Чтение онлайн

Эмма вышла на верхнюю палубу и подошла к перилам. Ветер развевал волосы. Перед ней открывался потрясающий морской вид. Она не видела ещё такой красоты и теперь понимала, за что Киллиан так любит море. Оно такое спокойное, тихое, беззаботное. Солнце уже садилось где-то за горизонтом, и была видна тропинка, отражающая по воде разноцветные блики.

— Скучала, лапочка? — Киллиан обнял Эмму, положив руки ей на талию, и развернул любимую к себе. — Не замёрзла?

— Ты пришёл, и мне стало теплее, — произнесла Эмма. — Где Генри?

— Ушёл в каюту, — ответил Киллиан. — Сказал, что хочет книгу почитать.

От её улыбки на душе Киллиана стало тепло. Он так же смотрел на неё влюблёнными глазами, наслаждался каждой минутой, проведённой с нею. Джонс не думал, что полюбит кого-нибудь после Милы, пока не встретил Эмму. И он до сих пор испытывал самые искренние и настоящие чувства к Эмме.

Он со смехом вспоминал их первую встречу, как она привязала его к дереву и её реакцию на то, что он капитан Крюк. Она была такой закрытой, недоступной, но для него — открытая книга. Киллиан вернулся в Нью-Йорк за ней, чтобы привезти обратно в Сторибрук. Узнав о том, что Нил жив, Джонс отступил, а когда тот погиб — старался держаться к Эмме ближе. Она постоянно старалась избегать его, была холодной, скрывала свои чувства. А потом началась их история любви… И как оказалось, у них истинная любовь.

— Я пойду посмотрю, как там Генри, — сказала Эмма.

Она нехотя освободилась из его объятий и направилась в каюту сына. Киллиан выделил ему самую лучшую, по его мнению, каюту. Генри не спал, а читал книгу «Путешествия Гулливера», которую он с собой прихватил. Эмма улыбнулась и, пожелав спокойной ночи и поцеловав сына перед сном, сказала, чтобы он не засиживался долго, а сама вернулась к Киллиану. Мужчина уже стоял у штурвала, хотя море было совершенно спокойным.

Как только она подошла к нему, у неё закружилась голова, но быстро прошло. Однако это не ускользнуло от Киллиана, который серьёзно заволновался. Он подбежал к ней, обнимая и придерживая.

— Милая, с тобой точно всё в порядке? — спросил Джонс. — Мы ещё не слишком далеко уплыли, можем вернуться.

— Всё хорошо, Киллиан, — сказала Эмма. — В моём положении это нормально.

Тут Эмма поняла, что оговорилась. Вот теперь Киллиан точно не отстанет, пока не выяснит, что с ней. Просто Эмма не хотела, чтобы Киллиан развернул корабль, зная, как Генри расстроится. Не зря он собирался в это путешествие так тщательно: подбирал книги, оставил даже свой телефон, чтобы никто не отвлекал, обещал Реджине и жителям привезти какие-нибудь сувениры, чтобы их порадовать.

— Ты больна? — испугался Киллиан.

— Нет, — она улыбнулась. — Я хотела рассказать, когда мы вернёмся, но теперь придётся сейчас. — Киллиан задержал на ней взгляд. — В общем, я беременна. У нас будет ребёнок.

— Эмма, — Киллиан обнял её, а затем поднял на руки и стал кружить. — Я так рад. — Он поставил её на пол. — Тогда нам точно надо возвращаться.

— Нет, Киллиан, — Эмма помотала головой. — Генри такой счастливый. Я давно его таким не видела. Пусть порадуется. — Она провела рукой по его щетинистой щеке и улыбнулась. — Мне спокойнее становится, когда я вижу улыбку на его лице. — Коснувшись его губ, Эмма подарила мужу лёгкий поцелуй. — Мы ведь можем продолжить путешествие?

— Как пожелает твоё сердце, Свон, — прошептал Киллиан.

Джонс поцеловал Эмму. Не было счастливее человека на свете, чем Киллиан Джонс. Ведь у них с Эммой будет ребёнок. Их малыш, которого они будут любить.

В доме Джонсов раздавались детские голоса и смех. Эмма готовила на кухне, а Киллиан играл с детьми, развлекая их всякими способами. Они не хотели идти спать, отнекивались и надували губы, когда узнали, что ужин со старшим братом пройдёт без них.

— Папочка, почитаешь нам? — спросила голубоглазая девочка с русыми волосами.

— Конечно, зайка, — Киллиан улыбнулся и сел в мягкое кресло между двумя кроватями. Мальчик, похожий как две капли воды на сестру, залез в свою кровать и, натянув одеяло, повернулся к отцу. Девочка, не любившая укутываться, легла, а одеяло отодвинула в конец кровати. Джонс улыбнулся и взял в руку книгу, которая всегда лежала на тумбочке дочери.

Они любили эту сказку — о принцессе и пирате. Они знали, что история связана с родителями, поэтому задавали одни и те же вопросы. Близнецы всегда требовали, чтобы именно папа им читал. Под его тембр голоса, а он его часто менял, чтобы было интереснее, они быстро успокаивались и засыпали. Когда же им читала Эмма, они мотали головой и останавливали её, показывая, как в этом месте читает папа. В конце концов Свон сдалась и чтение книг теперь обязанность отца.

А с мамой они любили готовить и иногда придумывали свои рецепты и давали пробовать родителям. Ещё им нравилось сидеть в полицейском участке и смотреть, как работают мама с дедушкой. Дэвид всегда их развлекал. Они сидели в сторонке с листом бумаги и карандашами, наблюдая, как ведётся допрос.

Киллиан выдохнул, когда близнецы уснули. Он поправил одеяло сына и подошёл к дочери, которая резко перевернулась на другой бок, обнимая любимую игрушку. Убедившись, что действительно спит, укутал её и поцеловал в лоб.

Покинув комнату детей, мужчина сразу направился к жене, которая бегала по кухне. В один момент он поймал её и притянул к себе. Эмма улыбнулась, встретившись с его глазами.

— Лапочка, я всё понимаю, но ты меня удивляешь, как ты можешь бегать с таким животом? — Джонс нежно положил руки на живот жены. — Побереги малыша.

Джонс проследил за взглядом Эммы. Он любил её улыбку, любил её смех, любил её всю и целиком. На Киллиана нахлынули воспоминания, когда Эмма согласилась стать его женой, когда она сказала, что ждёт ребёнка. Он был самым счастливым на свете, узнав, что любимая ожидает близнецов, особенно когда УЗИ показало разнополых детей. Они каждый вечер сидели перед камином и выбирали имена из всех возможных, которые были в книге. Но сойтись на каком-то одном для сына или дочери не могли. На помощь пришёл Генри, который предложил назвать сестрёнку Евой в честь прабабушки. И зная, как для Мэри Маргарет была важна мать, Эмма согласилась. А для сына они решили взять имена отцов и таким образом назвать его — Бреннан Дэвид Джонс.

Киллиан с осторожностью держал на руках сына, а потом аккуратно брал дочку, в которой видел черты любимой. Они были так похожи друг на друга, что их едва можно было отличить. Если начал плакать Бреннан, его поддерживала Ева. Каждый день Эмма старалась проводить с детьми больше времени, но Киллиан понимал и видел, что она уставала, поэтому ночью он вставал к детям. Генри снимал на видео для семейного архива, когда сестра сделала первый шаг, а Бреннан впервые произнёс слово «мама». Они росли так быстро, что Эмма не заметила, как они уже справляли пятилетие, на которое собрался чуть ли не весь Сторибрук.