой хозяин.

Итак, подумал Эфраим, который обменялся взглядом с Иоавом и Абисхаем, он рассчитывает вернуться.

Давид обулся, остальные последовали его примеру. Солнце садилось, когда караван отправился в дорогу. Солдаты, шедшие позади, постоянно оглядывались.

Вчера, еще только вчера каждый спал у себя дома. Это бегство было как смерть.

В сумерках дорога между черными лесами походила на сон. Туман, поднимавшийся над деревьями, становился золотой пылью, которую взгляд еле видит. Последние солнечные лучи ослепляли путников. Время от времени зверь, хищник или добыча, заяц или лиса, бегом пересекали дорогу. Появились летучие мыши. Тени стали длиннее, как предвестники смерти. Два или три шакала показались на минуту и скрылись в лесу, напуганные толпой, которая прошла перед ними.